Я тебя найду - Харлан Кобен

– Еще раз: я полагаю, что да. Рейчел, в чем проблема?

– Можешь достать для меня все эти фотографии?

Глаза Хейдена на мгновение вспыхнули.

– Не понял, что именно?

– Мне нужно их отсмотреть.

– Да для подобных корпоративов, – начал он, – мы иногда арендуем полпарка! Там могли присутствовать пять, десять тысяч человек! Что ты все-таки ищешь?

– Если я расскажу, ты не поверишь.

– Все равно рассказывай. – И тут Хейден добавил: – Я предполагаю, это как-то связано с побегом твоего зятя.

– Да, так и есть.

– Как ты можешь до сих пор сохнуть по нему, Рейчел?

– Что? Нет, я в жизни не сохла по Дэвиду!

– Но только о нем ты и говорила…

– Хейден, я слышу чуть ли не ревность.

Он улыбнулся:

– Возможно, я действительно ревновал.

Тут было минное поле, которое лучше было обойти стороной.

– Ты мне доверяешь? – спросила Рейчел.

– Ты прекрасно знаешь, что да.

– Сумеешь добыть для меня фотографии?

Хейден взял стакан с водой, сделал глоток.

– Сумею.

– Спасибо.

– Что еще нужно?

Рейчел так и знала, что он это спросит.

– Еще услуга, уже посложнее.

Тут к ним подошел официант со вторым блюдом.

– Хамон иберико с икрой, – объявил он, и Хейден вновь поблагодарил его. – Наслаждайтесь.

– Ешь, тебе понравится, – произнес Хейден и положил ей немного паэльи.

Несмотря на восхитительные ароматы, Рейчел все еще будто не замечала еду. Зато Хейден попробовал блюдо и, смакуя его, закрыл глаза. Когда же он снова взглянул на Рейчел, то поинтересовался:

– Что за услуга?

– Один из логотипов с пресс-волла принадлежит Институту репродуктивной медицины Берга.

– В этом есть смысл, – ответил Хейден. – Это ведь один из наших холдингов, если помнишь.

– Я помню.

– Итак?

– Итак, десять лет назад я записывалась к ним на прием.

Хейден так и не донес вилку до рта.

– Прости, что?

– Я записывалась у Барб, – продолжила та, имея в виду Барб Маттесон, в ту пору менеджера института. – Ты же нас и познакомил.

– Да-да, на семейном празднике…

– Именно так.

– Я не понимаю, – положил вилку Хейден. – Зачем ты к ним записывалась?

– Я сказала ей, что хочу забеременеть с помощью донорской спермы.

– Ты серьезно?

– О встрече с доктором? Да. О беременности? Нет.

– Рейчел, я перестал улавливать…

– Я записывалась не для себя, а для Шерил.

– Допустим… – медленно произнес он. – Нет, все еще не понимаю.

– Она не хотела, чтобы Дэвид узнал.

– Ага.

– Вот-вот.

– Значит, Шерил назначила встречу от твоего имени и не сказала мужу?

– Все так.

Хейден наклонил голову:

– Ты ведь понимаешь, что это, скорее всего, незаконно?

– Нет, законов мы не нарушали, разве что всевозможные этические нормы. Как бы там ни было, Шерил зарегистрировалась в институте под моим именем, использовав мое удостоверение личности. Мы с ней достаточно похожи внешне. Институт направил счета за прием на мой адрес.

– Ладно… – протянул он.

– Мы даже учли возможность, что Барб работает в Бостоне, где много знакомых, поэтому я назначала прием в другом филиале, в Лоуэлле.

– И все это для того, чтобы муж ни о чем не догадывался?

– Да.

– Интересно, – прокомментировал он.

– Ей тогда нелегко приходилось. Я подумала, что это не повредит.

– Тем не менее могло и повредить, – возразил Хейден. – Дэвид-то в итоге узнал?

