Скелет в наследство - Николай Иванович Леонов

— Громче! — прошипел Космонавт. — Я сказал — громче! Кричи, проси о помощи!

— Помогите! — крикнула Людмила. — У него нож! Он меня убьет!

— Молодец! — прошипел Космонавт. — Хорошо крикнула!

— У меня кровь, — испуганно произнесла женщина. — На лице…

— Ничего, не умрешь! — еще раз прошипел Космонавт и крикнул, обращаясь к охранникам: — Я сказал, чтобы вы позвали старшего! Где старший? Жду еще минуту! Затем я убью заложницу!

— Здесь старший! — отозвался кто-то издалека. — Что тебе надо?

То ли по стечению обстоятельств, то ли по какой-то необъяснимой иронии судьбы ответственным дежурным в ту самую ночь был оперуполномоченный — тот самый, чьим осведомителем был Космонавт и кто выхлопотал ему приезд невесты и саму свадьбу. Космонавт узнал его голос. Впрочем, ему было все равно, оперуполномоченный это или кто-то другой, решающего значения это не имело.

— Что ты хочешь? — повторил оперуполномоченный. — Для чего ты это затеял? Пьяный ты, что ли? Или дурак?

— Я — дурак! — крикнул в ответ Космонавт. — Или ты этого не знал? Подойди ко мне! Один! Без оружия! Или я ее убью!

— Кажется, она твоя жена, — сказал на это оперуполномоченный.

— Я убью ее!.. — И все-таки… — повторил Космонавт. — Кричи! — Он толкнул Людмилу в плечо. — Громче кричи!

— У него нож! — крикнула Людмила. — Он порезал мне лицо! У меня все лицо в крови!

— Не дури, Космонавт, — сказал оперуполномоченный. — Отпусти женщину. Выбрось нож. Сам ляг на землю. Тогда и поговорим.

На это Космонавт не сказал ничего. Резким движением он ткнул женщину ножом в плечо. Удар был не слишком сильным, скорее расчетливым. В планы Космонавта не входило убивать женщину — во всяком случае, в данный момент. Она могла ему еще пригодиться. От удара женщина пронзительно вскрикнула и заплакала.

— Перестань махать ножом, придурок! — крикнул оперуполномоченный. — А то ведь наскребешь себе высшую меру. Хоть это ты понимаешь?

— Подойди ко мне! — крикнул в ответ Космонавт. — Да побыстрее! С поднятыми руками!

— Уже иду, — спокойно сказал оперуполномоченный.

И действительно, вскоре он подошел к Космонавту и несчастной женщине. Руки у него были подняты, оружия в руках не было.

— Вот он, я, — сказал оперуполномоченный. — И что дальше?

— А дальше прикажи охране отпереть ворота. И чтобы они меня не трогали, когда я буду чрез них проходить! Когда мы с моей женой будем проходить! Все должны отойти на двадцать шагов! На двадцать — ты меня понял?

— А если схлопочешь пулю в лоб? — спокойно спросил оперуполномоченный. — Ты ведь знаешь, что мы сейчас имеем право в тебя стрелять?

— А если промахнетесь и попадете в нее? — сказал Космонавт. — В мой лоб еще надо попасть! Запомни, как только щелкнет чей-то затвор — я ее зарежу! Зарежу, ты понял?

Сказав это, он крепко прижал Людмилу к себе — настолько, что сейчас они составляли просто-таки единое целое. Действительно, этак по нечаянности можно было попасть и в женщину. Да и потом: женщину Космонавт обнимал лишь одной рукой, в другой руке у него был нож. Что стоило зарезать ножом беззащитную женщину? Один взмах — и все…

Какое-то время оперуполномоченный молчал: вероятно, он размышлял, что ему делать дальше. Хотя и так было понятно, что делать. По инструкции нужно было звонить начальству, затем — в Томск, чтобы оттуда выслали бригаду спецназовцев. Затем — всеми силами и средствами постараться урезонить Космонавта или хотя бы удержать его на месте до прибытия спецназовской бригады. Но это по инструкции, а жизнь, как известно, плохо подчиняется всяческим инструкциям — хоть писаным, хоть неписаным. В жизни, в этот самый момент, получалось так, что нужно было спасать женщину. Это было главным, а всякие инструкции, приказы и формуляры отложить на потом.

— Иди, — сказал наконец оперуполномоченный. — Но гляди! Если что случится с женщиной — это будет твой смертный приговор. Помни об этом. Пропустите его! Пускай идет! — эти слова относились уже к лагерной охране.

Все так же прижимая Людмилу к себе одной рукой и держа нож у ее горла другой рукой, Космонавт прошел к воротам и вскоре был уже за пределами лагеря. Шел он, прикрываясь женщиной, то есть так, чтобы не подставлять себя самого под пулю. Если бы кто-нибудь выстрелил ему вдогонку, то пуля наверняка угодила бы не в Космонавта, а в женщину.

— За мной не ходить! — крикнул он. — Увижу, что кто-то идет — убью женщину!

— Всем стоять на месте! — скомандовал оперуполномоченный лагерной охране. — Никому не стрелять!

Космонавт знал, куда ему идти. Он шел к лодочному причалу. Он помнил свою неудавшуюся попытку побега на лодке-моторке. Сейчас он надеялся, что такая попытка будет куда как удачнее. Он вместе с женщиной доберется до причала — а это совсем рядом с лагерем, — выберет подходящую лодку, ножом перережет канат, которым лодка привязана к колышку на берегу, вместе с женщиной сядет в лодку и на полной скорости помчится по реке вверх по течению в сторону города Томска. Сейчас, конечно, ночь и довольно-таки темно, однако не настолько, чтобы он не справился с этой задачей. Ничего, все будет хорошо, все будет так, как он задумал!

Конечно, за ним наладят погоню. По реке, или по суше, или по воздуху, а может, всеми способами сразу. Однако и погони Космонавт не опасался, он заранее продумал, как ему уберечься от погони. Во-первых, у него будет фора во времени. Пока там, в лагере, сообразят, что к чему, пока наладят погоню, он будет уже далеко. К тому же сейчас ночь, а заметить ночью лодку на реке — дело не такое и простое. Тем более что Космонавт будет держаться противоположного берега, а там места совсем дикие, лес вплотную подступает к воде, а где лес, там и густые тени. И укрыться в них небольшой лодчонке — дело самое простое.

Конечно, погоне хорошо известно, куда направится Космонавт, это легко можно было вычислить с помощью самой простой логики. Космонавт поведет лодку вверх по течению, стараясь добраться до какого-нибудь населенного пункта. Скорее всего, конечно, до города Томска: Томск — город большой, и раствориться в его толчее для Космонавта — самое простое дело. А коль так, то в Томске будут знать о его побеге и заранее приготовят для него какую-нибудь западню.

Но и тут Космонавт все предусмотрел заранее. Он не станет добираться на лодке до самого города, он высадится на берег загодя, километрах, скажем, в десяти от города, и доберется до города пешим порядком. А лодку затопит, тем самым уничтожив за собой все следы и улики. Вот только как быть