Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Эрик начал продираться между деревьями через кусты и папоротники, периодически наклоняясь, чтобы не задеть головой за ветви.

Мэгги не сомневалась, что он повел ее не в ту сторону. Хочет завести поглубже в лес?

– По-моему… тропа там, – сказала она, махнув рукой на восток.

Он молча помотал головой и продолжил путь.

Мэгги трясло от страха, и все же она пошла следом.

Отстав на несколько шагов, она смерила своего проводника оценивающим взглядом. На плече полупустой, выгоревший на солнце рюкзак. Из заношенных до дыр шортов выглядывали мускулистые загорелые ноги с выраженными икроножными мышцами.

Мэгги где-то читала, что при угрозе нападения необходимо разговорить противника, пробудить в нем человеческое. Наладить с ним контакт.

– Ты ведь брат Лайфа?

– Да.

– Он говорил, что приют принадлежит вашей семье. Тебе повезло вырасти в таком живописном месте. А я родом с юга Англии. Всегда считала, что живу в глуши, пока не приехала сюда.

Молчание.

– У меня есть дочка, Фиби. Ей всего три. Я очень по ней скучаю. Оставила ее на неделю с бывшим мужем. Прежде он никогда не забирал… – Голос подвел, и она умолкла. Глаза заволокло пеленой слез. Не вздумай плакать!

Ее одежда пропиталась потом, дыхание перехватывало. Лес стал почти непроходимым. Складывалось впечатление, что они идут по склону вниз, тогда как, по идее, должны идти вверх. Он уводил ее от тропы все дальше и дальше.

Мэгги незаметно расстегнула нагрудные стяжки, чтобы в случае чего быстро сбросить рюкзак и побежать. Лямки еще сильнее врезались в плечи.

В сгущающемся сумраке леса было трудно что-либо разглядеть, но неожиданно она заметила в мягкой траве камень размером с кулак, наклонилась и схватила булыжник. Твердый и холодный, он придал ей уверенности.

Мэгги подняла глаза. Эрик стоял, держа руки свободно по бокам, и смотрел на нее. Их взгляды встретились.

– Ты зачем его взяла?

Лицо Мэгги залилось краской.

– Я… мне он понравился. Красивый.

Они оба бросили взгляд на камень в ее руке. Обыкновенный серый булыжник с зазубринами.

Эрик посмотрел ей прямо в глаза и сказал:

– Лгунья.

Поиски

Лайф скидывает в рюкзак все необходимое – снаряжение, рацию, аптечку, две бутылки воды и пару энергетических батончиков, – поднимает его как пушинку и вешает на плечи. Резкий прилив адреналина вполне объясним – спасатели появятся в горах только через несколько часов, и теперь все зависит исключительно от него.

Немки, обнаружившие женщину, стоят у карты. Та, что постарше, тычет в нее пальцем со словами:

– Кажется, здесь.

Лайф смотрит на указанную точку. Путь от этого места до приюта занял у женщин пять часов. Но он в отличной физической форме, хорошо отдохнул. Если погодные условия не подведут, будет на месте через два с половиной часа.

Поблагодарив туристок за информацию, Лайф отправляется в путь.

Уже на пороге он резко останавливается, что-то вспомнив. Все это время ему не давала покоя мысль… Немки упомянули одну женщину. Но никто из туристов не заявлял о пропаже людей. Он несколько раз проверил журнал. Одиноких туристов на тропе нет. По крайней мере из тех, кто внес свое имя в список.

– Вы уверены, что она там была одна?

– Да, – отвечает женщина постарше.

– Погодите, – спохватывается дочь. – Мы заметили кое-что еще, до того как обнаружили тело на выступе.

– Точно, – подтверждает мать. – Мы даже удивились.

– Там… был молодой человек. Совсем один. Обхватил голову руками.

Лайф чувствует, как кровь пульсирует в висках.

– Как он выглядел?

Дочь напрягает память.

– Лет под тридцать. Худой. Стрижка почти наголо. Я еще заметила татуировку на шее.

– Что изображено? – сглатывает Лайф.

Девушка молчит. Ее взгляд падает на окно, и вдруг, словно вспомнив что-то, она восклицает:

– Гора.

Лайф помнит, как Эрик набил ее через два года после гибели отца в горах. Спасательная операция тогда не заладилась с самого начала. Отца с Кнутом отправили на поиски двух неопытных туристов, которые должны были вернуться в приют еще два дня назад. Как потом выяснилось, эти нерадивые скалолазы, не поставив в известность Лайфа или Кнута, сошли с тропы раньше времени и благополучно уехали домой, забыв отметиться в журнале. В горах разбушевалась непогода. Отец поскользнулся на осыпи и, не в силах остановиться, по крутому склону слетел вниз. На теле потом насчитали тридцать шесть переломов.

Эрик тяжело переживал потерю отца, не в состоянии справиться с горем и злостью, надолго пропадал из дома. Он проникся ненавистью к горам, туристам, ко всему миру, даже уехал в Берген, но через несколько месяцев вернулся домой, похудевший, со впавшими глазами и татуировкой на шее в виде горы.

Лайф, как старший брат, считал своим долгом приглядывать за Эриком, помогать ему. Только не знал, как. Поэтому бросил все свои силы на реконструкцию приюта, видя в нем тот спасательный плот, который позволит семье удержаться на плаву.

Теперь он знает, что Эрик где-то там, в горах. И ничего не может поделать с плохим предчувствием.

Лайф прокручивает в голове слова девушки. Совсем один. Обхватил голову руками.

Окинув взглядом горы, он задает в пустоту немой вопрос: Эрик, что ты наделал?

Глава 33. Джони

От душераздирающего крика, пронзившего тишину леса, волосы на руках у Джони встали дыбом.

Хелена первой кинулась на звук.

– Мэгги!

Джони побежала следом. Ветви деревьев хлестали по лицу. Молодая поросль хватала за голые ноги. Рюкзак подпрыгивал на плечах. Лиз бежала рядом, помогая себе руками.

Нечеловеческий вопль, наполненный ужасом и отчаянием, повторился.

Подруги резко остановились, тяжело дыша. Они увидели перед собой мужскую фигуру, склонившуюся над распростертым телом.

Лес вздрогнул от нового крика.

Джони узнала в нагнувшемся над телом мужчине Вильгельма. Опершись одним коленом о землю, он замахнулся правой рукой, в которой сжимал камень, а потом нанес резкий удар, не обращая внимания на кинувшуюся к нему с криком «нет!» Джони.

Раздался тупой звук удара камнем о плоть.

Воцарилась тишина. Вильгельм отбросил камень подальше и поднялся на ноги. Джони отшатнулась, почувствовав запах крови.

Теперь, когда Вильгельм отошел в сторону, подруги увидели у его ног крупную тушку зайца с размозженным черепом.

Вильгельм вытер руки о штаны и грустно покачал головой.

– Руна поймала его, но не добила. Насладится запахом крови и бежит за следующей жертвой, чертовка.

Джони уставилась на убитого зайца, чья шубка слиплась от собачьей слюны. На животе зияли раны от зубов.

– Надеюсь, желающие полакомиться им в лесу найдутся.

Вильгельм с легкостью натянул рюкзак, что при его крепком телосложении выглядело