Скелет в наследство - Николай Иванович Леонов

Однако же вскоре Космонавт понял, что он ошибается самым роковым образом. Не там он ищет женщину, у которой можно было бы устроить для себя лежбище. Дамы, посещающие вечерние увеселительные заведения, — это дамы особого склада. Ненадежные это дамы, иначе говоря. Очаровать такую даму можно лишь одним — деньгами. А денег у Космонавта было в обрез. Стало быть, не там он ищет. Вот ведь какая незадача! Оказывается, за то время, пока Космонавт томился в неволе, он успел позабыть, как следует правильно очаровывать дам! Утратил квалификацию, иначе говоря. И вот теперь, когда у него горела под ногами земля, когда ему срочно необходимо было убежище, приходилось судорожно припоминать способы, ухватки и приемы очарования и соблазнения женского пола.

Нет, в ночном заведении ему делать нечего. Не говоря уже о неверных дамах, в таких заведениях обычно присутствуют переодетые полицейские ищейки — Космонавт об этом прекрасно знал. И кто знает, может, у каждой такой ищейки спрятана в рукаве его, Космонавта, фотография. Могло ли такое быть? Могло, вполне. Значит, будет лучше, если Космонавт не станет заходить в ослепительно-грохочущее нутро увеселительного заведения.

Да, но где же ему найти подходящую женщину? Не ночевать же ему на улице! Этак его прихватит первый встречный полицейский патруль. Законопослушные граждане, как известно, на парковых скамейках не ночуют…

В раздумье Космонавт брел по вечерней улице. Раздумья, впрочем, не мешали быть ему бдительным и осмотрительным. Дважды он издалека замечал полицейские патрули, и оба раза сворачивал в первые же подвернувшиеся переулки, укрываясь таким образом от полицейских. Сейчас Космонавт напоминал сам себе бдительного зверя, по пятам которого идут охотники. Да, собственно, он и был таким зверем.

Так, в раздумьях и бдительно посматривая по сторонам, он миновал главную улицу и вышел на другую улицу. Не сказать, что это была какая-то окраинная улочка, но все равно — и света здесь было меньше, и машин, и людей. Неожиданно его взгляд уперся в какую-то афишку. Это была совсем неброская, можно даже сказать, невзрачная афишка, но отчего-то Космонавт обратил на нее самое пристальное внимание. Будто какой-то неведомый внутренний голос вдруг ожил в нем и шепнул — «вглядись внимательней в эту афишку, возможно, там-то ты и найдешь, что ищешь».

Космонавт вгляделся в афишку, прочитал ее. Афишка возвещала, что там-то и там-то состоится творческий вечер некоего поэта, и приглашала на этот вечер всех желающих. Всех любителей изящной словесности, как было сказано в афишке. Творческий вечер должен был состояться сегодня, буквально через полчаса, по такому-то адресу. Космонавт огляделся — указанный на афишке адрес находился совсем рядом с самой афишкой.

«Гм!» — произнес Космонавт и задумался. Ему было о чем задуматься, здесь для него вырисовывались неплохие, заманчивые перспективы. Если, скажем, он пойдет на этот поэтический вечер, то это будет очень хорошо. Во-первых, там гарантированно можно будет хотя бы на какое-то время укрыться от сыщиков, которые, вполне возможно, идут сейчас по его следам. Никакому сыщику не придет в голову искать беглого арестанта на поэтическом вечере!

А во-вторых — и это было самым главным — там-то, на этом вечере Космонавт вполне может познакомиться с какой-нибудь одинокой, романтически настроенной и доверчивой дамочкой. Поэтессы — они почти все одиноки, доверчивы и романтически настроены, об этом Космонавт прекрасно знал. Откуда он мог это знать? Случались в его жизни кратковременные романы с поэтессами. Три или, может, даже целых четыре романа… И все эти три или четыре поэтессы были на одно лицо, все они легко заводили знакомства с Космонавтом, и все без особых душевных терзаний пускали его под свои крыши… Так отчего бы и какой-нибудь пятой поэтессе не пригреть Космонавта? Здесь главное — чтобы такая поэтесса присутствовала на вечере. Одинокая, молодая… А уж все остальное сложится само собою, уж Космонавт постарается, чтобы все сложилось так, как ему нужно!

…Именно такую поэтессу Космонавт увидел, как только переступил порог помещения, в котором должен был состояться поэтический вечер. Кажется, это была библиотека или что-то в этом роде — это Космонавта интересовало меньше всего. В глубине помещения толпился народ. Осторожным и наметанным глазом Космонавт скользнул по людям — нет, никто из них не был похож на сыщика. Космонавт тут же мысленно похвалил сам себя: все-таки он здорово сообразил — укрыться на время в этой самой библиотеке.

— Вы на поэтический вечер? — к Космонавту подошла какая-то особа женского пола.

Космонавт внимательно посмотрел на женщину и каким-то мгновенным, особенным чутьем понял, что это и есть его искомый шанс. Шанс найти лежбище и укрыться от преследования. На вид женщине было не больше тридцати, была она небольшого роста, худенькая, в очках, и в ее глазах угадывалось что-то такое — отчасти отвлеченное, отчасти скорбное — как оно обычно и бывало у всех тех поэтесс, которых когда-то знал Космонавт. И еще в ее глазах читалось одиночество. Да что там — в глазах! Одиночество было написано и на лице женщины, и на ее фигуре, и на ее одежде, и на руках, которые она держала так, как обычно это делают именно одинокие женщины, и больше никто. О, Космонавт понимал толк в одиноких женщинах, он мог отличить их от любых других женщин!

— А что, вечер отменяется? — Космонавт изобразил на своем лице разочарование и даже испуг.

— Нет, что вы, — слабо улыбнулась женщина. — Вечер обязательно состоится. Юбиляр уже прибыл, да и публика собралась. Но…

— А что такое? — участливо поинтересовался Космонавт.

— Видите ли, — женщина замялась, — вход на вечер платный. Нам надо заплатить за аренду помещения, мы потратились на подарок юбиляру… Сами понимаете…

— Еще как понимаю! — усмехнулся Космонавт, изо всех сил стараясь, чтобы улыбка получилась такой, какой он ее и задумывал — широкой, добродушной, понимающей, располагающей. — Сколько нужно заплатить? Пять тысяч? Десять?

И он демонстративно полез в карман, все так же продолжая улыбаться.

— Ну что вы, — отчего-то смутилась женщина. — Всего-то тысяча рублей.

— Не маловато ли будет? — осведомился Космонавт.

— Не знаю, — ответила женщина. — Может, и маловато… Что ж, доплатим из своих карманов…

— Ну, это не дело! — негодующе произнес Космонавт. — Что значит — из своих карманов? Почему из своих карманов?

— Ну, а из чьих же еще? — женщина развела руками. — Городской отдел культуры не выделил нам ни копейки. Чиновникам поэзия неинтересна…

— Безобразие! — сурово произнес Космонавт. — Ох уж эти чиновники!.. Знаете что? Вы