Последний вздох - Эмма Пиньятьелло

– Позволь угадать, – выдохнула Нелла. – Там сказано, что это вино было изготовлено Антонио Ла Маркас в том же году, когда была сделана эта фотография.

– И Эмилио Барбарани, – добавил Роман, указывая на бугорки в конце сообщения. – Вместе. Это сообщение – своего рода защита от контрафакта. И некоторые, как и синьор Маттео, полагают, что причина, по которой его больше нет на более поздних бутылках сангве, заключается в том, что только Антонио знал об этой детали. Он делал эту тайную надпись в качестве страховки на случай предательства со стороны делового партнера.

Ей хотелось закричать. Хотелось броситься в озеро Орта и задержать дыхание под водой до тех пор, пока перед глазами не замигают огоньки, и смерть не примет ее в свои мягкие объятья.

Официант поставил перед ними поднос – канноли с фисташками.

Неподалеку целовалась парочка, укрывшаяся под одним из красных зонтиков на берегу. Позади Неллы и Романа раздался смех и зазвенели бокалы. Солнце таяло в ярких оранжевых и розовых лучах над погрузившимся в тень горным хребтом.

Как такое возможно? Неужели весь мир не замечает, что перевернулся с ног на голову? Что все кончено? Что это не может происходить наяву?

Они приехали сюда, чтобы показать неправоту Ла Маркас. Кларксон искал доказательства того, что Барбарани – законные владельцы патента на сангве. Но если Маттео так же легко обвел Кларксона вокруг пальца, как и ее, то как тогда понимать смерть ее друга? Зачем Маттео желать его гибели, если поиски адвоката в доме на озере Орта лишь сыграют ему на руку и докажут его правоту?

– Мои эксперты проанализируют вино, – продолжал Роман. – Но мой предварительный анализ указывает на то, что эти бутылки хранились в доме как минимум пятьдесят лет.

– Так это и есть оригинальное фамильное вино. – Нелла посмотрела на озеро из окна ресторана. – Те самые оригинальные бутылки, которые Ла Маркас и мой дед сделали вместе в Австралии?

Вместе. Это понятие не укладывалось у нее в голове. Оно противоречило всему ее мировосприятию. То, что ее дед и его заклятый враг когда-то были деловыми партнерами. Что они вместе улыбались для фотографии. Вместе подписались внизу рецепта, который создали общими усилиями.

Но ее дед предал своего партнера. Почему?

А затем Эмилио Барбарани умер. При подозрительных, как утверждали Барбарани, обстоятельствах.

От естественных причин, как настаивали Ла Маркас.

– Я отправлю несколько бутылок своим экспертам в Австралию для независимого анализа. – Нелла ненадолго обрела голос, хотя он срывался, пропадал и вновь появлялся, словно плохая радиосвязь. Ей было невыносимо сознавать, что у нее совершенно нет контактов в винном мире, а значит, придется обращаться за помощью к Тому. Она сделала еще один глоток уже теплого напитка, почти осушив бокал.

Роман вежливо кивнул, но они оба знали – это бесполезная затея. Анализы покажут, что вино изготовлено по тому самому рецепту, на котором семья Неллы сколотила состояние и на котором она продолжает зарабатывать по сей день. Они покажут, что вино было изготовлено в то же время, когда была сделана эта фотография, доказывая: эти двое создали его вместе.

Роман рассказывал о том, как проводится экспертиза вина, а Нелла наблюдала за каплями конденсата, стекающими по его нетронутому стакану с газированной водой. В ушах у нее звучал голос Дейзи.

– Фотография ничего не доказывает, Нелла. Она лишь дает основание предполагать, что эти двое вели бизнес вместе. Но это же не контракт, верно?

– Доказательная база Ла Маркас строится на балансе вероятностей, – возразила ей Нелла. – Они должны были лишь убедить судью и присяжных в высокой степени вероятности того, что рецепт принадлежит им. Это не уголовный процесс, где нужны неопровержимые доказательства. Фотография, вино, которое мы нашли, – этого более чем достаточно.

Нужно позвонить Тому. Нужно рассказать матери. Всей семье. Всем, кто полагался на нее в разрешении этой ситуации.

Неудивительно, что Кларксон ничего не сказал Тому. Что бы он сделал, добравшись до острова Сан-Джулио? Если бы ему удалось уговорить Ариану достать для него ключ. Бросил бы Кларксон вино в воду? Сжег фотографию? Как? Он не смог бы попасть в дом без Арианы или кого-то из Ла Маркас. И она ни за что не стала бы молчать.

Нелла со злорадством представила, как Ариана страдает от приступа рвоты у себя в номере наверху, где за ней присматривает Дейзи. Но это уже не имело значения. Нелла сделала то, чего никогда не должна была делать: доверилась Ла Маркас. Отрицать тот факт, что они нашли вино, было уже невозможно. Ариана все видела. И Роман подтвердит ее показания. Доказательства попадут в суд, независимо от того, представит она их сама или нет. Все кончено.

– Синьора? – В голосе Романа звучало напряженние человека, который уже некоторое время пытался привлечь ее внимание. – Что вы думаете?

– Я… – Она не имела ни малейшего понятия, о чем он спрашивает. Возможно, о вине. О рецепте. О том свидании, на которое она согласилась сто лет назад. – Мне нужно…

Она не знала, куда идет, знала лишь, что не может оставаться здесь.

Отель предстал размытым, красным с золотом пятном с ярко-кобальтовыми вставками окон. Вечер поглощал зимнюю синеву неба. Запах яичной пасты и свежего базилика. Она была рядом с рестораном. Ресторан – это люди. А люди – это…

– Оливер?

Глава 27

Нелла

– Что ты здесь делаешь?

Нет, это невозможно. Она невольно отпрянула от внезапно возникшей перед ней фигуры. Может, у него есть брат-близнец?

Сейф. (Но Грей сказал, что разберется с этим.) Айпад. (Никто не видел, как Джетт взял его.) А…

– Ты читал его электронную почту, да? – Откуда взялось это чувство, словно к груди приставили нож? – Ты знал, что он планировал приехать сюда.

– Как интересно. Ты вспомнила о письмах Кларксона. – Оливер говорил тихо, как солдат, крадущийся по вражеской территории. Он вышел из тени романтично освещенного ресторана. Да, это действительно был он. Светлые волосы, зализанные назад, будто он только что вылез из душа или из бассейна. На виске пульсировала жилка. Оливер здесь, в Милане. – А ведь увидеть их ты могла, только получив доступ к его айпаду незаконным путем.

– Я нашла его у себя в архиве, – солгала Нелла. – Копы, должно быть, не заметили. А вот ты явно взломал его личный аккаунт.

– Если я в чем-то и виновен, так только в том, что проверил счета моей фирмы. Кларксон купил два билета в Милан. Использовал свою корпоративную карту, чтобы забронировать два номера в этом отеле. Один на его имя, а другой на…

– Ариану Ла Маркас.

Кларксон, похоже, был уверен, что сможет ее уговорить.

– Я знаю, – сказала она.