"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

хотела бы, чтобы между нами было все по-другому. Несмотря на то что в нескольких комнатах от нас сидел ее жених и все мои инстинкты подсказывали мне обратное, я не сомневался, что мог бы использовать это краткое замечание как доказательство того, что нам суждено быть вместе.

Хотя я, возможно, и романтик, но не полный идиот и сумел придумать ответ, в котором ни капли такой надежды не прозвучало:

– Ну конечно, я хочу с тобой общаться. Кто еще будет заботиться о моей фигуре, если не ты? Моя семья откармливает меня с такой же решимостью, как ведьма в «Гензель и Гретель». Ты бы видела наш рождественский ужин!

И пока моя решимость не дрогнула, я прервал этот волшебный момент и повернулся к двери:

– Теперь, леди Изабелла, если я не ошибаюсь, ваша очередь вести расследование. Итак, каков наш следующий шаг?

Глава 15

Ужинающие в столовой уже доужинали – эту скороговорку я бы не стал повторять в три раза быстрее. Когда мы вошли, тихое бормотание подозреваемых тут же смолкло, а я вновь осознал, что с этих пор мое присутствие в любой комнате будет вызывать неловкость.

Моя партнерша по расследованию уверенно остановилась у одного конца стола. Такие люди, как Белла, – прирожденные ораторы. А я, когда получил премию за свою первую и пока что единственную книгу, в благодарственной речи сказал всего три предложения, одним из которых было «спасибо».

– Мариус попросил меня помочь ему в расследовании, так как я знаю вас всех гораздо лучше его.

– Погодите! – взвизгнула Поппи. – Откуда нам знать, что ты не убийца?

Подобный вопрос не мог сбить Беллу с толку, и она быстро ответила:

– Потому что, когда раздались выстрелы, я была с Мариусом.

– Откуда нам знать, что вы двое не сговорились? Может, вы придумали этот план, чтобы обеспечить друг другу алиби. Нет никаких доказательств, что моего любимого убил не один из вас. – С течением вечера чувства Поппи к Сесилу становились все сильнее.

Беллу напугать подобным обвинением было нельзя, но оно ее немного рассердило.

– Потому что мы с Мариусом за последние десять лет увиделись лишь раз. Ты всерьез считаешь, что мы спланировали убить моего близкого друга, случайно столкнувшись на Рассел-сквер?

Хотя бы частично, но Поппи это успокоило, и больше вопросов она не задавала. Убедившись, что никто другой ее перебивать не собирается, Белла заговорила снова:

– Я буду помогать Мариусу беседовать с каждым из вас по очереди. Я планировала начать с Антона, но так как тебе так много хочется сказать, Поппи, ты можешь быть первой.

Та выглядела удивленной, но спустя минуту колебаний начинающая актриса поднялась со своего места:

– Думаю, я могу уделить вам время.

У Поппи была необычная походка. Обычно я такие детали не замечаю, но она шла так лениво и вразвалочку, будто хотела показать, что доберется туда, куда нужно, когда сама этого захочет. И что даже еще более примечательно, мой пес Перси появился из-под длинной красной скатерти и побежал за ней. Его мордочка была вся в крошках: судя по всему, Поппи подкармливала его весь ужин. Я осуждающе посмотрел на него, но он не обратил на меня ни малейшего внимания.

– Там дальше есть комната, которую Гилберт использует как свой кабинет, – сообщила нашей подозреваемой Белла, когда мы дошли до коридора. – Нас там не побеспокоят…

– Ни за что. – Поппи была не из тех, кто предпочитает тактичность. – Мне нужна сигарета, а то и пять, так что мы все идем в курительную. – Она прошла в противоположную сторону от кабинета Гилберта, оставив нас с Беллой стоять на месте. Других вариантов не было, так что я пожал плечами и пошел следом за Поппи (и Перси, которому она явно понравилась).

Курительная комната, как и многие, оказалась обшита деревом, но в ней было душно, и выглядела она обветшавшей. В этом помещении не наблюдалось того величия парадных залов, которые я видел прежде, и, похоже, она осталась одной из немногих в этом крыле, куда не добрался Сесил. Сомневаюсь, что за пятьдесят лет ее вообще отделывали или освежали. И в итоге самым современным нововведением в ней, кроме собственно Поппи, была картина с изображением солдат на лошадях, попавших под шквальный огонь во времена Крымской войны. Она вызывала те воспоминания, которые я вовсе не хотел переживать снова, так что я тут же отвернулся.

Мой пес свернулся в углу, собираясь подремать, а будущая звезда экрана подошла к восьмиугольному деревянному столу в центре комнаты. Его, безусловно, можно было назвать самой интересной частью обстановки и разложить разными способами: везде виднелись петли и дополнительные секции, раскладывающиеся влево и вправо, как дьявольская головоломка. Через несколько попыток Поппи наконец нашла нужную секцию, из которой извлекла пригоршню сигарет. Нам она их не предложила, но, признаться, я не был против. Воздух, ковры и мебель в комнате так пропитались табаком, что мы как будто с каждым вдохом делали затяжку.

– Гораздо лучше тут с вами двумя, подальше от тех ужасных людей. Во-первых, один из них убил моего дорогого Сесила, но, что еще хуже, они ужасно скучные.

Да, Поппи умела начать беседу, этого у нее было не отнять.

– А ведь Сесил пообещал мне веселый вечер. Сказал, что мы отпразднуем Новый год с размахом, но я себе это представляла совсем по-другому.

Было забавно наблюдать за попытками Беллы прийти в себя от обрушившегося на нас шквала слов. Поппи выглядела совершенно невинно и часто хлопала ресницами в ожидании ответа.

– Могу представить, как тебе это неприятно, – настолько дипломатично, насколько могла, начала моя подруга. – Даже сразу после того, как мы обнаружили тело, люди начали клеветать на тебя…

– Люди? – резко перебила Поппи, не дав Белле задать вопрос. – Я бы не назвала Альму Кавендиш человеком. Она – одно из тех животных, что живут, уцепившись за кого-то.

Белла взглянула на меня, надеясь, что я что-то понял.

– Ты имеешь в виду коал? – предположил я.

– Нет, не этих милых медвежат. Я имела в виду в море. Ну, знаете, прилипающие ракушки, моллюски…

– И это плохо?

– Да! – Поппи замолчала на несколько секунд, дав дыму заполнить легкие, и выдохнула его обратно. – Она прилипала. Без таланта или скромности.

– Как ракушка, – сумев удержать серьезное лицо, повторила моя подруга.

– Именно. И весь этот ее вид милой мамочки этим и остается: только видом. Ни на секунду не поверю, что Антон нашел ее в отделе чулочных изделий в «Дэбнемз», или где там он ее встретил. У нее