Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

— Думаю, получится.

В течение следующих часов стало очень холодно. Сабина подтянула колени, подышала в ладони и обхватила ноги, съежившись в клубок в темноте. Наверное, такое испытывали греки внутри троянского коня. Позже ночью они попытаются покинуть свое укрытие, спуститься на палубу и найти путь внутрь судна. Возможно, им даже удастся попасть под палубу и глубже в трюм.

И пока она, убаюкиваемая плавным покачиванием волн, смотрела в темноту, думая обо всем на свете и мысленно пересчитывая патроны в своем пистолете и в запасном магазине, ее голова на мгновение откинулась назад к стене, а глаза закрылись.

Она встрепенулась, и вдруг ей показалось, что контейнер становится шире и бочки отодвигаются в сторону. В этот момент она увидела приближающуюся к ней фигуру. «Кшиштоф! Ты здесь?» Но когда он молча повернулся в сторону, она увидела, что в его спине торчит длинный нож.

«Ко… Ко… не…»

Снейдер неподвижно сидел рядом с ней и курил косяк. А потом загорелись бочки с нефтью. Сабина почувствовала жар на лице и руках. Огонь поднимался до потолка контейнера, где превращался в море из красных и желтых языков пламени. Кшиштоф исчез; вместо него из огня в ее сторону выехала инвалидная коляска. В ней сидел Хоровиц, практически полностью обугленный, но все еще отчаянно размахивающий руками.

Внезапно море пламени расступилось перед ее глазами, и на нее с ревом помчался грузовик. Но прежде чем он до нее доехал, появилась Тина. «Нет, беги прочь!» Грузовик задел Тину, сбил с ног, а затем переехал ее всеми колесами. Треск ломающихся костей был ужасен.

Тяжело дыша, Сабина проснулась от кошмара. Ее сердце колотилось. На лбу выступил холодный пот. Ее что-то разбудило. Рев туманного горна? Нет. И тут она услышала это. В ее кармане звонил мобильный телефон. Еще сонная, она вытащила его и посмотрела на дисплей. Свет ослепил ее, и ей пришлось несколько раз моргнуть, прежде чем она смогла отчетливо разглядеть цифры. «Начало третьего ночи. Значит, вот сколько я проспала».

Она огляделась в темноте. Да, верно, она направлялась в Калининград. С другого конца контейнера слышалось тихое, монотонное похрапывание Коры. Волны бились о корпус судна, а из глубины доносился мерный рев винта. Поскольку ее телефон ловил сеть, они, видимо, находились недалеко от берега. Она снова посмотрела на дисплей. СМС от Марка. Она прокрутила сообщение.

«Проблем с выездом не было. Только что приземлились во Франкфурте на санитарном самолете с врачом скорой помощи. Учитывая обстоятельства, Тина чувствует себя неплохо. Ее похитили и удерживали в плену в мотеле, но она сумела освободиться и сбежать. На дороге ее сбил грузовик. Больше ничего не помнит. Нога и три ребра сломаны, сложный перелом плеча, ссадины, сильное сотрясение мозга и несколько ожогов на руке. Ее госпитализировали и прооперировали. Я организовал личную охрану. Надеюсь, у тебя все в порядке? Привет Снейдеру. Целую, спокойной ночи».

Она прочитала сообщение еще раз, затем опустила телефон. В мерцании света она увидела блеск глаз Снейдера рядом с собой.

— Вы не спите? — удивленно прошептала она.

— Не могу спать, — тихо ответил он. — Как Мартинелли?

Она дала ему свой мобильный, чтобы он сам прочитал сообщение. Снейдер пробежал текст глазами и через несколько секунд вернул ей телефон.

— Всех тех, кто приехал позже, с нами больше нет, — прошептал он. В том, как он это произнес, чувствовалась неуверенность в себе.

— Без команды мы бы не продвинулись так далеко, — сказала она и увидела, как Снейдер кивнул в свете дисплея.

— Но какой ценой? — добавил он.

Сабина услышала, как он хрустнул костяшками пальцев. Кора все еще тихонько похрапывала.

— Сначала Кора мне не очень понравилась, — прошептала она. — Но теперь я рада, что она с нами… в прямом смысле этого слова.

— Ммм, — промычал Снейдер.

— По сути, мы преследуем одну и ту же цель. Возможно, БНД еще сможет быть нам полезна, когда мы окажемся в Калининграде.

Снейдер по-прежнему молчал, и уже одно это заставило ее засомневаться.

— Вы считаете по-другому?

— Я… — он понизил голос до еле слышного шепота, — не доверяю ей.

Сабина замолчала.

— Но вы…

— Что? — перебил он. — Потакал ей?

— Да… по крайней мере, иногда у меня складывалось такое впечатление.

— Я ей ни капли не доверяю, не доверял с самого начала и не доверяю сейчас. Я просто подыгрывал ей и пытался выстроить с ней хорошие отношения, потому что хотел узнать ее истинные мотивы.

— Но теперь-то мы их знаем!

— Да? — спросил он.

Плечи Сабины невольно напряглись. Его паранойя никуда не делась. Ладно, если подумать о Кшиштофе, Хоровице и Тине, то она, конечно, была обоснована.

— Понимаю, — прошептала Сабина.

— Мы должны зорко следить за ней, — сказал он, — и не поворачиваться к ней спиной.

СЕМЬЮ ЧАСАМИ РАНЕЕ

Воскресенье, 27 мая, вечер

Сотрудник полиции отошел в сторону и нажал кнопку, после чего зарешеченная дверь автоматически открылась.

Хокон Йоргенсен шагнул в коридор и дошел до его конца, где находилась тяжелая металлическая дверь со смотровым окном. Он был знаком с этой процедурой по многочисленным допросам, которым уже подвергался, находясь под стражей в полиции. В целях безопасности ему пришлось сдать ремень, шнурки, часы, драгоценности и все содержимое карманов. В одних лишь брюках, рубашке и незашнурованных ботинках он остановился перед дверью и перевел дух. Затем вошел внутрь.

На потолке мерцала жужжащая люминесцентная лампа. Узкое световое окно было зарешечено. Три голых стены, на четвертой висело большое одностороннее зеркало, а в центре комнаты стояли стол и два стула. На одном из них сидел Александер — согнувшись, с наручниками на запястьях — и монотонно постукивал пальцем по столу.

Теперь он поднял глаза. Взгляд его был вовсе не испуганным, как подозревал Хокон, а скорее смиренным и разочарованным. Под глазами лежали темные круги — похоже, он не спал всю ночь. В комнате пахло холодным кофе, но Хокон не заметил ни одной чашки. Видимо, отсюда вынесли все, что не было надежно закреплено.

— Тебя я не ожидал, — сказал Александер.

Хокон ничего не ответил, просто молча сел на стул напротив и долго смотрел на него.

— Я знаю, что ты пойдешь на сделку с прокурором и дашь против меня показания, — наконец начал он разговор.

— С чего ты взял?

— Будет глупо, если ты этого не сделаешь.

Александер молча сжал губы. Тем временем Хокон развел руками.

— Мы можем говорить открыто. Меня заверили, что нас не прослушивают и не записывают этот разговор.

— Ты в это веришь? — Голос Александера звучал хрипло.

— Это стоило мне довольно дорого… Но у