След смерти - Андреас Грубер

— У чемодана двойное дно, — пробормотала она.

Тайник?

Леа вновь прошлась пальцами по стенке и различила едва заметные очертания прямоугольной детали — длиной сантиметров двадцать, вдвое уже, — у которой и откололся уголок. Стоило надавить в определённой точке, как пластина снялась, точно крышка. Хитроумная защёлка — без подсказки такую не нашёл бы никто.

Правда, открывшаяся ниша оказалась слишком тесной для пачки писем. И всё же Леа посветила внутрь — и кое-что разглядела: тонкую красную записную книжку с надписью на обложке: «Адвокату д-ру Альбрехту во Франкфурте».

Она пристроила телефон у стены так, чтобы свет падал на находку, и торопливо пролистала страницы. Все они были исписаны мелким, но удивительно аккуратным карандашным почерком.

— Что это, чёрт возьми, такое? — вырвалось у неё.

Страницы пестрели номерами немецких и европейских абонентских ящиков, десятками подлинных имён и сопутствующих им псевдонимов, домашними адресами и контактами — телефонами, электронной почтой. Между ними — россыпь onion-сайтов и адресов TorBox из даркнета.

Имя некой Рут-Аллегры Франке было несколько раз обведено красным и связано с целой вереницей телефонных номеров, словно особо важное.

Дальше тянулся длинный перечень дат и международных мест встреч, охватывавший внушительные пять лет.

Замыкало всё нечто вроде книги заказов и счетов: добрая сотня записей с датами и шестизначными суммами в евро, выведенных тем же бисерным почерком.

— На что это, по-твоему, похоже? — выдохнула Леа.

Шантаж, мошенничество, кражи, рэкет, взятки, отмывание чёрного нала… да я-то откуда знаю? Я тебе что, из этой братии?

— Что бы это ни было, законом тут и не пахнет.

Похоже, Пакула — мерзавец каких поискать.

— Может, это он прикончил старушку?

Каким образом? У него алиби. Забыла?

— Верно. Но, может, его ассистентка? Та самая…

Кстати, который час?

— Чёрт!

Сердце Леа заколотилось. Секундомер показывал уже двадцать девять минут.

— Чёрт, чёрт, чёрт…

Она торопливо приладила съёмную пластину с отколовшимся куском так, чтобы скол не бросался в глаза, и водрузила чемодан ровно туда, где тот стоял.

Красную книжку сунула за пояс джинсов и натянула сверху толстовку.

Теперь мы ещё и воровки?

— Так и есть.

Леа схватила телефон, погасила фонарик, раздвинула шторы и направилась к двери. Проклятье. Побег придётся отложить ещё на день — без письма уезжать нельзя. Но даже если оно так и не отыщется, рычаг давления на Пакулу у неё теперь имелся.

— Ловко, не правда ли?

Да, ты у нас умница. Не забудь снаружи вкрутить лампочки обратно.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 66

Без четверти полночь Снейдер, выжатый допросом у комиссара Кинтаны, наконец добрался до своих апартаментов. Мобильник пискнул уже на пороге. Сообщение от Дромайера.

«Видеоконференция через десять минут!»

Этот человек, похоже, никогда не спит.

Снейдер откинул крышку ноутбука и, пока тот загружался, бросил пиджак на кровать. Шагнул было к мини-бару — и замер. Покрывало сбилось набок, легло неровными складками.

Он медленно обошёл кровать. У стены, рядом с тумбочкой, на ковре белела пыль: со стены осыпалась штукатурка. Сама собой? Едва ли. Кто-то её задел — и он уже видел где: на обоях темнела тонкая косая полоса.

— Та-ак, — сухо проговорил он, оглядываясь. — Значит, у меня были гости.

Неужели местная полиция тайком прошлась по номеру, пока Кинтана его мариновал? Беседа, конечно, прошла не самым гладким образом — комиссар пытался давить, — но Снейдер быстро уловил, что почти всё это пустая бравада.

А может, Кинтана злился оттого, что он не принёс паспорт Рона Д. Пакулы — отговорился, мол, не нашёл под рукой? Иначе даже подвыпивший охранник заметил бы, что на фотографии вовсе не Конрад. К счастью, комиссар не стал упираться и быстро остыл. Очевидно, благодаря железному алиби Снейдер в подозреваемых не значился; Кинтану интересовала лишь его оценка Кэте ван Звитен.

Или сюда заглянула Рамона? Засомневалась в его легенде? Вот это уже звучало правдоподобнее. Хуже всего, если она подбросила в номер украденные драгоценности.

Он быстро прошёлся по комнатам и убедился: апартаменты обыскали — аккуратно, чтобы не сразу бросилось в глаза. Если бы не сбившееся покрывало да пыль на полу, он, пожалуй, ничего бы и не заподозрил. Беглый осмотр не выдал и следа рубинового гарнитура. «Глок» в сейфе тоже лежал на месте.

Тут пискнул ноутбук. Зашифрованный канал с БКА в Висбадене был открыт. Снейдер опустился за стол, прижимая ко лбу пластиковую бутылку с водой из мини-бара, и ввёл пароль. На экране возник Дромайер — осунувшееся лицо, мешки под глазами, потухший взгляд.

— Какие настроения дома? — спросил Снейдер, хотя ответ угадывал заранее.

— Несколько часов назад — новые теракты.

По спине пробежал холодок.

— Я об этом ещё не слышал.

— И вы не одиноки. БКА, УВР, госбезопасность, ведомство по охране конституции и МВД блокируют любую утечку в прессу.

— Отрадно слышать, что хоть раз все ведомства тянут в одну сторону.

— Это, пожалуй, единственная хорошая новость.

— Что произошло?

— В Гамбурге одновременно расстреляли двух членов наблюдательного совета, пресс-секретаря и управляющую одного и того же нефтяного концерна. Прицельные выстрелы в голову. По домам и квартирам. Свидетели говорят о группах с автоматическим оружием.

Снейдера снова тряхнуло ознобом. Это походило на объявление войны. Он сглотнул.

— Четверо убитых?

— Если повезёт — трое. Пресс-секретарь в реанимации, но шансов у неё почти нет.

— Нефтяной концерн как мишень? — Снейдер переложил бутылку на затылок. — Как это вяжется с концепцией РАФ?

— Концерн уже много лет занимается отвратительным «гринвошингом». Вместо того чтобы вкладываться в экологию, тратят миллиарды на рекламу, пиар и медиахолдинги — лишь бы создать себе зелёный имидж. Сплошное враньё. А правительство косвенно поддерживает это деньгами налогоплательщиков.

— Проклятье… — Снейдер начал улавливать связи.

Эта молодёжь воюет не только с правым поворотом в Германии, о котором говорилось в перехваченном манифесте. Они бьют по всему замшелому мировоззрению — по тем, кто отрицает изменение климата, цепляется за ископаемое топливо и душит возобновляемую энергетику.

— Сплетение политического террора и эко-террора стало настолько запутанным, что без курса экономики и политологии в нём уже не разобраться, — заметил Дромайер.

Снейдер был знаком с так называемой «теорией подковы»: согласно ей буржуазный центр образует тело подковы, тогда как левый и правый экстремизм на её концах вновь сближаются. Впрочем, какая теория стоит