Последний час - Самюэль Бьорк

У нее был Арвид. Этого достаточно.

Теперь пришло время научиться обходиться самой.

И она занялась садом.

Орхидеями.

А может быть, самое лучшее – то, что у нее наконец-то появилось время перечитать все книги, стоявшие на полке.

Классика.

Толстой.

Сестры Бронте.

Каждое Рождество, каждый день рождения – подарок от Арвида всегда был один и тот же: книга. И все эти тома только собирали пыль, напоминая ей о собственном бездействии и вызывая чувство вины.

Но теперь все изменилось.

Да, сначала дело шло медленно, но сейчас она и представить себе не могла ничего лучше.

Лив снова улыбнулась и пошла замешивать тесто для пиццы, которую обещала детям. И тут вдруг вспомнила о посылке, что недавно доставили.

Какая-то посылка.

Она совсем о ней забыла.

Вышла в коридор, принесла ее на кухню.

Без обратного адреса.

Что бы это могло быть?

Она достала из ящика ножницы, разрезала бумагу.

Небольшая картонная коробка.

Открыла ее осторожно.

Внутри – шкатулка.

Деревянная.

Ну надо же.

Лив вытащила ее, поставила на кухонный стол, подняла крышку.

Странно.

Небольшая музыкальная шкатулка?

Зачем кто-то ее прислал?

Нет, должно быть, ошибка.

Она снова проверила бумагу.

Лив Берг.

Линдерудвайен, 16.

Да, адрес ее.

Странно.

Она вернулась к столу, начала крутить маленькую металлическую ручку.

Динь-дилинь-дилинь.

Что это за мелодия?

Она ее не узнала.

Музыкой она никогда особенно не интересовалась.

Ну и ладно, все равно звучало мило.

Лив положила шкатулку обратно в коробку, поставила на полку. В этот момент из гостиной раздались крики детей.

– Бабушка! Там кто-то снаружи!

– Что?

Лив поспешила в гостиную.

Дети стояли, уткнувшись носами в стекло.

– Смотри, бабушка.

И правда…

Черная машина припарковалась прямо у ее подъезда.

Она чуть отдернула занавеску.

Машин было несколько: целая колонна вниз по улице.

Что все это значит?..

Из одной вышел полный мужчина с рыжеватой бородой, огляделся, что-то показал рукой и направился к дому.

Лив торопливо отогнала детей обратно на диван, почти бегом кинулась в коридор и успела закрыть дверь на цепочку, прежде чем раздался звонок.

Она приоткрыла дверь.

– Лив Берг?

– Э… да?

– Меня зовут Холгер Мунк, я из отдела по расследованию убийств, полиция Осло. Мы имеем основания полагать, что вы и дети в опасности. Можете впустить нас?

64

Йессика Блумквист сидела на диване, поджав ноги, и ее прежняя решимость куда-то испарилась. Смелость, что переполняла ее несколько часов назад, сменилась гнетущей нервозностью. Что она наделала? Тогда ее поступок казался правильным. Черт возьми, ты не будешь мной командовать. Но сейчас его сменило горькое сожаление. Телефон в металлической коробке неумолимо вибрировал, словно разъяренная оса, рвущаяся на свободу, чтобы ужалить ее. Она, конечно, отключила звук на обоих аппаратах, но совсем забыла про вибрацию. Пришлось вцепиться в подушку изо всех сил, лишь бы не сорваться и не проверить его.

Черт.

Она вскочила и забегала по комнате. Часы на стене тикали невыносимо медленно. Как в детстве накануне Рождества: минуты тянулись вечность, так и не становясь часами. К тому моменту, когда наступало время открывать подарки, она была уже вымотана и почти не могла радоваться. Да и подарков было немного.

Без десяти три. Девять минут третьего. Десять. Одиннадцать. Она решила ждать до половины третьего. Но сама мысль о том, чтобы стоять там, наверху, в душном многоярусном паркинге, тоже не радовала. Хотя… какая разница? Что там торчать, что здесь мотаться кругами, словно пациент психушки. Хотя, может, все-таки?.. Она снова взглянула на стрелки. Приклеились будто. Все те же двенадцать минут третьего.

Йессика раздраженно покачала головой, пошла в ванную и уставилась в зеркало.

Опять.

Посмотри в зеркало.

Что, черт возьми, он имел в виду?

Мое лицо?

Внешность?

Ты меня знаешь?

Ты похож на меня?..

Ладно.

Надо почистить зубы.

Она сунула щетку в рот и пошла обратно на кухню.

Тринадцать минут третьего.

Слава богу, постепенно возвращалось ощущение контроля.

Один из телефонов снова завибрировал в коробке.

Красный?

Ну и пусть.

У него нет больше власти над ней.

Мы достанем тебя.

Йессика вернулась в ванную, прополоскала рот и посмотрела на себя еще раз.

Попробовала улыбнуться.

Ну что?

Думаешь, у тебя есть власть?

Забудь.

Так.

Да, она не такая сильная, как ей хотелось бы, но прогресс налицо.

Огромный прогресс.

Черт.

Вот что надо было сделать с самого начала.

Конечно же.

Купить новый телефон.

Почему она не подумала раньше?

Новая сим-карта.

Новый номер.

И он не сможет ее отследить.

Или сможет?

Как это работает на самом деле?

Ему ведь нужно знать ее номер, чтобы вычислить?

В самом конце Богстадвайен был магазин «Теленор».

Боже, ну и дура же я.

Вот и план: иду туда.

Покупаю новый телефон.

Звоню Рокки.

Может, даже Вольду.

Пятнадцать минут третьего.

Йессика вприпрыжку пересекла комнату, сунула металлическую коробку в рюкзак и уже натягивала ботинки, когда внезапно раздался звонок в дверь.

Она вздрогнула и замерла, потом осторожно подошла к кухонному окну, чуть отодвинула штору и выглянула.

Внизу стояла полицейская машина.

Полиция?

Почему?..

Звонок снова зазвенел.

Йессика медленно вышла в коридор, сняла трубку домофона.

– Да?

– Здравствуйте, Йессика Блумквист?

– Э… Да?

– Меня зовут Фредрик Риис, я из отдела по расследованию убийств. Марибуэсгате, 13. Вы сейчас одна в квартире?

Маибуэсгате, 13.

Отдел Мунка.

– Да… Я одна. А в чем дело?

В трубке что-то зашуршало, часть слов она не разобрала.

– Простите, повторите?

– Вы недавно связались со своим сожителем? Мы полагаем, это было не самым разумным решением. Мунк беспокоится о вашей безопасности.

Йессика быстро приняла решение.

– Спасибо, но нет. Все в порядке.

Повисла пауза.

– Вы уверены?

– Да. Но все равно спасибо.

Она положила трубку и вернулась к окну. Полицейская машина стояла там же.

Безопасность.

Конечно, заманчиво.

Но нет.

У нее есть план.

Купить новый телефон.

Встретиться с Адрианом на парковке.

И тогда они найдут его.

Йессика улыбнулась, закинула рюкзак на плечо и… не успела понять, как все произошло.

Звук открывающегося замка.

Дверь распахнулась.

На пороге – силуэт в форме, с пистолетом, направленным прямо на нее.

– Привет, дорогая, – произнес знакомый голос из-за визора.

О черт.

5

65

Пятидесятичетырехлетний Рой Хегна сидел наверху, на втором этаже, и, глядя в бинокль, размышлял, когда же визитеры заметят табличку, которую он повесил в прихожей прямо за входной дверью.

«Гости и рыба начинают вонять на третий день».

Он нашел ее в комиссионке у