Два типа незнакомцев - Стив Кавана

с Гарри поднялась из-за стола защиты. Для размещения подсудимых к нему приставили еще один стол. Кевин был одет в темно-синий костюм с белой рубашкой и темным галстуком. Кристина – в темно-синий брючный костюм и белую блузку. Они были единым целым, эти двое. Из общения с ними Кейт было ясно, что они любят друг друга и что Эми в надежных руках. Кевин был полной противоположностью Эдди, что Кейт находила довольно любопытным. Оба были умными людьми, оба избрали юридическую карьеру, оба любили Кристину и Эми – но Кевин до блеска надраивал свои ботинки, чтил и уважал закон и ни разу не заработал даже штрафа за неправильную парковку. Эдди? Ну что ж, он совсем другой. Наверное, иначе никак. Ни Кристина, ни Кевин не были судебными адвокатами, им ни разу не приходилось вставать и вступать в психологическую битву за жизни других людей. Как это ни удивительно, но Кейт даже пришлось преподать им несколько уроков касательно поведения в зале суда.

В зале появился судья Росс – импозантный мужчина лет пятидесяти, с безупречно выкрашенными волосами, нежной розовой кожей и бархатным низким голосом, который никогда не повышался в гневе. Как и многие другие судьи, он слыл не только великим мастером гольфа, но и большим педантом, склоняющимся скорей к букве, чем к духу закона, а с делами любил разделываться как можно быстрее. Как орешки их щелкать – раз-два, и готово. Кейт еще ни разу с ним не сталкивалась, но Гарри хорошо его знал. Равно как и его слабости.

В первую очередь склонность к самолюбованию.

Судья Росс начал красить волосы, еще когда ему было чуть за сорок, – в элитном салоне на Пятой авеню, по полторы тысячи долларов за визит. Были они у него сплошь темно-каштановые, за исключением бакенбард и пучков волос над ушами, которые были чуть более светлого оттенка и в которых проглядывали седые пряди. В результате создавалось впечатление, будто Росс просто понемногу седеет, самым естественным образом, и если б вы не знали, что он красит волосы, то никогда бы этого не просекли. Просто красить волосы – это одно, но вот выбрать стиль, который маскирует эту вашу привычку, и раз в месяц выкладывать за это удовольствие полторы штуки – совсем другое дело.

– Садитесь. Давайте пригласим присяжных, – распорядился судья Росс.

Пристав, ответственный за жюри присяжных, исчез за боковой дверью, и Кейт воспользовалась моментом, чтобы окинуть взглядом лагерь противника. Кастро – белый костюм, все дела – сидел за столом обвинения и что-то набирал на своем телефоне. Вероятно, проверял, какие там расклады у Бернис Мазур – его подчиненной, которая сейчас находилась этажом выше, в другом зале суда, готовая изложить версию обвинения по делу Элли Паркер. Наверное, почувствовав на себе взгляд Кейт, он повернулся и посмотрел на нее. Улыбнулся и подмигнул.

Кейт отвернулась, оглядела свой стол. Лэптоп открыт. В раскрытом блокноте – отредактированные и приведенные в порядок заметки, оформленные списком и отбитые аккуратными точечками. Синие и красные гелевые ручки выложены ровной шеренгой. Всё в полном порядке.

В зал гуськом вошли двенадцать присяжных заседателей, которые заняли свои места на трибуне жюри. В течение следующей недели им предстояло разобраться в хаосе убийства Артура Кросса, предоставленном на их рассмотрение. Задачей их было восстановить порушенный порядок вещей, насколько это вообще возможно, – если выяснится, что в преступлении обвиняются те, кто надо, а улики потребуют вынести обвинительный вердикт.

Задача же Кейт заключалась в том, чтобы хаос господствовал как можно дольше – желательно, до самого конца процесса.

Ее подзащитные не сводили глаз с присяжных, пока те готовились к вступительным словам сторон, – как и велела Кейт. Виновные обычно не смотрят на тех, кто будет их судить. Это чисто психологический прием, и большинство людей подсознательно на него ведется. Кейт велела Кристине и Кевину смотреть на присяжных при любой подвернувшейся возможности. Встречаться с ними взглядами. Не отводить глаз. Как будто от создания взаимного доверия зависит их жизнь.

Хотя вообще-то так оно и было. Эти двенадцать человек действительно держали сейчас в своих руках жизни Кристины и Кевина.

Проведя ухоженной рукой по своим пышным волосам, судья Росс кивнул Кастро.

Процесс пошел.

Кастро встал, застегнул пиджак и подошел к трибуне, разделявшей столы защиты и обвинения. Ничейной территории в битве не на жизнь, а на смерть.

– Господа присяжные, все вы меня наверняка хорошо знаете. Я веду данное дело от имени жителей этого города. И перво-наперво хочу рассказать вам о потерпевшем по этому делу, Артуре Кроссе. В ходе судебного разбирательства вы услышите об этом человеке многое, и далеко не всегда самое хорошее. Да, у мистера Кросса было криминальное прошлое. Он был жестоким и нечестным человеком, который заплатил за свои преступления несколькими сроками заключения в наших исправительных учреждениях. Вы услышите, что мистер Кросс преследовал подсудимых. И поначалу можете подумать, что вам не нравится этот человек. И вы имеете полное право на такое мнение. Но был ли Артур Кросс хорошим или плохим человеком – это совсем не тот вопрос, на который вы должны ответить для себя в данном деле. У вас есть только одна задача. Вы должны решить, виновны ли мои подзащитные, Кевин Поллок и Кристина Уайт, в его убийстве. Поскольку, как бы плохо ни вел себя человек в нашем обществе, никто не вправе казнить его у его собственной входной двери посреди ночи. В прошлом году, в поздние ночные, а скорее ранние утренние часы, подсудимые заявились к мистеру Кроссу домой и пристрелили его, как бешеную собаку. Единственная пуля пробила ему череп, мгновенно убив его. Затем они попытались спрятать орудие убийства и как ни в чем не бывало вернулись домой – как будто абсолютно ничего такого и не произошло. Но револьвер они спрятали недостаточно хорошо, и вскоре он был найден на месте преступления. На этом револьвере остались отпечатки пальцев обоих обвиняемых. И важно ли, кто именно из них спустил курок, если они оба сговорились совершить убийство мистера Кросса? Только не с точки зрения закона. Таковы наши доводы. И имеющиеся у нас вещественные улики, а также результаты криминалистической экспертизы, докажут их истинность – вне всяких разумных сомнений.

Кастро сделал небольшую паузу, дабы насладиться тишиной, вниманием присяжных и толпы зрителей у себя за спиной. Затем кивнул и занял свое место за столом обвинения.

Хорошее начало. Четко очертившее позицию обвинения. И с ходу устранившее все сюрпризы, которые способна подбросить защита касательно личности Артура Кросса и его