Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

У нее… как бы это сказать… ну, покерфейс. По ее лицу невозможно сказать, что она чувствует. Может, она робот. – Он растянул браслет между указательными пальцами, словно проверяя его эластичность.

– Не думаю, что она робот. Просто это ее тактика – во время расследования не проявлять никаких эмоций. Первое, чему меня научили в колледже, – не позволять чувствам брать над тобой верх, когда ведешь расследование.

– Разумно. – Джастин обернул браслет вокруг указательного пальца. – Она сделала кое-какие заметки и поблагодарила меня, но самое главное – сказала, что мои финансовые проблемы не связаны с полицией. Она предложила мне поговорить с адвокатом. Я не знаю, кому теперь платить, понимаешь?

– Никогда об этом не задумывалась.

– Я тоже. – Он потянул за пластиковую ленту. – Доктор Колдуэлл сказала, что мои долги, по всей видимости, перейдут к тому, кто унаследует имущество Кайлы, но в первую очередь я должен поговорить с хорошим адвокатом, так что, скорее всего, завтра именно этим и займусь.

– Имущество Кайлы? – удивилась я. – У Кайлы было имущество или доктор Колдуэлл говорила в целом?

Джастин как-то странно посмотрел на меня, приоткрыв рот.

– У нее было огромное состояние. Я думал, все это знают. Ей досталось поместье наших бабушки с дедушкой недалеко от Напа. Вот почему она одолжила мне денег. Она могла себе позволить любые траты, поэтому я не понимаю, почему она вдруг потребовала вернуть ей долг.

Улыбка так и застыла у меня на лице, я старалась не выдать изумления. Поместье Кайлы в Напа? Вот это была новость!

– Ваши бабушка с дедушкой завещали поместье Кайле? Не тебе, не кому-то еще из родственников?

Склонив голову набок, я ждала его ответа. Это была новая информация, и Джастин сообщил мне ее только теперь. Он забыл упомянуть этот факт? Или боялся себя выдать? Мог ли Джастин затаить обиду на Кайлу за то, что она унаследовала их семейное состояние?

– У них не было других наследников. – Он постучал браслетом по ладони, как будто хотел причинить себе боль. – Меня они считали слишком молодым и безответственным. Я их не виню. Как я уже говорил, я совершил множество ошибок, но я изменился. Люди в это не верят, но я стал другим.

– Я тебе верю, – искренне сказала я. Я никогда не была согласна с теорией, что люди не меняются.

Джастин смял браслет в руке.

– Спасибо, это очень для меня ценно.

И он направился к опоздавшему гостю. Я же пошла в бар, чтобы заказать себе пива, и, пока ждала в очереди, прокручивала в голове все, что узнала от Джастина. По словам доктора Колдуэлл, у него было алиби на момент убийства Кайлы, но означало ли это, что его можно было совершенно точно вычеркивать из списка подозреваемых?

То, что Кайла была единственной наследницей, определенно меняло ситуацию. Это могло дать Джастину более существенный мотив желать ее смерти. Следующим в очереди становился он? Если Кайлу убили, могло ли это означать, что имущество достанется ему?

Кто еще знал о богатстве Кайлы?

Поместье в Напа должно было стоить миллионы.

Мог ли кто-нибудь еще, кроме Джастина, потенциально выиграть от ее смерти?

Например, Сет?

Мы с доктором Колдуэлл договорились встретиться вечером, но теперь мне нужно было найти ее как можно скорее.

Толпа была даже больше, чем мы ожидали. Гости терпеливо стояли в очереди на дегустацию, где им заодно выдавали и подсказку. Взяв классический светлый эль, картофель фри и вегетарианский бургер, я проверила сообщения. При написала, что задержится где-то на полчаса, так что я заняла столик.

Настроение в пабе было оживленным. Люди пробовали новые блюда и изучали подсказки. В туре по пабам, помимо «Состояния души», участвовало еще несколько заведений. Новинок, которые так настойчиво рекламировала доска спецпредложений, было шесть, а от шести бокалов можно было запросто опьянеть. У меня возникло чувство, что некоторые любители детективов до следующего этапа сегодня вряд ли доберутся.

Но это была не моя проблема.

Моей проблемой был Сет, и, когда я увидела, как он проходит мимо моего столика, ловко балансируя целым кувшином пива и двумя стаканами, у меня заколотилось сердце.

