Септет расстроенных душ - Кэсси Крауз

– Вэй…Вэй… – прерывисто бормочу я, а голову уже застилает блаженный туман.

Вэйлон вопросительно мычит, целуя мою выгнутую шею.

– Не сдерживайся.

– Больше никогда.

С приходом осени после тренировки в бассейне всегда вставала дилемма: шапка или фен. Тем ветреным октябрьским вечером я укрощала свои непослушные кудри щеткой и феном, потому что впереди было свидание с Дереком. Элси выбрала шапку, поэтому ушла раньше.

Ее кашемировый шарф вился по ветру красивой небесно-голубой волной. Идеальное сочетание с глазами. Она о чем-то беседовала с Дереком, а тот внимательно слушал, поглаживая ее по плечу.

– Элси, я уверен, ты все неправильно поняла, – мягко говорил он. – Покажи мне бумаги, я все объясню тебе.

– Ну уж нет! – слишком нервно вскрикнула Элси, сбрасывая с себя его руку. – Уверена, что поняла все так, как нужно. И… как ты там говорил, жена не может свидетельствовать против мужа? Так вот, Дерек, в полиции…

– Бекс! – перебил ее Дерек, заметив меня. Элси обернулась вслед за ним, и сердитое выражение на ее лице вмиг сменилось улыбкой.

– Хорошего вечера, голубки! – Прощебетала она, подлетая ко мне и целуя в щеку. – Побегу. Есть парочка дел. Пока, Дерек! – Элси бросила короткий взгляд на моего парня и, плотнее укутавшись в свой кашемировый шарф, побежала к ожидавшему ее такси.

– Что случилось? – спросила я, взволнованно вглядываясь в мужественное лицо Дерека. В янтарных глазах читалось напряжение и беспокойство. – Полиция?

– Что? А-а, детка, ты об этом… – Дерек с улыбкой запустил руки под мое расстегнутое пальто и подтолкнул к своей груди. – Элси приревновала Декса к нашей секретарше. Увидела переписку и сделала неправильные выводы.

– Декс никогда не изменил бы ей!

– Знаю, малыш, знаю, – проворковал Дерек. Он притянул мое лицо к себе за подбородок и шепнул в мои приоткрывшиеся для поцелуя губы:

– Глупенькая-глупенькая Элси…

– Господи, боже мой! – вскрикиваю я, рывком садясь на кровати. Наши ноги с Вэем переплетены, так что мне не сразу удается освободиться. Кубарем скатившись на пол, стаскиваю с Вэйлона одеяло, чтобы как-то прикрыть свою наготу, и начинаю мерить комнату шагами.

Сколько бы вопросов я задала Дереку сейчас! Что за бумаги? Что в полиции? При чем здесь жена, которая не может свидетельствовать против мужа?

Но тогда я готова была проглотить, не жуя, любое объяснение своего любимого. На деле, Дерек предложил решить все мирно, а Элси ясно дала понять, что обратится к правосудию. Именно в тот момент жизнь Элси и повисла на волоске! Я видела это своими собственными глазами! И ничего не предприняла. Ей жить оставалось неделю, а я напрочь забыла о той сцене на последующие три года.

– Это я виновата, я виновата… – шепчу себе под нос, вытаскивая из шкафа майку и шорты.

– Бекки? Родная, что случилось? – разбуженный и растерянный Вэйлон выглядит слишком соблазнительно, сидя голым на смятых простынях. Это мешает мне думать, так что я выбегаю в коридор и хлопаю по выключателю.

Бумаги. Дерек упомянул какие-то бумаги. Значит, доказательства – это документы? Где? Где мне их искать? Почему Клайв не могла сказать прямо?!

Хватаюсь руками за волосы и тяну их в разные стороны, пытаясь сосредоточиться. Что-то в этом сне привлекло мое внимание, какая-то деталь, о которой я уже слышала прежде…

– Шарф!

Конечно, я этого уже не вспомню, но, готова поклясться, именно к тому небесно-голубому шарфу Клайв и приколола цветочек имбиря!

– Не понимаю! – рычу я, отчаянно жмурясь. В этот момент Вэйлон осторожно скользит руками вверх по моим голым плечам, укрывая их чем-то теплым, и я вспоминаю.

Я же видела уже этот чертов шарф! Вырываюсь из объятий и несусь в соседнюю спальню, распахиваю дверцы шкафа и без раздумий тянусь к верхней полке. Руки тут же ощущают обволакивающую мягкость кашемира…

Он голубой, небесно-голубой, как и глаза Элси. Струится меж пальцев, точно вода.

– Клайв жила в моем коттедже. – Тихо говорю я, нащупывая в полумраке засохший бутон имбиря. Он не спас мою Элси. И я не спасла.

Предательские слезы брызжут из глаз, и я сползаю вниз по стене, зарываясь лицом в проклятый шарф. Вэйлон уже здесь. Но его нежный успокаивающий шепот впервые не дарит мне облегчение.

– Ты знал… – всхлипываю я. – Знал! И молча наблюдал, как это мучает меня! – перехожу на крик и ударяю его в грудь кулаком, словно рассчитывая выбить ответ. – Почему?! Почему, Вэй?!

Он крепче обнимает меня, и когда наши взгляды встречаются, я вижу, что его глаза буквально кровоточат от боли.

– Я не мог, – шепчет он, – не могу…

Я рвусь из его рук, снова вскакиваю и начинаю метаться по комнате, не выпуская из рук шарф Элси.

Итак, Клайв не просто жила на моей улице, она жила в моем коттедже. Детство Элси прошло в одной из лавандовых спален второго этажа. И меня не просто так поселили в этот дом. Готова поклясться, причина убийства Элси все это время находилась со мной под одной крышей.

Где? Где мне искать?!

Я ураганом проношусь по коттеджу, залезая в каждый ящик и шкаф, заглядывая под каждый ковер и подушку, роясь в ванной и на кухне, сползав на чердак. Ничего.

– Ничего! – ору я на бедного Вэйлона, замершего посреди учиненного мною безумия. Шарф Элси – все еще в моих руках. С едва различимым стуком об пол ударяется отлетевший от него бутон имбиря. Мы с Вэйлоном, он с лестницы, я из гостиной, вместе изучаем засохшее воспоминание.

И тут мне в голову ударяет новое.

– Черт возьми! – в который раз ругаюсь я и несусь обратно на второй этаж, Вэй едва успевает убраться с дороги. Следуя за мной покорной тенью, он наверняка думает, что я сошла с ума. И он прав, сегодня ночью в моей лохматой голове творится настоящее безумие.

– Бекки, чем мне помочь тебе? – спрашивает Вэйлон, пока я топчусь в коридоре и верчусь вокруг своей оси задрав голову к потолку.

– Ищи… ищи имбирь! – бросаю я, размахивая отколовшимся от шарфа Элси цветком. Пускай, сейчас я выгляжу так же безумно, как Клайв. Ответ совсем близко! И от напряжения у меня кровь стучит в висках.

В то утро, когда я застукала Рэна и Лотти в одной постели, мой взгляд зацепился за выбитый на деревянном потолке цветок, который ошибочно был принят мной за гвоздику. Это был имбирь.

– Вот он,