Без любви здесь не выжить - Саммер Холланд

Пока мы были вдвоем, ничего плохого не могло произойти. И сейчас, когда Рэй усадил меня обратно на кушетку и заставил вытянуть руку, я не отводила взгляда от океана, что плескался в его глазах.

– Полностью раскрой пальцы, – приказал он, – так, чтобы ладонь выпрямилась.

Я послушалась, и по коже снова пробежала влажная спиртовая прохлада.

– А теперь смотри, – сказал Рэй и открыл зажигалку.

Наши взгляды устремились в одну точку – туда, где к моей ладони склонился крошечный горящий факел. Миг – и красное с голубыми прожилками пламя взметнулось вверх, а потом начало расползаться вширь, весело пританцовывая на танцполе из моей ладони.

Это завораживало, как магический трюк, и хоть я все так же чувствовала жар и покалывание, видеть было действительно намного лучше.

Рэй накрыл мою ладонь своей, уничтожая огонь, и переплел наши пальцы. Я с трудом осознавала произошедшее между нами. Мы сделали то, на что казалось невозможным решиться, и уровень нашего доверия теперь был выше даже Эвереста.

Я позволила ему продолжить, послушно спустилась с кушетки, ведомая его рукой, подставила запястья свисавшим с потолка кожаным ремням, а грудь – двум металлическим зажимам.

Сколько бы мы ни ночевали вместе у Эрика, Рэй не заходил дальше поцелуев и объятий, все время повторяя: нужно кое-что особенное. И теперь, когда я, беспомощная, была в его абсолютной власти, ожидание воздавалось стократ.

Все внутри сводило от предвкушения, ноги дрожали, а щеки пылали от внутреннего жара. Я больше не могла ждать. Подтянутое тело Рэя всегда вызывало у меня желание, но сейчас, уже блестящее от влаги в тусклом свете, оно и вовсе казалось идеальным.

К счастью, я не одна умирала от нетерпения. Рэй расстегнул брюки, приподнял меня за бедра, вынуждая обхватить себя ногами, и без лишней прелюдии оказался во мне. Он даже не ждал, пока я привыкну к ощущению заполненности.

Выдержка, обычно стальная, сегодня тоже его подводила. Жесткие, быстрые, нетерпеливые толчки в рваном ритме выколачивали из меня стоны, которые вскоре превратились в бесконечное повторение его имени, и оно начало звучать как мольба. Я была его нижней, но требовала, нет, приказывала продолжать. Если бы он остановился, вместе с ним остановилось бы и мое сердце.

Горящая от ожога кожа спины покрывалась испариной, но внутри меня бушевал пожар сильнее. Я неотрывно наблюдала за безумно прекрасным телом: за тем, как Рэй прикусывал губу, как сокращались рельефные мышцы на его животе, как билась вена на шее.

Пальцы болезненно впивались в мои бедра, и хотелось большего. Свиста плети. Холода металлической трости. Хлестких ударов по плечам и ногам, которые оживляли спящие клетки, заставляли меня сходить с ума от противоречия и выбивали из головы последние переживания о глупостях внешнего мира.

Будто услышав мои мысли, Рэй на мгновение отвел руку и звонко шлепнул меня по заднице. Теперь кусать губы пришлось мне: он бы не простил оргазм без разрешения.

– Посмотри мне в глаза, – хрипло произнес он, достаточно громко, чтобы пробиться в мое сознание. – И не смей отворачиваться.

Его рука уже родным движением обхватила меня за шею, и больше я не дышала.

– Можно.

Толчки стали сильными, ровными, но главное – на мне остановились потемневшие глаза, в которых спрятался целый мир. Мой собственный. Больше ничей.

Я выгнулась, насколько позволяло затекающее зафиксированное тело, и дала оргазму поглотить себя. Океан чужого взгляда принял меня в свои безграничные глубины, и больше ничего не было нужно, чтобы рассеяться в нем, став миллионом крошечных точек.

Рэй со стоном остановился, его пальцы на моей шее на мгновение сжались сильнее, но тут же хватка ослабла, пропуская кислород в мои легкие. Теперь мы оба тяжело дышали, застыв во времени, но так и не оторвали глаз друг от друга.

Поглощенная остаточной дрожью, я не заметила, как он снял с меня зажимы, освободил руки… Очнулась уже лежащей на нем спиной вверх на краю постели. Рэй гладил меня по волосам, прижимался губами к влажному от пота виску и бормотал что-то ободряющее.

– Мой космос, – донеслись его слова до моего сознания. – Ты мой космос, Уна. Ты все звезды разом.

– Не обольщайся, это просто крем с шиммером, – не удержалась от шутки я. – Кожа убийцы и все такое.

– Как ты себя чувствуешь?

– Страшно посмотреть, как выглядит теперь моя спина.

– Она покраснела, но ничего ужасного. У меня есть особая мазь, через пару дней будешь как новенькая.

Напоминание о будущем омрачило полет в невесомости, который происходил в настоящем. На завтра запланирована очередная встреча с Чарльзом, и мне ужасно не хотелось на нее идти. Поморщившись от нахлынувшего недовольства, я спрятала лицо, уткнувшись носом в шею Рэя.

– Что не так? – чутко отреагировал он.

– Завтра пятница.

– Точно, – горько ответил Рэй. – Это дерьмо нужно заканчивать.

– Я бы с удовольствием, но… У нас все еще нет плана.

На самом деле были наметки на три или четыре плана, у каждого из них – примерно по четверти, и, если бы они не противоречили друг другу, можно было бы попробовать собрать из них один, хотя бы кривенький. Но Рэй и Эрик говорили, что так не работает, и мне приходилось им верить.

– Уверен, на этих выходных мы наконец разродимся. – Рэй сопроводил обещание очередным поцелуем. – Давай подумаем об этом в субботу, ладно?

– Поздно, – вздохнула я. – У меня в голове уже куча мыслей.

– Гони их оттуда, – с улыбкой предложил он. – Сейчас у нас одна задача: прийти в себя и сходить в прохладный душ. А потом я о тебе позабочусь.

– Это уже две.

– Так, силы спорить появились… Значит, сегодняшней сессии было мало. Достаю флоггер?

– По ожогам будешь бить? – удивленно подняла голову я. – Ты что, садист?

– А я не предупредил?

Рэй шутил, но я заметила в его лице те же сомнения, что одолевали меня саму. И даже ту же усталость. Уже две недели мы словно жили на паузе, судорожно пытаясь найти выход из задницы, в которой оказались, но эта короткая передышка вот-вот должна была закончиться.

– Что, если мы не придумаем план? – тихо спросила я.

– Такого не бывает, поверь. Мы обязательно справимся.

В его глазах промелькнуло что-то совсем новое. Словно план у него уже был.

Глава 22. Гребаное вранье

Я приучилась растягивать один «Негрони» на весь вечер. Оставаться трезвой – первое правило выживания, когда ужинаешь с киношным злодеем. А такое у меня теперь часто происходило: наверное, весь «Сити Соул» думал, что Чарльз завел себе молоденькую девушку для развлечения.