– Эй, Сет, есть секундочка?

Я помахала ему рукой. Он не сразу понял, кто я, – строил из себя дурачка или уже успел напиться?

– А, Энни. Что случилось? – Он плюхнулся напротив, расплескав пиво. – Тут яблоку негде упасть.

– Это да, людей много.

Он принялся вытирать пивную лужицу бумажной салфеткой.

– Кто бы мог подумать, что книжные черви так любят выпить.

Я вздрогнула, когда услышала эти слова. В моем мире эта характеристика не считалась обидной, но все дело было в интонации Сета.

– Книги и пиво – друзья навек, – возразила я.

– Думаю, ты имеешь в виду бейсбол. – Он отодвинул мокрые салфетки к краю стола.

– Ты все еще играешь?

– Так, для развлечения. Лиги выходного дня, всякое такое. Моника всегда говорит, что я не могу забыть студенческие годы. Но дело не в них. Просто я люблю спорт, поле, запах травы, грязь и звук удара мяча о биту. Недаром бейсбол – любимое развлечение американцев.

Мне стало интересно, кто это назвал его нашим любимым развлечением. Если и да, то это был определенно анахронизм, да к тому же со стороны человека, застрявшего в студенческих воспоминаниях. Но зато он упомянул Монику, и, значит, настало подходящее время, чтобы выполнить обещанное доктору Колдуэлл.

– Вы с Моникой так много времени проводите вместе? Вчера ты вроде бы говорил, что у вас пока все не очень серьезно.

– Ну да… но мы много общаемся как друзья, да.

Сет чуть замялся, и я испугалась, что он закроется, если я буду слишком давить, так что сменила тактику:

– Вы молодцы. Я уже со всем курсом потеряла связь. Здорово, что вы продолжаете общаться.

Кажется, это его расслабило. Он закинул ногу на пустой стул, поднял стакан с пивом и торжественно произнес:

– За лучшие годы нашей жизни. Хотел бы я вернуться в то время. Думаю, поэтому я и общаюсь с бывшими однокурсниками. Я скучаю по колледжу. Взрослая жизнь – совсем не такая, как я представлял.

Я его понимала. Я с теплом вспоминала годы учебы, во всяком случае до того дня, когда погибла Скарлетт, но вместе с тем мне нравилось и двигаться вперед. Хэл сказал мне однажды, что для него лучшее время – то, в котором он живет сейчас. Я надеялась, что со временем приду к той же философии.

– У вас с Моникой не было каких-то неловких моментов в связи с тем, что они с Кайлой не ладили?

За соседним столиком кто-то радостно завопил. Сет взглянул туда, а потом снова посмотрел на меня.

– Нет, с чего бы?

– Ну, до нее ты ведь встречался с Кайлой…

Я наблюдала за его лицом, ожидая реакции. Мне этот вопрос показался довольно безобидным и очевидным. Сет огляделся вокруг, словно за нами наблюдали.

– Моника тебе что-то сказала?

Я отхлебнула пива, чтобы выиграть минуту, прежде чем ответить.

– Нет, но после нашего вчерашнего разговора я задумалась, почему она отдаляется от тебя, если вы встречаетесь.

– Черт возьми, я-то откуда знаю! – Сет стукнул кулаком по столу.

– Она не хочет, чтобы кто-то узнал о ваших отношениях?

Глаза Сета внезапно стали бусинками. Он сдернул бейсболку и бросил на стол.

– Кто тебе это сказал? Она тебе это сказала?

– Да нет…

Похоже, я задела его за живое. Он постучал кулаком по ладони. Просто выплескивал агрессию или о чем-то меня предупреждал?

– Господи, я знал, что так оно и будет.

– Что?

Я не могла уследить за ходом его мыслей, поэтому решила просто ждать. Он стучал и стучал по ладони кулаком так, что у меня самой заболела рука.

– Кайла все портит. Все.

– Каким образом?

Он залпом допил пиво и вновь наполнил стакан, не ответив на мой вопрос.

– Налить тебе?

– Нет, спасибо, мне уже хватит. Но я просто не понимаю… при чем здесь Кайла? Вы же с ней расстались много лет назад.

– Да. Мы расстались на последнем