Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

– Я позову вас, когда вы понадобитесь, – сказал он низенькому, и тот остался в коридоре вдвоем с горничной.

Матильда успела увидеть удивленное выражение лица хозяйки, прежде чем Краль закрыл за собой дверь. Очки фрау, просматривавшей утренние газеты, спустились с переносицы, рот был приоткрыт, будто она собиралась что-то сказать. Переведя быстро взгляд с Краля на Матильду, она тотчас поняла, что произошло. Хозяйка всегда знала все. И теперь ей было ясно, что это Матильда привела полицию в ее дом.

Это была ошибка, она не знала, что все так получится! Она сделала все это ради хозяйки, но поверит ли ей фрау? Как убедить ее в этом? И этот низенький темноволосый человек, стоящий возле нее в коридоре, тоже, наверное, не понимает, что двигало ею, когда она позвонила им. Думает, что ее прельстила награда.

– Она была прошлой ночью здесь? – спросил он, как бы читая ее мысли.

Говорил он тихо, с хрипотцой и натужно, словно испытывал при этом такую же боль, как и при ходьбе, и это испугало Матильду. А тут еще из-за закрытой двери комнаты раздавались громкие голоса, отвлекавшие ее.

– Фрейлейн Лассен? – снова произнес этот низенький. – Прошлой ночью?

Матильда, отвернувшись от двери, где разговаривали на повышенных тонах, кивнула:

– Она уехала отсюда поздно ночью на грузовике фирмы.

– Она была одна? – спросил он.

– Нет. Там еще были водитель и его помощник.

– Я имею в виду здесь, в доме.

Матильде показалось, что из комнаты до нее донесся звук удара.

– Моя хозяйка!..

Она бросилась было к комнате, но этот коротышка схватил ее железной хваткой за левую руку.

– Она была здесь одна?

– Да… Пустите меня. Вы делаете мне больно!

Он отпустил ее руку, и Матильда была рада этому: он действительно причинял ей страдания. Этот человек знал, где схватить руку, чтобы было побольнее.

Из комнаты послышались звуки, в значении которых нельзя было ошибиться. Это были удары кулаком по костям и хрящам и вслед за тем – высокие жалобные стоны.

– Свинья! – закричала Матильда. Но снова была остановлена железной хваткой этого низкого мужчины.

– Это же самое ты накличешь и на себя, – предупредил он. – Если не хочешь того же, скажешь мне все, что знаешь. Все-все, что знаешь.

Из комнаты доносились ужасные звуки. Он избивал фрау! Но она же – фон Траттен! Он не может вести себя так с фон Траттенами!

Только теперь Матильда поняла, что она наделала и что никто не защищен от государства. Они все здесь попали в беду, и все из-за этой блондинки Фриды Лассен. Это из-за нее обрушилось государство всей своей мощью на них в вилле фон Траттенов.

– Куда она направилась? – спросил низкий.

– Я не знаю.

Он сильнее сжал ее руку. Она почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. И тут вдруг из комнаты донесся крик боли, а за ним – резкий звук выстрела.

Тот, что ростом пониже, бросил руку Матильды и ринулся в комнату. Она побежала за ним, заглядывая туда через его плечо. Краль стоял потный и взъерошенный. Правую руку он прижимал ко рту. Из раны на его большом пальце шла кровь.

– Она укусила меня! Эта сука в самом деле укусила меня! – Он показал им большой палец. – Вот ведьма!.. Вы только посмотрите, что она сделала! И как раз в тот момент, когда я начал добиваться признания!

Матильда, глядя на подполковника, ощущала запах пороха в комнате. А потом она увидела распростертое на полу тело фрау. Ее утренний пеньюар был порван, дряблые груди – обнажены. В руке она все еще держала маленький пистолет. Спереди ее голова выглядела будто бы нормально, но затылок был разнесен, и розовые кусочки черепа усеяли весь бидермайеровский стол палисандрового дерева. Турецкий ковер промок от крови.

– Вот корова! Укусила меня, а потом кинулась к бюро, да так быстро, что я не успел ее остановить! А ведь она уже готова была сообщить мне, куда уехала эта Лассен!

– Она и так многое сказала своим поступком, – заметил низкий, отрывая взгляд от тела. – Ясно, ей было что скрывать. Потому-то она и застрелилась.

Матильде казалось, что она заболевает. Невозможно, чтобы такое произошло наяву. Но крепкое сжатие руки вернуло ее к действительности. Низкий потащил ее в комнату, к телу хозяйки. Горничная не могла говорить, но оказывать физическое сопротивление она была еще способна. И все же ее втащили в глубь комнаты.

– Это твоя работа, – заявил ей низкий, указывая на бездыханное тело.

– Нет!.. Это он убил ее! – выплюнула она эти слова.

– Да, – кивнул он. – Но смертный приговор ей подписала ты. То же самое и с тобой может случиться. Так куда же она направилась? Куда поехала Лассен?

– Я не знаю, – ответила Матильда, заикаясь и отыскивая любую возможность выбраться из этого кошмара. Спастись любой ценой!..

Она слышала, что говорила хозяйка ночью этой девушке. Надо им хоть что-то сказать.

– Грузовик был с тирольскими номерами, – промолвила она. – Я слышала, что они говорили о перевале Бреннер…

Низкий посмотрел на подполковника.

– Это на юге. Там – граница с Италией. Итак, значит, речь идет о переходе через перевал Бреннер.

Краль сделал вид, что это его не удивило.

– Я тоже знаю географию, Хартман! А теперь дай мне что-нибудь, чтобы перевязать эту рану, а то я, чего доброго, умру от потери крови!

У него был высокий, почти истеричный голос, отметила Матильда. Совсем не такой, какой, по ее мнению, должен быть у офицера. И она тут поняла, что перед самым выстрелом кричала не фрау фон Траттен. Это Краль орал. Вопил, как женщина, которая увидела мышь. Она и презирала, и боялась этого человека.

– Они говорили о каких-то бумагах, – продолжила Матильда, стремясь снискать расположение этого истеричного мужчины.

Казалось, это отвлекло Краля от его укушенной руки.

– О каких именно бумагах? – спросил он.

– Я не уверена, но, по-моему, о тех самых, что искали вы здесь позавчера. И инспектор тоже знает о них.

– Инспектор Радок? – встрепенулся оберштурмбаннфюрер.

Матильда согласно кивнула:

– Да. Он из той семьи, что служила у них. Мне кажется, они хотят встретиться на перевале Бреннер. Из того, что я смогла услышать, следует, что у них есть какой-то план действий.

– Боже, Хартман! Мы должны выслать подкрепление на этот перевал!

– Да, подполковник, – ответил тот, кого назвали Хартманом.

Матильде не нравилось, что он продолжал смотреть на нее пустым взглядом и с недоброй улыбкой