Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

Если пойти на север, вдоль тропы, где мигают огни, можно выйти к гостинице «Хупаньлоу».

Всадник слегка натянул поводья и погнал коня дальше по шоссе, на запад. Проехав немного, он заметил невысокое широкое здание, железная вывеска дрожала и гремела под ударами ветра, грозясь вот-вот упасть.

Он прищурился: да, все верно, на вывеске четко сказано, что перед ним гостиница «Цаоюань».

На его губах заиграла едва заметная улыбка.

6

Следы!

На полу проявилось несколько четких синих пятен – хоть форма их и была нарушена после вытирания, они сияли в темноте ровным завораживающим светом.

Разум Лю мгновенно прояснился.

Как охотник, различивший на снегу след лисы, замирает от предвкушения, так и для криминалиста нет большей радости, чем наткнуться на новое вещественное доказательство на месте преступления. Она продолжила наносить люминол на пол и стены.

Когда место преступления вымыто, и кровь не видна невооруженным глазом, специальные реагенты способны вновь сделать кровяные следы видимыми: полиция чаще всего использует люминол и флуоресцеин – оба реагируют на железо, содержащееся в гемоглобине, и позволяют выявить даже кровь, разбавленную в двенадцать тысяч раз. Единственное различие в том, что люминол работает только в полной темноте, а флуоресцеин светится под ультрафиолетом. Следующий шаг – установить, человеческая ли это кровь.

Фальшивые кровяные следы при расследовании телесных повреждений встречаются сплошь и рядом. Скажем, А получает легкую травму от Б; у А взыграла обида, и, чтобы полиция наказала Б построже, А обливает место происшествия куриной кровью (куриная кровь – самая популярная), идет в больницу и просит перевязать рану поплотнее. Разумеется, подобное легко разоблачить с помощью экспресс-теста на кровь вроде того, что сейчас использует Лю, – анализа с моноклональными антителами. Лю без труда установила, что на полу действительно человеческая кровь.

Человеческая – значит, можно работать. Лю задумалась. Чтобы установить группу крови, можно определить антигены A или B на поверхности эритроцитов по системе АВО или отвезти образец в лабораторию на анализ ДНК для точной идентификации личности. Однако у Лю была немного другая задача, и она точно знала, какой метод ей сейчас поможет. Анализ формы кровяных следов.

Лю прислонила включенный фонарик к стене, и тусклый свет окутал весь коридор, отбрасывая на потолок и стены ее искаженную тень – черную, ломанную, напоминающую бумажную фигурку, которая внимательно наблюдала за ней со стен.

«По форме следов крови можно судить о механизме их образования на месте преступления». При соприкосновении крови с поверхностью объекта форма отпечатка зависит от силы воздействия: округлая форма указывает на вертикальное падение (например, кровь, стекающая с кончика пальца на пол); если контуры (края) отпечатков неровные, мелко– и крупнозубчатые – это результат быстрого выброса крови или падения капель с большого расстояния, а кровяные следы в виде брызг чаще всего свидетельствуют о фонтанировании крови из поврежденных кровеносных сосудов. По форме кровяных следов можно не только определить орудие убийства, но и точно вычислить исходную точку выброса крови.

Лю достала из криминалистического чемоданчика многофункциональную линейку и начала измерять диаметр кровяных следов на полу. Размер большинства из них составлял всего от двух до четырех миллиметров – это означало, что скорость воздействия превышала 7,62 метра в секунду, следовательно, перед ней брызги средней скорости, возникшие при ударе сдавливающей силы. Такие следы, как правило, возникают при ударах тупыми предметами вроде лома или телескопической дубинки.

Но никак не от пепельницы! Форма орудия убийства напрямую связана с формой кровяных следов – если обратиться к бытовым сравнениям, это все равно что разрезать помидор ножом или ударить по нему скалкой: сок разбрызгается совершенно по-разному.

Она раскрыла правую ладонь, прижала ее к полу – большой палец и мизинец зафиксировали противоположные края кровяного следа, средний палец служил осью; сверяясь с линейкой и руководствуясь методом регрессионного анализа наилучшей проекции, она провела прямую, затем на цыпочках, плавно повернувшись, беззвучно скользнула к следующему следу и, повторяя те же действия, вывела новую ось, провела вторую линию… Наконец, все линии пересеклись в крошечной зоне на полу – это был двухмерный центр пересечения.

Белое запястье с тонким шрамом изящно изогнулось в воздухе, и пальцы, словно крылья бабочки, дрогнули – многофункциональная линейка в ее руке превратилась в транспортир.

Она измерила угол удара, медленно подняла голову и, следя за воображаемой траекторией, мысленно вела точку пересечения над плоскостью пола – выше, выше… стоп, вот здесь!

Балерина криминалистики.

Ни тьмы, ни ветра, ни призраков, ни страха – ничего не осталось! В ту минуту, когда источник в трехмерном пространстве был определен, когда точка смерти обрела форму, мысли Лю все еще были окутаны туманом, но где-то в глубине этого тумана вспыхнул ослепительный свет.

Оставалось лишь одно, самое важное доказательство, но найти его, по ее расчетам, будет несложно. В большинстве пультов дистанционного управления используются два основных метода передачи сигналов: инфракрасный и радиочастотный. Инфракрасные пульты работают в ближнем инфракрасном диапазоне от 0,76 до 1,5 микрометра и требуют прямой видимости между пультом и управляемым устройством, так как их сигнал не может пройти сквозь препятствия; радиочастотные пульты используют более длинные волны, например, в диапазоне ультравысоких радиочастот.

Однако радиоволны, сталкиваясь с бетонными стенами, теряют силу – металлическая арматура гасит сигнал, снижая эффективность дистанционного управления. Значит, если убийца все продумал заранее, то не мог упустить этот момент, а раз он хотел запустить смертоносный механизм дистанционно, не находясь внутри караоке-комнаты, то сигнал мог пройти только…

Лю подняла фонарик, направила цилиндрический луч на потолок коридора и медленно повела его вперед, пока у входа наконец не заметила вентиляционную решетку.

Теперь ясно, зачем кто-то возился с алюминиевой лестницей.

После того как Лю осмотрела вентиляционное отверстие в караоке-комнате, лестница осталась на месте, поэтому, хотя ей и не хотелось туда возвращаться, она все же вошла в помещение, взвалила лестницу на плечо и только собралась выйти в коридор, как за дверью раздался отчетливый звук.

Звон.

Все тело покрылось мурашками.

Неужели она здесь не одна?

Лю осторожно приоткрыла деревянную дверь, осветила коридор фонариком – пусто. Ослышалась? Вряд ли, звон был слишком явственный, будто опрокинули бутылку, задели металлический тазик или что-то похожее.

Может, кошка? Маловероятно, за все время, что она провела в гостинице, ее одолевало много сомнений, но единственное, в чем она была уверена, – в этом месте нет никого живого.

Лю стояла в полосе света, а невидимый противник – если он есть – скрывался во тьме, и это означало, что она была слишком легкой мишенью; Лю мгновенно выключила фонарик, прижалась к