Септет расстроенных душ - Кэсси Крауз

нельзя было разобрать. Дерек оттолкнул меня, решив, что я уже не жилец, это сыграло мне на руку. В ледяной воде я пытался отыскать Элси, но он огрел меня по голове, и я на какое-то время отрубился.

Течением меня отнесло под мост Ватерлоо. Я видел, как тело Элси поднимали из воды, как Вэй прижимал к себе Бекки с окровавленной неестественно выгнутой ногой. В тот момент я уже ничем не мог им помочь.

Не помню, как я нашел силы, чтобы выбраться из ледяной Темзы, как добрался до телефонной будки и позвонил.

Это был наш запасной план: если что-то пойдет не так, один из нас должен был вызвать из Джинбери бабушку Элси, Клайв, чтобы та забрала и надежно спрятала доказательства вины Дерека.

Она поступила так не только с бумагами, но и со мной. Вывезла полуживого, едва соображающего из Лондона на своей ржавой Хонде и вернула в Джинбери. И за те двести миль, что разделяют город и деревню, сама сошла с ума.

Дерек подкупил журналистов, и те напечатали ложь: что я, Феликс Бейли, убийца Элизабет Хилл, скончался от полученных ранений в Темзе вместе с ней.

Так что, да. Это была ночь, очень теплая для конца октября. Но это не было моей последней ночью. А если меня и посадят за убийство, то лишь за то, которое я на самом деле совершу.

Хочу убить Дерека.

Глава 16

В меня стрелял человек, за которым несколько месяцев назад я пошла бы на край света.

От мысли о том, что я три года тосковала по убийце, волосы встают дыбом. Я вспоминаю его губы, но слышу лишь, как они желают Элси смерти. Вспоминаю янтарные глаза, но вижу в них одну только ненависть. Вспоминаю сильные мускулистые руки, которые так легко поднимали меня, но чувствую лишь страх: ведь так же легко они выволокли из такси и бросили в Темзу тело Элси…

Раньше, покажи мне кто Феликса Бейли, я растерзала бы его ногтями, порвала бы зубами и закопала бы живьем. Сейчас мне хочется обнять его и попросить прощения… за то, что Росс стал еще одной, пускай и живой, но жертвой человека, которого я так упорно продолжала любить.

Когда мы с Вэем, мокрые, просоленные Ла-Маншем, дрожащие от холода и адреналина, возвращаемся к моему коттеджу, все в голове становится на свои места. Понятно, почему Дороти меня возненавидела, почему Лукас скрыл детские фотографии Вэйлона и зачем Софи написала мне то, самое первое, письмо. Все сводилось к тому, чтобы изобличить настоящего преступника. И Дерек допустил большую ошибку, приехав в Джинбери один.

Счета выписаны. Пришла пора по ним расплачиваться.

– Сегодня этот щегол поплатится за все наши беды! – воинственно рычу я, но Вэй крепко сжимает мою руку и предостерегающе смотрит в глаза.

– У него пистолет. Если он не додумался захватить еще одну обойму, у него осталось четыре пули. Не вздумай даже…

Но я его не слушаю. Всего на секундочку отвожу глаза, чтобы увидеть Декстера, который грудью загораживает дверь в коттедж, и Дерека, направившего пистолет на моего брата.

– Я с места не сдвинусь! Ты был моим другом, Дерек! Я думал, мы на одной стороне! А ты, скотина, порушил столько судеб! Ты убил Элси! Ты знал, как я любил ее! – орет Декс, мой огромный неповоротливый брат, которого предательство Дерека ранило даже больше, чем меня. В его искренних серых глазах сейчас – боль и слезы. И это мои слезы и боль. Я рвусь из рук Вэйлона, но он накрепко стискивает меня в кольцо своих рук.

– Так что давай, стреляй, я не боюсь! – кричит Декстер. – Ты только сделаешь мне одолжение!

– Нет!!! – взвизгиваю я, и дуло пистолета дергается в нашу сторону. Вэй валит меня в кусты синей гортензии.

– Живучая дрянь! – орет Дерек.

Звучит новый выстрел. Осталось три пули.

Вэйлон рывком ставит меня на ноги и подталкивает к дому.

– Бекки, беги!

– Она не убежит. – Говорит Дерек, наступая на нас. И он прав. Из-за меня больше никто не погибнет. Вэйлон молча задвигает меня за свою могучую спину, но я упрямо выскакиваю вперед. Прямо под нацеленный в мой лоб пистолет.

– Я приехал за тобой, Бекс. – Янтарные глаза Дерека горят безумием, когда он говорит дальше. – Видишь ли, я не уеду отсюда, пока не прикончу тебя. Я дал Вэю слово. Не привык его нарушать.

Все происходит очень быстро. Слишком быстро, чтобы я успела это предотвратить. Вэй толкает меня в бок и кидается на Дерека ровно в ту секунду, когда тот спускает курок.

Мой визг перекрывает эхо выстрела, разнесшееся по Джинбери. Я поднимаюсь с земли и бросаюсь на спину Дерека.

Осталось две пули. И я хочу, чтобы каждая из них досталась Дереку! Хочу выбить пистолет из его рук и собственноручно прикончить! За Элси и за Вэя! Я кричу, плачу и царапаю ему лицо, пока Дерек вертится вокруг себя, стараясь сбросить меня со спины.

Декстер одним ударом вышибает пистолет из рук Дерека, Рэндал уже склоняется над неподвижным Вэем, а я, отвлекшись на огромный темно-бордовый цветок, распускающийся на его груди, лечу на землю. Затылком врезаюсь в садовую скамейку и обмякаю в траве, не в силах справиться с головокружительной болью.

Когда же туман перед глазами рассеивается, вижу, что Декстер и Дерек уже сцепились в крепкий клубок, катаясь по земле и прохаживаясь друг по другу кулаками.

– Где этот Дерек-сукин сын?! – внезапно раздается воинственный вопль Росса. – Оставьте его мне! Это мое дело!

При звуке знакомого голоса, Дерек стряхивает с себя Декса и кривит рот в безобразной окровавленной улыбке. Декстер тут же бросается ко мне.

– Спустя три года передумал и решил-таки сдохнуть?! С радостью это…

Без какого-либо промедления Росс стреляет в Дерека из охотничьего ружья. Мелкая дробь, предназначенная для пальбы по уткам, врезается в мускулистое плечо. Тут же раздается визг Сьюзен, которая вылетает откуда-то из-за угла.

– Росс! Росс, пожалуйста! Ты же не убийца!

Следом за ней выбегают Дороти и Бруно.

Дороти первой подлетает к брату, толкает его руку наверх, дуло ружья взмывает в воздух, слышатся грохот выстрела и звон разбитого окна на втором этаже коттеджа. Росс благим матом орет на Дороти, чтобы та не мешала ему вершить правосудие. Но Дороти лишь плачет и обезьянкой виснет на его руке, сжимающей ружье.

А дальше события мелькают у меня перед глазами в ускоренной кровавой перемотке.

Воспользовавшись промедлением, Дерек, плюясь от боли, подползает к