Убийство, кино и немного книг - Элли Александер

домой и спрятал в гараже, а потом пришел сюда и украл ключ. Сегодня вечером я собирался спрятать их здесь и вернуться за ними через несколько дней, чтобы поместить в более надежное место.

Все, что он нам говорил, заставило меня ему поверить. Руфус, конечно, совершил преступление, но теперь я не была так уж уверена, что убийцей был именно он.

Глава двадцать шестая

Мне пришлось прикрыть глаза ладонью от ослепительного света, когда доктор Колдуэлл со своей командой полицейских ворвалась в бальный зал.

– Никому не двигаться! Руки вверх, чтобы я их видела! – скомандовала она.

Несмотря на свое миниатюрное телосложение, она без труда контролировала любую ситуацию. Мне бы не хотелось иметь с ней проблем.

Руфус с неохотой поднял одну руку, словно холодно приветствуя друга, с которым давно не общался.

– Обе руки вверх! Сейчас же! – крикнула доктор Колдуэлл, приказывая своим людям встать по обе стороны от себя.

Я с благоговением наблюдала, как ее команда одним четким скоординированным рывком окружила Руфуса. Не успела я и глазом моргнуть, как его руки оказались скованными за спиной наручниками, а меч поднял с пола один из офицеров.

– Признаю, что украл свои фильмы, но не трогал я Мартина, – настаивал на своем Руфус. – Я то же самое и им рассказал. И вообще, я не собирался никому причинять вреда.

Проигнорировав его слова, доктор Колдуэлл обратилась ко мне:

– Энни, вы не могли бы включить верхний свет? Пожалуйста.

– Конечно.

Я была рада пролить на происходящее как можно больше света. Моим глазам понадобилось какое-то время, чтобы привыкнуть, после того как я зажгла хрустальные люстры.

Мы с Лиамом ждали неподалеку, пока доктор Колдуэлл допрашивала Руфуса, задавая вопросы о пропавших фильмах и о том, где именно он находился в тот вечер, когда произошло убийство.

Руфус отвечал неохотно.

– Эм-м, привет. Я пропустил вечеринку? – прервал допрос чей-то голос.

Обернувшись, мы увидели Хэла, стоявшего в проходе между оранжереей и лобби.

«С Хэлом хоть все в порядке. Слава богу!..»

По моему телу прокатилась волна облегчения, но я в то же время задалась вопросом: где он был? Он ведь не мог все это время находиться наверху? Или мог?

– Заходите. – Доктор Колдуэлл поманила Хэла пальцем. – Простите. Вы были следующим, кому я собиралась позвонить, но немножко завертелась.

На лице Хэла, чей взгляд метался между Руфусом, нами с Лиамом и рухнувшим книжным шкафом, возникло понимающее выражение.

– Я как раз собиралась сказать, что допрос мы продолжим в полицейском участке.

Доктор Колдуэлл сделала знак одному из своих офицеров, и тот начал выводить Руфуса из помещения.

– Что происходит? – Хэл снова взглянул на сломанный шкаф, а затем – на доктора Колдуэлл. – Пожалуйста, скажите мне, что никто не пострадал.

– Возможно, только какие-то из ваших книг. – Она направилась в их сторону. – Пойдемте со мной. Давайте оценим ущерб. Полагаю, вы захотите его зафиксировать.

Хэл провел пальцами по волосам, словно пытаясь осмыслить то, что видит.

– Не понимаю. Что произошло?

Сжав пальцы, доктор Колдуэлл сделала быстрый вдох носом.

– Простите. Я обычно все делаю в очень быстром темпе, но, уверена, вам было бы очень полезно иметь четкое представление о том, что произошло на вашем рабочем месте.

Она торопливо объяснила, что Руфус с помощью ключа, который украл в магазине, проник внутрь и сам магазин хотел использовать в качестве тайника.

– Постойте, но ведь никто не пострадал? – Хэл с беспокойством взглянул на меня, потом на Лиама.

– Мы в порядке, – заверила я его.

– Какое облегчение!.. – прижал Хэл ладонь к груди.

– Не уверена, что то же можно сказать о некоторых из этих книг. – Доктор Колдуэлл опустилась на колени, чтобы поднять книгу. Ее обложка помялась, а края загнулись.

Хэл всплеснул руками.

– Книги меня не волнуют! Их можно заменить. А вот людей – нет. Когда я вернулся домой с ужина и увидел все эти проблесковые маячки, то у меня сердце прихватило. Я решил, что-то случилось с Энни или Флетчером.

– Я тоже подумала о тебе. – Подойдя ближе, я сжала его руку. – Знаешь, если говорить о Флетчере, то странно, что он не столкнулся с Руфусом.

– Почему? – Доктор Колдуэлл поправила очки на переносице.

– После мероприятия он должен был сюда зайти, чтобы оставить книги. – Я не увидела у входной двери контейнеров, но опять же было темно, и я была сосредоточена на поиске улик, которые, как я думала, могли привести нас к убийце Мартина.

– С ним кто-нибудь после этого общался? – спросила доктор Колдуэлл.

Мне не понравился ее тон и то, на что она намекала.

– Нет, но я подумала, что он пошел домой. Уже поздно.

– Вы не могли бы с ним связаться? Пожалуйста…

Она пристально на меня взглянула.

Я не понимала: то ли мне передалось ее напряжение, то ли я слишком остро на все реагировала.

– Позвольте мне проверить лобби, пока я буду ему звонить. Если он заходил, то перед входной дверью должны стоять контейнеры.

Я набрала номер Флетчера, и меня сразу же переключило на голосовую почту. Ни в лобби, ни за кассой контейнеров не было. Флетчер не стал бы здесь оставаться, чтобы все разобрать в одиночку. Возможно, он передумал и вместо этого пошел домой.

– Не отвечает, – сказала я доктору Колдуэлл. – Я ему написала.

– Хорошо, держите меня в курсе.

– Вы думаете, что Руфус убил Мартина? – спросил Лиам.

Доктор Колдуэлл сложила губы так, словно собиралась свистнуть.

– Мне еще предстоит допросить его в полицейском участке. Пока рано говорить. В данный момент ничего нельзя исключать.

– Нам не стоит навестить Флетчера? – спросил Хэл.

– Можно, – сказал Лиам. – Я в любом случае собираюсь проводить Энни домой. Мы можем к нему заглянуть.

«Проводить меня домой? Мы этого не обсуждали…»

– Хорошо. – Хэл с облегчением вздохнул. – Не хочу, чтобы кто-то из вас разгуливал по городу после наступления темноты. По крайней мере, после того, что произошло, – указал он на упавший книжный шкаф и рассыпанные по полу книги.

– Сегодня ничего не трогайте, – вмешалась доктор Колдуэлл. – Прошу прощения за причиненные неудобства, но кто-то из моей команды должен сделать фотографии, чтобы зафиксировать ущерб. Мы постараемся управиться быстро и скоро оставим вас в покое, чтобы вы могли мирно провести оставшийся вечер.

– Если под вечером вы подразумеваете заварить себе чашку горячего ромашкового чая и лечь спать, то да, – улыбнулся Хэл. – Это был долгий день.

Я за него переживала. Он не молодел. Я осознавала, что он держится ради нас, но понимала, что он расстроился – это было логично. Было неприятно