Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

веские причины его задержать. Например, по подозрению в убийстве на основании косвенных улик. Арестовать ведь могли и за меньшее. Или, если эксперты ничего не найдут, попытаться натравить на Конора Эмили и использовать ее показания, чтобы предъявить ему обвинение. Казалось, она так и не вспомнила, что он снова ложился в постель в ту ночь, когда вернулся из Провиденса, и не заметила ничего странного в его поведении. Но может и вспомнить, а то и присочинить то, чего никогда не было, если копы ее подтолкнут или, что еще хуже, промоют мозги, убедив, что Конор виновен и ей достаточно выступить против него, чтобы раз и навсегда отправить за решетку убийцу ее матери.

Неважно, удастся ли ему выйти сухим из воды, – сам факт ареста по подозрению в убийстве поставит крест на их отношениях, как и на его будущей карьере. Смертный приговор, вынесенный судом общественного мнения.

* * *

После того как тело опознали, юрист по недвижимости уведомил Эмили о начале раздела имущества Кэтрин. Он пояснил, что активы перейдут к ней не ранее чем через несколько месяцев. Ограничения на вывод средств из фонда останутся в силе до тех пор, пока наследнице не исполнится тридцать лет. Впрочем, это не имело значения, поскольку скоро она сможет свободно распоряжаться огромными сбережениями и портфелем инвестиций покойной матери.

Эмили не захотела устраивать панихиду и была слишком подавлена, чтобы справиться с бумажной волокитой. Поэтому попросила Конора изучить все документы и сказать ей, что подписать, особенно если это касается квартиры на Пятой авеню и дома в Каттерсе.

– Я все улажу, – пообещал Конор. – Могу ли я сделать что-то еще, чтобы облегчить твою жизнь в ближайшие несколько месяцев?

Она покачала головой.

– Как считаешь, – продолжал он, – будет ли тебе спокойнее, если мы установим сигнализацию, пока не выяснится, что случилось с твоей мамой?

– Возможно, – ответила Эмили. – Мне сейчас не до этого.

Приняв снотворное, она рано легла спать, а Конор в одиночку смотрел трансляцию дня выборов. Видя, что соперники идут буквально ноздря в ноздрю и вероятность победы качается, словно маятник, то в одну, то в другую сторону, он понимал как никогда, что судьба его не зависит от исхода этой гонки. Кто бы ни стал президентом, Конор либо так разбогатеет, что утратит всякий интерес к политике, либо будет прозябать до конца дней своих в государственной тюрьме Массачусетса.

Глава тридцать пятая

Одним серым дождливым субботним утром, за два дня до того, как Конор должен был приступить к новой работе, пока вся страна ждала подтверждения, казалось бы, очевидной и все же поставленной под сомнение победы Байдена, детектив Кларк пригласил Эмили в участок, чтобы обсудить заключение судмедэксперта. Он попросил ее взять с собой и Конора.

– Я созвонился с охранной фирмой и назначил встречу с мастером на одиннадцать часов, – сообщил Конор. – Попрошу его приехать чуть позже, – прибавил он, демонстрируя уверенность, что беседа с детективами не отнимет много времени.

Однако, сидя за рулем автомобиля, сам он сильно в этом сомневался, глядя на моросящий за окном дождь. Если его собираются арестовать, что помешало копам приехать к ним домой? Может, тем самым они стремились избежать скандала в Каттерсе, где к этому времени осталось всего несколько жителей, и уберечь Эмили от публичного позора? Или решили устроить Конору очередной неофициальный допрос. Рассчитывали, что он все-таки оступится, а новые сведения помогут им прижать его к стенке. А может, копам удалось раздобыть снимок, который он отправлял Кэтрин? Или другой компромат, о котором Конор попросту забыл.

Когда они прибыли в участок, оба детектива приняли их в кабинете Кларка.

– Эмили, вы предпочли бы побеседовать тет-а-тет или в присутствии мистера О’Тула?

Полицейские никогда не называли Конора по фамилии. Деловой тон сильно тревожил. Именно так они наверняка обратились бы к нему перед задержанием.

– Пусть останется, – ответила Эмили.

– Хорошо, – сказал Кларк. – Поскольку тело вашей матери найдено, нам предоставили доступ к ее мессенджерам и электронной почте. Мы продолжаем изучать письма, но пока не увидели ничего примечательного за последние полгода. Все сообщения, к сожалению, исчезли, чего мы и боялись.

Икры, бедра и ягодицы Конора расслабились.

Согласно токсикологическому отчету, пояснил Кларк, в костном мозге Кэтрин обнаружили этанол, однако отсутствие крови и тканей не позволяло определить точный уровень алкоголя в крови во время смерти. В ходе обыска детективы заметили пустую банку из-под лоразепама в урне из ванной комнаты и обратили внимание, что флакон выбросили задолго до истечения срока годности. В связи с этим возникло подозрение, что Кэтрин постоянно превышала дозировку или сделала это в ночь своей смерти. В ее останках присутствовали следы некоторых рецептурных препаратов из тех, что она принимала, среди которых был и лоразепам, но эксперт затруднился установить количество снотворного в организме в момент смерти. Вскрытие даже не показало, сколько времени прошло с тех пор, как она скончалась.

Пока все складывалось удачно для Конора.

Детектив прокашлялся и принялся зачитывать заключение с лежащего перед ним листа.

– Судебно-медицинским экспертом были выявлены признаки черепно-мозговой травмы, возникшей в результате тупого удара. Теменная кость субъекта… – Взглянув на Эмили, Кларк перешел на более простой и понятный язык: – У вашей матери обнаружился линейный перелом в правой части черепа. Трещина на линии роста волос. Если не придираться, можно предположить, что она стояла на камне на берегу океана, возможно выпила или приняла слишком много лоразепама, или и то и другое, поэтому поскользнулась, ударилась головой, потеряла сознание и упала в воду. Однако ввиду того, что автомобиль и телефон похищены, мы не склонны считать эту смерть несчастным случаем. – Кларк продолжил читать: – Экспертизой установлено, что перелом мог возникнуть либо в результате удара черепа о камень, как однократного, так и многократного, в то время как тело было погружено в воду, либо в результате единичного или множественных ударов предметом, которым орудовал нападавший. – Он поднял взгляд. – К примеру, кто-то мог забить ее до смерти тяжелым камнем. Такие действия, безусловно, расцениваются как убийство.

Эмили громко ахнула. Конор, лицо которого скрывала маска, сделал медленный и глубокий вдох.

– То есть… вы уверены, что ее убили? – спросила Эмили.

– Из-за сомнений, возникших в ходе экспертизы, делу присвоен статус ТДР, – ответил Кларк.

– Что это значит? – уточнила Эмили.

Конор тоже никогда о таком не слышал.

– Требуется дальнейшее расследование, – расшифровал Кларк. – Это значит, что пока мы не можем дать делу точную правовую оценку.

– Я… я не понимаю, – растерянно проговорила Эмили. – Что все это значит?

– Имеющейся у нас информации недостаточно,