Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

На мгновение возникла неуверенность, но все были согласны.

— Итак, слушайте, команда. Нет ничего плохого в том, чтобы мыслить шире, но если бы Гертруда Ольсен была причастна к этим делам, зачем бы, черт возьми, она добровольно вылезла из норы именно сейчас? Как сказала Роза, у нас нет ничего конкретного по поводу смерти ни Палле, ни Паулины, так что преступником может быть абсолютно кто угодно.

— Подожди минутку, Карл, — сказал Ассад. — На мой взгляд, у этой женщины были чертовски мускулистые руки. Я имею в виду, она могла запросто разбить головы механикам Вильдера или одолеть Олега Дудека или Палле Расмуссена, если бы захотела. Или удерживать Пью Лаугсен под водой, пока та не испустила дух. Для нее это не составило бы труда.

— Испустила дух, Ассад. Но да, ты прав. Мы ничего не можем исключать. Но я больше склоняюсь к тому, что убийца водит нас за нос.

— Но водит за нос куда? — спросил Ассад.

— Это значит дразнить нас, Ассад.

— Я думаю, обувная коробка — это сознательная подсказка от убийцы. Так что я согласен, преступник водит нас за нос, — сказал Гордон.

— Подсказка о чем? — спросила Роза. Она выглядела усталой.

— Чем-то, что связывает всё, что случилось недавно, — вмешался Гордон. — Мы точно знаем, что Паулина не могла поставить коробку перед дверью Гертруды, потому что она мертва. И мы знаем, что соль в коробке связала убийства на белой доске. Так что если сложить эти два факта, мы можем с уверенностью заключить, что крайне маловероятно, что Паулина сама покончила с собой. Убийца впихнул в нее таблетки, забрал обувную коробку, насыпал в нее соли, а затем доставил тому, кто, как он знал, принесет ее к нам.

— Хм. Вы установили связь между нашим убийцей и смертью Паулины Расмуссен? Вы все так думаете? — Все кивнули в знак согласия. — Что ж, я с вами согласен. Но зачем, черт возьми, убийца решил поделиться этим с нами сейчас?

Ассад почесал бороду.

— Он пытается нас достать, и это то, чего он хочет. Нам нужно сосредоточиться, пока не убили следующего человека. Но это трудно, когда нас тянут в разные стороны одновременно. А время уходит.

— Я больше склоняюсь к тому, что убийца — полный псих, — сказала Роза. — Думаю, он получает удовольствие, подводя нас так близко к разгадке. Мы имеем дело с каким-то безумцем.

В дверь постучали. Прежде чем они успели среагировать, Маркус вошел с делегацией зловещего вида коллег из других отделов. Неужели настало время для позорного столба Карла?

— Мне жаль сообщать тебе об этом, Карл, но это официальное уведомление о том, что ты находишься под следствием объединенной группы по борьбе с наркотиками, состоящей из коллег из Роттердама, Слагельсе и Копенгагена, в связи с делом о нейлер-пистолете 2007 года, и у нас есть ордер на обыск твоего дома в Аллерёде.

Затем вперед выступили несколько коллег во главе с суперинтендантом полиции Терье Плоугом, а прямо за ним — легендарный сотрудник копенгагенского отдела по борьбе с наркотиками Лейф Лассен, по прозвищу Нюхач. С этой группой не стоило шутить.

— Ага, — сказал он, когда Нюхач протянул ему ордер на обыск. — А я-то думал, что меня просто отчитают за трюк, который я выкинул вчера по телевизору.

— Всему свое время, Карл, но сейчас это важнее.

Он прочитал ордер.

— Судья действительно разрешил обыск в моем доме в Аллерёде? Это безумие. Что вы надеетесь там найти? Единственные люди, которые там живут, — это Мортен Холланд со своим бойфрендом и Харди Хеннингсен.

Терье Плоуг сделал шаг вперед, и, казалось, ему было не по себе от этой ситуации.

— Мы знаем это, Карл, и мы также знаем, что они уже несколько месяцев в Швейцарии. Нам нужно попросить вас поехать с нами. Возможно, вы сможете помочь нам во время обыска.

Карл посмотрел на своих коллег из отдела Q, и все они поняли ситуацию.

Это действительно происходило. И это было серьезно.

***

Слухи в Рённехольтпаркене распространялись быстро. Поэтому, несмотря на общенациональный запрет на собрания, люди стекались на парковку между массой полицейских машин перед домом 73 по Магнолиавенген, когда Карл прибыл с Маркусом Якобсеном.

— Что случилось? Правда, что Мортен и Харди мертвы? Мы их давно не видели, — крикнул кто-то.

Карл покачал головой и попытался выглядеть так, будто беспокоиться не о чем — хотя сам уже не был в этом уверен.

Армия мужчин в белых комбинезонах, латексных перчатках и бахилах была внутри, обеспечивая, чтобы ни одна крошка не ускользнула от их внимания.

Пахло спертым воздухом, но это неудивительно. Прошли месяцы с тех пор, как кто-либо был в доме. На самом деле Карл не был до конца уверен, когда именно они уехали. Он внезапно почувствовал укол стыда, что с тех пор, как он переехал к Моне почти полтора года назад, он навещал Харди только три раза. Харди заслуживал лучшего.

— Они ищут деньги, наркотики и любые цифровые зацепки, Карл, — сказал Маркус.

— Вот как! Что ж, если они случайно найдут состояние, оно мое, — ответил Карл смеясь. Маркус посмотрел на него так, словно напоминал отнестись к ситуации серьезнее.

Они нашли много интересных вещей, но ни одна из них не принадлежала Карлу. Стоматологические ретейнеры разных размеров, различные секс-игрушки, которые определенно не соответствовали сексуальным предпочтениям Карла, таблетки, похожие на стероиды, взрослые подгузники Харди и тальк. Все вещи, не имеющие никакого отношения к кому-либо еще, но такова реальность обыска.

Когда они закончили с подвалом и почти закончили с первым и вторым этажами, Нюхач указал на люк в потолке.

— У меня есть предчувствие насчет того, что наверху, — сказал он, поднимаясь по раскладной лестнице за четыре шага.

— Господи Иисусе, — вырвалось у него, когда он просунул голову через люк. — Нам придется изрядно потрудиться с этим.

Карл выглядел озадаченным и пытался вспомнить, что там было наверху. Он не был на чердаке годами и уж точно не мог вспомнить, когда это было. Но он помнил, что он был почти пуст, когда его пасынок Йеспер, скрепя сердце, забрал последние свои вещи.

Он поднялся по лестнице и увидел задницу Нюхача перед стеной из картонных коробок.

Карл не мог поверить,