– Узнал.

– Должно быть, обозлился на тебя страшно.

– Он не знает, что я к этому причастна.

– Но он знает, что Шерил пошла искать донорскую сперму.

– Это да.

– И ты так и не сказала ему о своей роли в этом… Можно я использую слово «обман»?

– Я ничего ему не рассказала, – мягко сказала Рейчел.

Подошел официант и налил обоим вина. Когда он ушел, Хейден спросил:

– Так, и что тебе теперь нужно?

– Дэвид не верит, что все могло так совпасть…

– Совпасть – что? Что именно?

– Ты решишь, что я спятила.

– Рейчел, мы уже давно прошли этот этап.

– Он думает… то есть мы думаем… – Ее слова звучали настолько нелепо, что Рейчел с минуту размышляла, как завершить свою мысль. – Мы думаем, что вместе с вашими сотрудниками в парке был еще и Мэттью.

Хейден быстро моргнул, словно получил пощечину, и сразу закашлялся.

– Кто такой Мэттью? – спросил он наконец.

– Мой племянник. Сын Дэвида.

Хейден моргал не переставая.

– Тот самый, которого Дэвид убил?

– В том-то и дело: мы вовсе не считаем его мертвым.

Рейчел вновь подала Хейдену телефон – на этот раз там была открыта фотография мальчика, похожего на Мэттью.

– Он на заднем плане, держит кого-то за руку.

Хейден поднес телефон к самому лицу, увеличив изображение. Рейчел ждала.

– Очень размытое фото, – прищурился Хейден.

– Знаю.

– Ты ведь в самом деле не думаешь…

– Я не уверена.

– Рейчел…

– Понимаю, это безумие. Одно сплошное безумие.

Качая головой, Хейден вернул ей телефон так быстро, словно тот загорелся.

– Не думаю, что тут я могу чем-то помочь, – резко ответил он.

– Тогда можешь хотя бы прислать снимки из парка?

– Для чего?

– Чтобы мы могли прочесать их.

– И что вы ищете?

– Любые снимки, где изображен этот мальчик.

– Этот пиксельный мальчик, похожий на миллион других мальчиков?

– Я не жду, что ты меня поймешь.

– В этом ты права.

– Но ради меня, Хейден. Пожалуйста. Ты поможешь?

Хейден вздохнул и ответил:

– Да, разумеется.

Глава 30

Макс, как и большинство хороших следователей, отрабатывал на преступниках самые разные тактики допроса. Пока что лучше всего ему удавался метод психологической раскачки, когда он и Сара, желая вывести подозреваемого из равновесия, намеренно чередовали обвинения, шутки, осуждение, упование, панибратство, угрозы, переговоры и скептические высказывания. Кто-то из них был хорошим, а кто-то плохим полицейским, но посреди разговора они вдруг менялись ролями, а то и даже становились двумя хорошими или двумя плохими полицейскими. «Неразбериха, детка, больше неразберихи!»

Они обрушивали на подозреваемых лавину вопросов, а затем неожиданно замолкали и молчали очень долго. Подобно крутейшим питчерам из высшей лиги (а бейсбол был единственным спортом, в котором Макс хоть что-то понимал), они все время меняли подачи: так, за фастболом следовал чейнджап, крученый, слайдер или что-нибудь этакое.

Но сейчас, расположившись напротив надзирателя Филиппа Маккензи в углу паба «Макдермотт», Макс послал к черту все свои тактики. Сара отсутствовала и, более того, не знала, что он здесь. Она, та еще блюстительница правил, не одобрила бы такое самоуправство – и потом, если продолжать говорить терминами из бейсбола, за попытку бросить спитбол (скользкий наслюнявленный мяч) пускай лучше с поля удаляют только его, Макса.

Маккензи заказал себе ирландский виски «Райтерс тирс». Макс сидел с газировкой, так как плохо переносил алкоголь.

– Итак, чем