Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура

шла о «Школе будущего», организации, всерьез убежденной, будто самостоятельность в детях можно воспитать лишь при условии, что взрослые не будут вмешиваться в их жизнь. Неудивительно, что они додумались и до такого.

По рассказам части бывших жителей «Школы», взрослые отправились с проверкой на новое место, где планировалось открыть очередной филиал Училища, вслед за Сидзуокой и Хоккайдо. В нормальной ситуации, конечно, требовалось оставить по крайней мере несколько человек, которые наблюдали бы за порядком, но, под предлогом своего «доверия к детям», они, видимо, решили сделать еще один шаг вперед в создании особого, исключительно детского сообщества.

В это сложно поверить, однако Норико знала, насколько сильно люди в «Школе» полагались на детей. И поэтому, наверное, как и рассказывали свидетели, они действительно в какой-то момент самоустранились, на время сложив с себя обязанности по защите и контролю учеников.

Значительное время СМИ уделили и Учебной комнате. В «Школе будущего» существовало особое помещение, куда можно было отправиться, чтобы обдумать собственные поступки. В репортажах подробно рассказывали, что иногда членам «Школы» настоятельно рекомендовали удалиться в Учебную комнату, и в этом случае они не могли покинуть ее добровольно. Множество комментаторов и экспертов указывали на это как на одну из форм телесного или личного наказания. В ответ представители «Школы» выступили с заявлением о том, что они больше не прибегают к подобной практике, что в прошлом ее применяли редко и только по отношению ко взрослым и что они никогда не использовали ее в качестве воспитательного метода для детей.

Однако дети подвержены влиянию взрослых, будь это в хорошем смысле или в плохом. Тем летом, когда никого из старших не оказалось в «Школе», они могли воспользоваться Учебной комнатой по собственному разумению.

Так все же, чем в итоге была гибель Хисано? Преступлением или трагическим стечением обстоятельств?

Хисано Игава умерла в результате конфликта, разгоревшегося между некоторыми детьми, а вернувшиеся из поездки взрослые отчаянно пытались скрыть произошедшее.

Некоторые СМИ предполагали, что Хисано Игава и вовсе совершила самоубийство, подвергнувшись травле и оказавшись изгнанной из коллектива. Однако бывшие члены организации, включая Кэна Кикути, подчеркивали, что, самоубийство это или несчастный случай, представители «Школы будущего» уж точно были в курсе, что ребенок погиб в Училище, и всеми силами старались замести следы. У них и не было другого выбора – как еще могла поступить «Школа», пропагандировавшая идеальную модель детского образования и зарабатывавшая на популяризации образа жизни вблизи источника чистой питьевой воды, а также на продаже самой воды? А уж тем более если девочку убили.

Конечно же, все эти догадки основывались лишь на показаниях свидетелей. Поскольку причину смерти не удалось установить по останкам, оставалось лишь предполагать, было ли это убийство.

Мика Танака, глава Женского отделения, по-прежнему привлекала внимание общественности, но даже если согласиться, что она и в самом деле могла иметь отношение к смерти Хисано Игавы, ей тогда было всего одиннадцать, и привлечь ее сейчас к уголовной ответственности не представлялось возможным.

Вне зависимости от характера смерти Хисано, все сроки давности по делу уже вышли – останки ведь пролежали в земле без малого тридцать лет. Теперь, когда личность погибшей выяснили, полиция продолжала изучать деятельность «Школы», но никаких сообщений о том, что кого-то из подозреваемых арестовали или что следователи докопались до истины, до публики не доходило. Вряд ли полицейские будут настолько уж усердствовать, пытаясь раскрыть это старое дело.

Впрочем, многие остались недовольны тем, что «Школу будущего», явно имевшую отношение к случившемуся, так и не призвали к ответственности. Возглавляла движение Сино Игава, мать погибшей Хисано.

Журналисты явились к ней сразу после того, как останки были идентифицированы, очевидно застав женщину врасплох. Лица ее не показали, но на интервью видно было, как она трясущимися руками сжимает носовой платок, поминутно утирая слезы. Чувствовалось, что говорила она от души.

– Я думала, что уже никогда ее больше не увижу. Но, как я тогда считала, это лишь потому, что Хисано росла самостоятельно. Мне казалось, она счастлива. И я очень старалась убедить себя, что именно поэтому она не может простить меня, не хочет встречаться, да я и вовсе ей больше не нужна. Но я и представить не могла, что в итоге все обернется вот так. Это ужасный удар.

В еженедельниках писали, что Сино Игава крутила роман с довольно влиятельным в Сидзуоке, где она тогда жила, депутатом префектурального собрания. У него были жена и дети, а Хисано родилась вне брака. Правда, отец признал ее официально.

Судя по рассказам соседей, Сино Игава была предельно озабочена образованием дочери. В «Школе будущего» состояло множество участников, которые не жили на территории Училищ, – их называли «последователями с Подножия», и Сино тоже была одной из них, довольно ярой. Она постоянно убеждала окружающих в том, насколько замечательной и прорывной является философия «Школы» и как хорошо она подходит грядущей эпохе. А еще радостно делилась водой из родника, которую продавала «Школа», приговаривая, что, мол, это уникальное явление. Она активно участвовала и в защите окружающей среды, и в волонтерской деятельности, даже иногда подбивала соседей подписать очередную петицию по охране природы, или сделать пожертвование в пользу пострадавших от стихийных бедствий. Те, кто знали ее в прежние времена, описывали Сино как женщину «исключительно сознательную».

Правда, Хисано жила с матерью всего до трех лет. Когда ей настала пора пойти в детский сад, окружающие решили, что Сино отведет ее в местную дошкольную группу, но та неожиданно для всех отдала дочь в «Школу будущего». Кое-кто из свидетелей потихоньку рассказал репортерам подробности:

– Она просто ни в чем не хотела уступать законной супруге. Ее ребенок ходил в престижный детский сад при университете, и Сино хотела, чтобы и Хисано взяли туда же. Но… – сан (здесь должно было быть имя того депутата) велел избегать тех же садов и школ, которые посещали другие его дети, и она, разумеется, ужасно разозлилась. Да ей и в целом не хотелось бы отправлять дочь в какой-то там обыкновенный сад для всех. Для Сино важно было выделиться.

Вскоре после того, как Хисано оказалась в «Школе будущего», ее мать вышла замуж за мужчину, с которым они вместе занимались деятельностью по охране окружающей среды. Фамилия Игава досталась Хисано как раз от отчима, которого она, кстати, так ни разу и не увидела. Спустя некоторое время у них родился сын, и, занятая своей новой семьей, Сино стала навещать дочь все реже и реже. Младший брат Хисано пошел в местный детский сад, потом в начальные классы. В