Раздевайся, отличница! - Марципана Конфитюр

— Да, правила есть правила! — Вдруг подал голос Эдди.

— Нет, мы не договаривались расстреливать беременных! — Встрял Хаммель.

— Я могу сделать тест! Прямо здесь! Миссис Олби проверит, что всё было честно! — Заявила Клементина.

— Но у нас сейчас нет для вас теста. И навряд ли в лазарете...

— У меня есть! В моей комнате. Две штуки.

— Ах, целых две штуки...

— В упаковке было три, один я сделала этой ночью, так и узнала! — Ответила Клементина на неуместное ехидство Вэнса.

Вышло, кстати, очень натурально. Без понятия, врала она или говорила правду — но я ей поверила.

— Вэнс, не смей поддаться на её уловку! — Крикнул Виктор.

— Хватит! Мы не людоеды! — Осадила его Олби. — Пусть докажет, если может! Это честно!

Вэнс вздохнул.

— Хорошо. Говорите, что тест в вашей комнате? Где там искать его?

— В моей тумбочке, на самой верхней полке.

— Мисс Вуксанович! Будьте добры, сбегайте за тестом на беременность!

— Рехнулся, Вэнс?! Она сейчас сбежит!

— Ты сам рехнулся, Виктор! Мы на острове!

— Виктор, не суйся не в своё дело! — Заметил Хаммель.

А Вэнс вновь обратился ко мне:

— Я даю вам пятнадцать минут, мисс Вуксанович! Встаньте и оправляйтесь!

— Через пятнадцать минут ей каюк! — Крикнул Виктор уже в спину мне, когда я припустила к двери.

Баттеруэйт открыл мне парадный вход в зал и выпустил на волю.

* * *

Было странно, что наша общага всё та же, что прежде, хотя жизнь перевернулась с ног на голову. Из окна пустого коридора по-прежнему виднелся безлюдный красный бассейн. Казалось, что сейчас из-за угла выйдет уборщик, соседняя дверь приоткроется, выглянет Элисон... С того момента, как здесь царила счастливая предпраздничная суета, минуло менее двенадцати часов.

Пол комнаты по-прежнему усеян был анкетами. Две пустые коробки валялись, словно оболочка какого-то насекомого, совершившего метаморфозу и улетевшего. Письмо бедной Элисон, видимо, случайно вытащенное кем-то из заговорщиков из-под кровати, так и валялось нераспечатанным...

Я очень боялась, что тестов в указанном Клементиной месте не окажется, и я стану причиной гибели ещё двух человек. Но нет, пока везло: открытая коробочка с полосками из пластика лежала точно там, где мне сказали. Я взяла её.

Потом зашла на кухню. Открыла шкафчик, забрала наш с Клементиной один-единственный столовый прибор — нож. Иногда мы резали им лимоны для чая, которые брали в столовой, или крупные кусочки из пневмопочтовых контейнеров. Я не представляла, что когда-нибудь воткну его в человека. Но совсем безоружной обратно идти не хотела. В кармане зелёного платья он помещался не очень, но всё-таки помещался. Было бы удобнее, конечно, в платье розовом, ведь в нём карманы глубже, но оно-то уже порвано...

Стоп!

Я метнулась к шкафу.

Вытащила розовое платье со следами ночной страсти с тем, кто этой страсти совершенно не заслуживал, ощупала карманы в нём и... Вот они, ключи от зала! Я ведь после того, как помогала так называемому шефу готовить так называемый бал, так и забыла отдать ему эти ключи! Как знать, не спасут ли они теперь чью-нибудь жизнь?

Я стремглав помчалась обратно к Учебному корпусу, стараясь не оборачиваться на трупы убитых охранников и нестись как Пол Ревир в Конкорд — самоотверженно и не теряя времени. Забежала в столовую, отперла дверку в маленький коридор, прошла по нему, добралась кухни-склада, где лежали стулья и всё такое. Приблизившись к двери в сам Актовый зал, я тихонько прислушалась. Внутри Вэнс громко спорил с кем-то из родителей. Так, ну, значит, шанс, что не услышат, всё же есть... Я медленно вставила второй ключ в замочную скважину и, молясь всем богам, отперла его. Уф! Повезло! Дверь осталась на месте. Реакции будто бы не было.

Выждав несколько секунд и убедившись, что всё в порядке, я кинулась обратно по коридору в столовую, а оттуда — на улицу, к главному входу.

69. Воскресенье, 30 сентября. 20:20

Миссис Олби, стоя возле туалета, объявила:

— Две полоски!

Потом она подвела Клементину ко мне, уже бывшей на прежнем месте, велела ей сесть обратно и пошла с тестом к Вэнсу. Пока тот удивленно разглядывал пластиковую палочку, которую видел, похоже, впервые за всю свою жизнь, Виктор крикнул:

— Да ладно вам! Вы, что, ей верите?!

— Бабы эти вещи запросто подделывают! — Крикнул следом Эдди. — Надо просто застрелить её и дело с концом!

— Вэнс, мы должны показать, что не дрогнем! — Опять сказал Виктор. — Уже восемь — двадцать!

Я молча сжала руку Клементины. И представить не могу, что у неё внутри творилось в этот миг, раз даже мне, знакомой с ней всего какой-то месяц, за неё было так страшно. Чтоб немного поддержать, ну и вообще, как говорится, на всякий случай, я нагнулась к её уху и шепнула:

— Чёрный ход открыт! Передай следующему.

Клементина наклонилась к уху Корнелиуса. Корнелиус бросил вопросительный взгляд на меня, а потом шепнул что-то Давиду. Давид качнулся в сторону Малгожаты. К счастью, террористы были так увлечены спором, что нашей секретной цепочки они не заметили.

— Мы борцы за мир, а не убийцы не родившихся младенцев! — Заявила миссис Олби.

— Согласен! — поддакнул ей Хаммель. — Раз уж так получилось, я думаю, следует аннулировать этот раунд!

— Ну конечно! Аннулировать один, потом другой! А потом ещё раздать цветочки всем заложникам! — Ответил злобно Виктор.

— Какой смысл во всём этом предприятии, если в результате мы останемся в истории убийцами беременной?! — Встрял Элдридж.

— А какой смысл, если мы размякнем, отступимся от своих же правил и в итоге сдадимся?! — Парировал Эдди.

— Элжридж прав, — сказал Вэнс. — Аннулируем раунд.

— Тогда крути ещё раз! — Крикнул Виктор.

— Я кручу раз в полчаса. Через десять минут придёт время. Ну, если, конечно...

— Сейчас крути, Вэнс! Они должны понять, что нас не нагнуть и не обхитрить!

— Заткнись, Виктор.

— Не хочешь? Спустишь им с рук всю историю с Ш***? Тебе не жалко бедных дикарей там?

— Успокойся.

— Успокоюсь, если мы проявим твёрдость! Раз тебе так дорога эта личинка в пузе шлюшки, то давай её заменим. Предлагаю взять Вуксанович. Какой у неё номер?

В этот миг оказалось, что я разучилась дышать. В голове воцарилась звенящая тишина, руки ослабли, а мир сузился до Виктора, который, шагнув к сцене, взял мой список.

— Какой номер у Вуксанович? — Спросил он.

— Отдай бумажку и не лезь не в своё дело! — Крикнул Вэнс, пытаясь вырвать у своего подельника злополучный листик.

Виктор ловко отскочил, не прекращая изучать, что там написано.

— Здесь нет Вуксанович! — Крикнул он через секунду. — Здесь всего