Осень возмездия - Андреас Грубер

— Холодно, да? — Пуласки завёл мотор и включил обогрев.

Достал из багажника скребок и принялся очищать лобовое стекло от ледяной корки. Сквозь стекло он видел, как Микаэла дрожит и её дыхание клубится в холодном воздухе.

Когда он сложил скребок обратно в багажник и захлопнул крышку, через заднее стекло он увидел: Микаэла теперь сидит на водительском месте.

Чёрт побери! Не может быть!

Он рванулся к водительской двери, хотел распахнуть её, но в этот же миг услышал, как включается передача и взревел двигатель. Гравий брызнул из-под колёс — «Шкода» сорвалась с места.

Стерва проклятая!

В первое мгновение Пуласки хотел кинуться вдогонку, но это было бессмысленно. Будь у него в кобуре табельное оружие — он, пожалуй, попытался бы прострелить шины собственной машине.

Вот ведь, чёртова, проклятая…!

Машина исчезла в облаке морозной дымки. Через несколько секунд он уже видел, как Микаэла на полной скорости спускается серпантином в город. В машине остался его чемодан. И зарядка от телефона тоже.

Ледяной ветер обхватил Пуласки. На земле тихо потрескивала тонкая ледяная корка.

Боже мой, какой же я доверчивый болван! При всей симпатии к этой женщине — нельзя было ей верить. Ни за что. Она не изменится никогда. Ни через сто лет!

По дороге к ресторану телефон пиликнул. Открыв сообщение, он уже догадывался, что Микаэлу теперь увидит не скоро. SMS была набрана наспех:

«Спсбо за всё. Прсте. Я долж это сдлать.»

Он сунул телефон в карман, не отвечая.

Через четверть часа Пуласки стоял у крепостной стены, смотрел сквозь ледяной дождь вниз, на город, и провожал взглядом плывущий по реке корабль — до того места, где Дунай сливался с Инном в одну могучую реку.

Пять минут назад он созвонился с коллегами из лейпцигского угрозыска и заявил об угоне машины. Ничего не приукрашивая, он назвал виновницей Микаэлу Сукову.

Пуласки стоял, поставив одну ногу на каменный парапет, и в задумчивости вертел в пальцах смартфон.

Как же только до этого дошло? С одной стороны, он был зол как чёрт — Микаэла такая упрямая, и не желает его слушать. С другой — готов был сам себе отвесить пощёчину за глупость.

Со мной такого случаться не должно. Со мной — и подавно! Когда последний раз женщина так вскружила мне голову? И вот, пожалуйста — в мои-то годы!

Но сделанного не воротишь. Если бы можно было отмотать время, он вообще не стал бы вмешивать Микаэлу в это дело и держал бы её подальше от всего. С другой стороны — тогда они и не зашли бы так далеко, и Микаэла, скорее всего, лежала бы сейчас в больнице.

Запутанная история, в которой он неверно оценил риски. А такого с ним прежде не бывало.

Звонок телефона выдернул его из размышлений. На экране высветился номер Хорста Фукса. Вообще-то этого звонка он ждал куда раньше.

Как объяснить Фуксу, что женщина, объявленная в розыск, угнала у меня машину во время больничного — да ещё и в Пассау? В лучшем случае Фукс разорвёт меня на куски. И будет совершенно прав.

Пуласки спокойно принял вызов.

— Привет, Хорст.

— Ты самый тупой и самый упрямый кобель, какой мне когда-либо встречался, — без предисловий начал Фукс.

— Отстраняй меня от службы, только избавь от нравоучений.

— Винтереггер пытается до тебя дозвониться со вчерашнего дня, а тут я узнаю, что у тебя в Пассау угнали машину. Господи, я даже не могу приказать тебе явиться в управление — у тебя же машины нет.

— Смешно. У тебя есть чем записать?

— А что?

Пуласки достал из кармана бумажник, раскрыл его и продиктовал Фуксу данные доступа к GPS-трекеру и пароль.

— Мне теперь ещё и твою машину искать?

— Если привезёшь ноутбук с подходящей программой, я сам справлюсь, — буркнул Пуласки. — Позвони на трекер — он пришлёт тебе SMS со ссылкой на Google и координатами автомобиля.

— Пройдёт ещё уйма времени, прежде чем мы всё это запустим.

А Микаэла за это время будет уже в Австрии.

Фукс прокашлялся.

— А пока что мне ничего не остаётся, кроме как с этой минуты отстранить тебя от службы.

— Да на здоровье, — вздохнул Пуласки. Он знал процедуру. — Табельное оружие у меня дома, в сейфе. Удостоверение пока при мне.

— Вот как? Сукова его у тебя не стащила?

Фукс издал странный звук, которому Пуласки не нашёл названия. Похоже, злорадно похрюкивает себе под нос. С него, при всей его ярости, такое сталось бы.

Не дав Фуксу отпустить ещё пару язвительных замечаний, Пуласки рассказал, что выяснил в Праге и Пассау, и продиктовал адреса антикварной лавки Милана и тату-салона Медузы.

— Оба видели убийцу. Нам как можно скорее нужен фоторобот!

— Нам? Это работа Управления уголовной полиции земли. Ну да ладно, передам.

— А потом пусть сравнят рисунок с тем, что описала Зоэ. Она видела убийцу в борделе у Грегори.

— Что-нибудь ещё?

— Да, — продолжал давить Пуласки. — Тебе нужно кое-что для меня выяснить.

— Конечно, выкладывай, у меня же других дел нет. — В следующую секунду тон Фукса снова стал серьёзным. — Я тебе что, секретарша?

Пуласки пропустил тон мимо ушей.

— Говорят, в Лейпциге есть мастер, который раньше делал татуировки фосфором. Если так — у него почти наверняка был контакт с убийцей. Причём совсем недавно. Этот салон надо найти. Убийца не случайно нанёс удар именно в Лейпциге.

Фукс молчал. Пуласки знал эту тишину. Фукс что-то знает и колеблется, выкладывать или нет.

— Что, нам теперь опрашивать всех татуировщиков об их клиентах?

— Только об определённых, — сказал Пуласки. — У убийцы, скорее всего, были с собой собственные капсулы с фосфорной краской. Вероятнее всего — красные ампулы.

Фукс снова помолчал.

— Чёрт возьми, я же чувствую, что ты что-то об этом знаешь, — надавил Пуласки.

— В принципе тебя это уже не касается, ты ведь отстранён. Но салон мы нашли. Он принадлежит женщине-татуировщице.

— Вы взяли там этого типа?

— Нет.

— Он наверняка был одним из её последних клиентов. Скорее всего, набил себе скорпиона.

— Хм-м, — промычал Фукс. В этом мычании было даже нечто одобрительное. — Ты прав. Большой мотив, который вполне мог бы занимать всю спину… что-то