Без любви здесь не выжить - Саммер Холланд

У меня были мои двое мужчин. Знаю, они не стали вытаскивать меня из тюрьмы, и это та пилюля реальности, которую я вынуждена проглотить. Между нами не существовало любви, отношений и будущего, и, как только вся эта ситуация с Чарльзом разрешится, нас будет ждать – болезненное или нет – расставание.

Но Эрик ради меня убил человека, а Рэй нанял людей, которые убедили Чарльза в том, что Аджит Верма получил крупную сумму от барона Вустриджа лично и исчез в Южной Америке. Они оба прикрыли мне задницу именно там, где было необходимо. И если бы я после этого пыталась играть против них, чего бы стоило мое слово?

Кому-то могло показаться, что я перестала выбирать себя, но это было не так. Я просто предпочитала настоящую свободу, которую Чарльз и его система никогда бы мне не дали. И каждый день, просыпаясь, принимать решение, что сегодня я буду доверять Эрику и Рэю свою жизнь, было истинной независимостью.

Мы больше не вынуждали друг друга оставаться в одной команде. Мы втроем хотели в ней быть.

И сейчас, когда я заходила в двери специализированного отеля на окраине Уэмбли, снова делала свой выбор: наслаждаться тем, как Рэй меня разрушал. Он обещал, что мы останемся здесь до утра, и я больше всего надеялась хотя бы одну ночь не думать о финансах, работе и Чарльзе Уотерби.

Рэй ждал меня в номере на втором этаже. Я неторопливо поднималась по лестнице, стараясь прочувствовать каждую каплю этого забытого предвкушения, от которого колени превращались в вату, а сердце отказывалось работать в таких условиях и пыталось выпрыгнуть из груди на рынок труда.

Он обещал мне нечто особенное, и я точно знала: это обещание Рэй сдержит. Еще ни разу не обманул.

– Заходи, – ответил он на мой негромкий стук.

Комната, хоть и была наверху, выглядела как настоящее подземелье. Темные стены, по которым, словно заполняя невидимые трещины, струились золотые прожилки. Целая пыточная в углу. Андреевский крест. Широкая кровать. Секс-качели. Все было выкрашено либо черным, либо золотым, и рассеянный свет, лившийся с потолка, казался достаточно слабым, чтобы создать мрачную готическую атмосферу.

Мой мучитель и господин стоял в центре комнаты, раздетый до пояса. Его волосы были строго уложены на одну сторону, руки скрещены на груди, а лицо превратилось в непроницаемую суровую маску.

– Разденься и аккуратно сложи одежду у входа.

Помните, как в первый раз этот приказ выбил меня из колеи? Теперь он бросил спичку в бочку с керосином, которой я оказалась. Обещанное удовольствие было так близко, что вспыхивало даже в кончиках пальцев, с особой тщательностью складывавших рабочие брюки шов к шву.

Никогда не была такой аккуратной, как сейчас. Оставшись полностью обнаженной, я сделала шаг вперед и начала привычно опускаться на колени, но Рэй остановил меня.

– Подойди ко мне.

Я молча послушалась, хотя ноги подрагивали, и все тело словно уже было наэлектризовано.

– Сегодня я хочу попробовать кое-что новое с тобой. – Рэй обнял мою шею пальцами. – Но для этого мне нужно твое осознанное согласие.

Едва не выпалив «Все что угодно!», я сумела вовремя прикусить язык. Подняла взгляд к его лицу в ожидании продолжения. Он слегка сжал пальцы и сам придвинулся ближе, я же остановилась на полувдохе, будто встала на паузу.

Как же сильно соскучилась.

– Во-первых, могу гарантировать, что практика, которую я приготовил, будет для тебя безопасна. Я уже ее использовал, тренировался и хочу, чтобы ты знала это, прежде чем услышишь. Она включает в себя огонь, который будет ласкать твое тело на достаточно низкой температуре, чтобы не принести вреда.

В горле пересохло. Огонь? Рэй хотел меня поджечь? Боже, зачем, внутри я и без того полыхала.

– Во-вторых, я буду объяснять тебе все, что делаю, и подготовил меры безопасности. Ты для меня важнее всего, и, если не готова, это никак не повлияет ни на сегодняшний вечер, ни на наши с тобой отношения. Не хочу, чтобы ты согласилась только потому, что отчасти зависишь от меня, и отказ в любой момент, от этой самой секунды до каждого этапа нашей сессии, будет воспринят мной как приказ, который нужно исполнить.

Он говорил, а я все пыталась представить себе, как это произойдет. Меня подожгут? Или обмажут керосином и бросят в огонь?

– Уна, – позвал Рэй, – ты хочешь о чем-то спросить?

– Я не понимаю, что именно вы будете делать… сэр.

Одобрительно кивнув, он выпустил меня на секунду, чтобы взять за руку и подвести к обитой кожей высокой кушетке, застеленной тканевым покрывалом. Рядом с ней стоял стол с разложенными на нем инструментами. От ассоциаций с гаражом Эрика, в котором пытали Гаурава, меня передернуло.

– Что-то не так? – тут же заметил Рэй.

– Нет… Продолжайте, пожалуйста.

Рэй никогда не приносил мне настоящего вреда. Всегда заботился, следил, чтобы мне было хорошо. И почему именно сейчас это должно было измениться?

– Здесь специальная поверхность, пропитанная огнеупорным составом, – медленно и отчетливо проговорил он. – Ляжешь на живот. Я буду покрывать твою кожу спиртом, который горит на очень низкой температуре, но это не значит, что ты не почувствуешь огонь.

Он показал на стол и поднял с него маленький факел на тонкой ножке. Абсолютно новый.

– Я сделал это сам, чтобы убедиться, что все выполнено правильно. Если хочешь, можешь коснуться его.

Упругий белый конец факела не то чтобы мог вызвать во мне доверие, но почему-то от того, что его сделал Рэй, действительно становилось спокойнее.

– Ты расслабишься, я тебя разогрею, – он даже улыбнулся своему каламбуру, – а потом попробуем. После каждой вспышки будем решать, хочешь ли ты продолжать. И еще кое-что…

А вот теперь ему словно было сложнее говорить.

– Ты не увидишь огонь, поэтому, если согласишься попробовать, я могу снять это на камеру. Тогда ты сможешь посмотреть, насколько прекрасна, объятая огнем.

– На мой телефон?

– На фотоаппарат, который у меня есть. Он лучше снимет.

Видимо, на моем лице отразилось сомнение, потому что Рэй поспешил добавить:

– Это не увидит никто, кроме нас с тобой. И у тебя будет моя письменная гарантия.

Он продолжал говорить о том, какие материалы использует, объяснять каждую деталь и даже законы физики, но в моей голове билась единственная мысль: если соглашусь, придется на сто процентов довериться Рэю. Больше, чем в предыдущие встречи. Больше, чем когда-либо до этого.

Если он ошибется, я могу умереть. Это точно не входило в мои планы, и