Кукольный лес - Саския Калден

– Я знаю, он нам это тоже сказал. Ты ему веришь?

Я задумываюсь. Николас во всем признался. Изначально он не собирался меня убивать, потому что полагал, что я люблю его настолько, что не сдам. На тот момент у него не было причин лгать мне.

– Думаю, он говорит правду.

– Отчет судебно-медицинской экспертизы будет готов завтра. Тогда мы узнаем больше. Ах да… – Болте смотрит на меня. – Лаборатория сравнила анализы ДНК Малены Таннер и двух других пропавших с человеческими останками.

– И?

– По всем троим – совпадение.

О нет!

– Это значит, что Малена мертва.

С тех пор как я выяснила про заказные убийства, это было очевидно, но я не хотела в это верить. Я хотела продолжать надеяться. Я не хотела разочаровывать Джессику. А теперь мне все равно придется это сделать.

– Согласно отчету, обнаружено восемнадцать тел.

– Это совпадает с восемнадцатью конвертами, которые мы нашли в спальне Лотшека.

– Но есть еще кое-что, – говорит Болте. – В области таза скелета Малены обнаружены кости плода.

Я смотрю на него широко раскрытыми глазами.

– Он закопал ее беременной?

– Именно так.

– Тогда Клара не может быть ее дочерью.

Имя и возраст. Кольцо. Неужели все это лишь совпадение? Я качаю головой. Но в этом нет смысла. Тогда кто же была эта девочка?

Глава 59

На следующий день меня выписывают из больницы. Рану на руке перевязали, а лекарства делают свое дело. С тех пор как я вернулась домой, я сижу на диване в гостиной, смотрю в окно и наблюдаю, как талая вода капает с водосточной трубы. Я избегаю кухни. До сих пор вижу нас с Николасом за столом. Перед глазами застыла картина, как он пытался меня убить.

Теперь все в этом доме напоминает мне о нем. Не о родителях, не о детстве. Лишь о нем.

Когда я выхожу в коридор, вижу его в дверях кухни. Как шаг за шагом он приближается ко мне. Как пытается уговорить меня. Пока я не стреляю.

В тот момент я впервые в жизни стреляла в человека. Да еще и в того, кого когда-то любила. От этих мыслей накатывают тоска и злость. Но все же я рада, что Николас жив и его смерть не останется на моей совести. Врачи говорят, что кризис миновал, и мне этого достаточно. Я больше не хочу о нем думать. Не хочу постоянно вспоминать о нем.

Я встаю. Мне нужно выбраться отсюда. Нужно отвлечься.

В коридоре хватаю куртку и ключи от машины, натягиваю обувь и выезжаю в участок.

К счастью, в коридорах мне удается избежать встречи с Терезой. Она желает мне добра, но сейчас я не хочу говорить о своем состоянии. Я лишь хочу сосредоточиться на Лотшеке и наконец-то довести это дело до конца.

Войдя в свой кабинет, я сразу чувствую себя немного лучше. Словно погружаюсь в другой мир. Мир, который мне знаком, который я люблю. Мир без Николаса.

Я закрываю дверь, сажусь за стол, делаю глубокий вдох и открываю электронную почту. Отчет о вскрытии тела Нормана Лотшека пришел сегодня в полдень, как и говорил Болте.

Я открываю письмо от доктора Крона и бегло просматриваю заполненный бланк. Личные данные, место смерти, время смерти. Я замираю и смотрю на календарь.

Этого не может быть.

Здесь что-то не сходится.

Я поднимаю трубку, набираю номер центра судмедэкспертизы и спрашиваю доктора Крона. К счастью, ждать приходится недолго, и он отвечает почти сразу.

– Я только что прочитала ваш отчет. Должно быть, здесь какая-то ошибка, – после приветствия сразу, без предисловий, выпаливаю я.

– В чем именно?

Доктор Крон имеет привычку говорить очень медленно, все взвешивая. Чтобы произнести несколько слов, ему требуется столько же времени, сколько мне, чтобы сказать целое предложение. Может быть, это потому, что он много работает с мертвыми. Они тоже очень спокойные.

– Труп Лотшека, – говорю я. – Вы пишете, что он мертв уже около четырех недель.

– Так и есть. По всей вероятности, его зарезали охотничьим ножом. Прямо в печень, и он, должно быть, быстро истек кровью. А на кости кисти обнаружен явно различимый след укуса, оставленный человеком.

– Но этого не может быть.

– Если хотите, я могу прислать вам фотографию следа укуса, тогда…

– Нет, я имею в виду время смерти. Джессика сбежала от него всего неделю назад. Тогда он был еще жив. Кроме того, мой коллега сказал, что Лотшек был мертв всего несколько дней. Но не недель.

– Ваш коллега?

– Я имею в виду дежурного врача. Того, кто был на месте происшествия и констатировал смерть Лотшека.

– Ну, дежурный врач частенько неверно интерпретирует признаки смерти. Трупные пятна легко спутать с пятнами от холода. То, что он мертв уже несколько недель, можно распознать по признакам высыхания, особенно на слизистых. Также запавшие глазницы и некоторые признаки гниения. При минусовых температурах эти процессы происходят очень медленно, но все же происходят. Кроме того, видны засохшие повреждения от мороза, похожие на ожоги.

Я позволяю доктору продолжать, уже не особо вслушиваясь в его слова. Я смотрю на строчку в отчете, где говорится, что Лотшек пролежал мертвым около четырех недель в том месте, где его нашли. Здесь что-то не так.

– Вы проанализировали все улики? Даже те, что из детской комнаты? – спрашиваю я, когда он делает паузу.

– Ах да. Одну минуту. Я быстро найду отчет. Коллеги прислали его мне сегодня. – Слышатся шуршание и стук клавиш с интервалом в несколько секунд. Перед глазами всплывает картина, как доктор Крон сидит перед клавиатурой и ищет буквы, почесывая нос и вглядываясь в экран. – Вот он. Итак. В жилом помещении были обнаружены следы четырех разных людей. Двое совпали с двумя образцами, которые вы нам предоставили.

Он имел в виду Патрицию и Ронью Лотшек. Мне удалось убедить их предоставить образцы слюны, чтобы мы могли исключить их следы.

– Третий образец принадлежит Норману Лотшеку, а четвертый – Джессике Таннер.

– Но вы должны были найти другую ДНК.

– Увы. Больше никаких других ДНК нет.

Я трясу головой. Внезапно мне становится не по себе.

– А в подвале? – спрашиваю я.

– Минутку. – Я слышу, как прокручивается колесико компьютерной мыши. – Так, вот. В подвале найдены следы Нормана Лотшека и Джессики Таннер.

– Но никаких следов двух других девочек?

– Нет. Все остальные молекулярно-генетические биоматериалы, такие как кровь, слюна, волосы или частицы кожи, которые были дополнительно обнаружены и прошли анализ, имеют нечеловеческое происхождение.

Глава 60