Без любви здесь не выжить - Саммер Холланд

еще пару месяцев назад я бы рассмеялась и отказалась от подобного безумия, но мне было настолько любопытно, что инстинкт самосохранения просто сдавался перед более сильным чувством.

Огонь, ласкающий мою кожу… Звучало, как что-то из книжек, нереальное, далекое. Не знала ни одну девушку, кто пробовал бы подобное. И в моем мире я была первой. Пилигримом изопропилового спирта, который как раз оказался в моих руках.

Была ли я достаточно безумна, чтобы попробовать подобное? И был ли в рассудке тот, кто хотел это со мной сделать?

Рэй Блэк. Я смотрела ему в глаза и понимала, что мы находились в новом витке наших странных отношений. И пусть мое согласие было прыжком доверия, я делала правильный выбор.

– Да, – произнесла я увереннее, чем большинство невест перед алтарем. – Ты можешь и попробовать это со мной, и снять на камеру.

В его глазах вспыхнуло удовольствие, которое не сравнить ни с чем.

Пальцы снова мягко легли на мою шею, и сердце забилось в ожидании нового приключения. Рэй опустился к моим губам с поцелуем, который обещал, и обещал, и обещал мне все новые уровни наслаждения.

Второй рукой он нещадно сминал мою кожу, как свежую глину, из которой собирался вылепить новую Уну. Знакомое сочетание поджигало во мне тысячи нейронов, заставляя светиться, как рождественскую елку, увитую кучей гирлянд.

Это тоже был мой мир, пусть я и считалась в нем новичком, но уже присвоила себе, отказываясь делиться с кем бы то ни было. Рэй поднял меня на руки, не разрывая поцелуя, и усадил на кушетку. Подчиняясь его немым приказам – он вел так же, как тогда, в танце, – я легла на живот. Волосы рассыпались по спине, и тут же чужие руки собрали их, быстро, аккуратно, вплетая в хвост мелкие непослушные прядки. Еще несколько движений – и все они оказались туго перетянуты резинкой.

– Я оставлю тебя всего на минуту, – пообещал Рэй, пока его ладонь скользила по изгибам моего тела. – Мне нужно поставить камеру.

Когда он отошел, прохладный воздух, разгулявшийся в неожиданной пустоте, заставил зябко поежиться. Я слышала негромкий мурлычащий голос, убеждавший меня в том, что все в порядке и под контролем. Он наконец начал звучать ближе, и, когда пальцы Рэя снова коснулись моей кожи, я была готова.

Ласковые движения, которые превращали меня в масло, сменились холодным металлом – Рэй аккуратно провел тростью по моим бедрам, и сразу за этим последовал удар.

Сессия по-настоящему началась.

Сочетание жесткости и нежности неизменно, каждый чертов раз, заставляло меня сходить с ума. Рэй выучил мое тело в совершенстве и теперь играл ощущениями в нем так же мастерски, как перебирал струны на своей гитаре. Кожа уже горела от ударов, но явно недостаточно для него: теперь нам обоим требовалось больше.

Я не стеснялась вскриков и стонов, непроизвольно вырывавшихся из груди, зная, что Рэй считал это музыкой. Мелодией, которую он извлекал из меня, как из своей гитары, добавляя к ней аранжировку из свиста трости и хлестких ударов.

Наконец он решил, что я готова. Ласково пробегаясь пальцами по моей спине, Рэй говорил со мной, и пусть запомнить или даже понять, что именно он произносил, было почти невозможно, это странным образом успокаивало. Когда моей лопатки коснулось что-то холодное, влажное и мягкое, я невольно вздрогнула, но Рэй не дал запаниковать.

– Моя маленькая шлюшка будет выглядеть как королева огня, – пообещал он.

Звук зажигалки, запах горения в воздухе, горячая точечная вспышка боли облизала мою кожу и затанцевала на ней безумный брейк. Послышался шумный вдох Рэя, потом голос, который утонул в звоне в моих ушах.

Точка начала расти: все новые клеточки кожи присоединялись, но это не было неприятным. Сама мысль о том, что по мне плясал настоящий огонь, растекалась по телу, как патока. Я горела для него, и не только получала, но и давала другому человеку блаженство быть на одной стороне. Даже в разделении сексуальных перверсий мы были заодно, какими бы полоумными они ни казались внешнему миру. Мы были богами своего собственного.

Пламя поглощало каждый отведённый ему дюйм моего тела, начинало приносить боль, но я лишь улыбалась своим ощущениям. Словно не было ничего, что я не могла бы вынести, – и от этого где-то глубоко внутри меня гордо подняло голову самодовольство.

Королева огня. Я действительно ею была.

Широкая ладонь быстро прихлопнула пламя на моем теле, и все резко прекратилось. Но я не успела даже выдать реакцию – оказалось, что не дышала все это время, – когда на мою кожу лег кубик льда.

Воздух, который я держала в себе, вырвался из горла вместе с криком. Рэй остановился, приблизился и наклонился к моему лицу.

– Ты в порядке?

– Очень, – выдохнула я. – А можно еще?

– Уверена?

– Да, абсолютно. – Голос звучал хрипло и тихо.

Рэй вернулся к моей спине, и огненная вспышка захватила новый участок кожи, но быстро – слишком быстро! – потухла, сменившись холодом. Я держалась из последних сил, чтобы не извиваться от противоречивых ощущений, а внутренний жар соревновался с тем, что был снаружи.

Меня словно натирали жгучим перцем, а потом заливали жидким черным «Холлсом». Если бы не Рэй, это казалось бы пыткой, но он превращал все в чувственное приключение. Каждый раз, когда чиркала зажигалка, вспыхивали мы оба: я ощущала это в прикосновениях, едва слышных вздохах, в том, как мои стоны отражались от его кожи и разносились по комнате.

К моменту, когда он протер меня, убирая последние остатки спирта, и подхватил на руки, я уже была комком эмоций и жидким пламенем, которое он аккуратно, чтобы не расплескать, донес до постели.

– Ты была восхитительна, – прошептал он мне на ухо. – Если устала, можем закончить на этом.

– Нет, – запротестовала я, – пожалуйста, нет!

– Жадная шлюшка, – рассмеялся он, но тут же исправился, – и теперь – огненная королева. Подожди меня здесь минуту.

Кожа на спине все еще горела, и, когда я попыталась лечь на спину, мгновенно поняла, насколько паршивой идеей это было. С воем перевернулась на живот и едва не расплакалась от обиды: мне хотелось видеть Рэя.

– Что произошло? – тут же отреагировал он.

Встревоженный голос казался медовым.

– Я ничего не видела… Хочу смотреть на тебя хотя бы сейчас.

Рэй вернулся и снова поднял меня на руки, возвращая ощущение безопасности.

– Ты будешь смотреть, – пообещал он.

Я растворилась в его прикосновении, не понимая, почему ладони не приносят той боли, которая появилась от простыни. Рэй был единственным, что мне необходимо, лекарством от всех болезней, вселенной,