Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

слушается. Два изверга хватают ее, но она из последних сил продолжает вырываться, биться, будто рыба, пойманная на крючок. Слезы заливают лицо, густые, как кровь из жабр, пронзенных крючком; рот беззвучно шевелится, с губ срывается лишь приглушенный стон.

Когда они срывают одежду, ее окончательно поглощает отчаяние, остается лишь один выход…

У корня языка проходит множество сосудов, если прикусить язык, начнется обильное кровотечение, кровь и слюна заполнят дыхательные пути, вызывая удушье, смерть может наступить от механической асфиксии или болевого шока.

Сведения из учебника судебной медицины становятся опорой ее последнего сопротивления.

Она вонзает зубы в язык и широко раскрывает глаза. Она смотрит на своих мучителей, хочет запечатлеть их облики на сетчатке, чтобы даже после смерти, став мстительным духом, терзать их и в этой, и в следующей жизнях.

Осталось только чуть сильнее сжать челюсти…

Внезапно мерзкая тяжесть, давившая на ее тело, исчезает.

Это… Ли Цзялян?

Старик, ворвавшись в комнату, хватает Мэн Цзяньи и сбрасывает на пол. Мэн Жуху на мгновение теряет контроль над ситуацией, и она, не медля ни секунды, изо всех сил ударяет его коленом в пах.

Дикий звериный вопль!

Мэн Жуху падает на пол.

Она садится, прислонившись спиной к изголовью, прижимает к себе все, чтобы хоть как-то прикрыть обнаженное тело, и сооружает крепость из одеял и подушек. Она хватает штаны, достает из кармана телефон и большим пальцем сдвигает заднюю панель – в ее руках эта тонкая металлическая пластина превращается в оружие, не уступающее ножу. Если эти твари осмелятся приблизиться, она успеет за полсекунды вскрыть сонные артерии, и кровь хлынет, как вода из прорванных шлангов!

Мэн Цзяньи поднимается, отшвыривает Ли Цзяляна к стене, осыпает его грязной бранью. Старик молчит, губы плотно сжаты, уголки опущены.

Мэн Жуху, держась за пах, в бешенстве смотрит на нее, но в ее взгляде пылает такая ярость, что он не смеет приблизиться.

В комнату врывается женщина – секретарша по имени Цзяо Янь. Она цепляется за остатки волос на голове Мэн Цзяньи, пинает его и визжит:

– Старый похотливый ублюдок! Тебе все мало, да? Кобелина!

Мэн Цзяньи, опустив голову, бредет к выходу, Мэн Жуху следует за ним и, обернувшись на пороге, нагло смотрит на нее и бесстыдно облизывается.

Ли Цзялян стоит, опершись о стену, бледный, дрожащий – точь-в точь снежная глыба, готовая сорваться лавиной. Она хочет поблагодарить, но не успевает – старик уже стоит в дверях.

– Спи спокойно. Я закрою. Клянусь, они тебя больше не потревожат.

Внутри еще бурлит ужас.

Ее лихорадит, в глазах пылает огонь, и из хаоса, оставшегося после борьбы, проступает одна мысль. Вырвавшись из глубины сознания, эта мысль, жгучая и безудержная, пульсирует и разливается, не оставляя места ничему другому.

«Скоты! Скоты! Я убью вас! Убью!»

…

Изображение внезапно расплылось.

А потом? Что потом?

Память снова безжалостно оборвалась, Мяо, превозмогая душевную боль, подняла голову и увидела за окном озеро, сверкающее тысячами бликов.

3

– Фух!

Сы шумно выдохнула, вытерла пот со лба и, помахав серым пультом, обратилась к Лю, которая все еще осматривала место происшествия.

– Наконец-то готово. Не смотри так, я склеила прозрачным скотчем.

Любые мелкие фрагменты, найденные на месте преступления, при восстановлении нужно соединять только с помощью прозрачного скотча, чтобы в случае необходимости можно было отследить направление трещин и не повредить микроследы на линии излома: все это помогает определить, где и как предмет повредился, а также силу оказанного на него воздействия.

Лю нарисовала на полу еще один треугольник с незамкнутой вершиной, выпрямилась, размяла затекшие ноги, подошла поближе к Сы и осмотрела пульт. Она перевела взгляд на два телевизора марки «Чанхун» и, нахмурившись, сказала:

– Почему пульт другой марки?

Сы только теперь заметила, что на восстановленном пульте отсутствует логотип «Чанхун», а на крышке батарейного отсека можно разглядеть буквы «Синьдянь».

– «Синьдянь»? – растерянно произнесла она. – Наверное, какая-то дешевая марка.

Лю взяла увеличительное стекло и принялась внимательно осматривать пульт со всех сторон.

– И выглядит он совсем новым, даже кнопки не затертые… Что сказано в первичном отчете об этом пульте?

Сы пролистала материалы и ответила:

– Информации мало. «Пульт найден под диваном, предположительно от телевизора в караоке-комнате».

– Предположительно? – вспыхнула Лю. – Что-то одни предположения! Пожалуй, тоже предположу кое-что: например, автора отчета следует временно отстранить от занимаемой должности! Это же надо – сплошные уклончивые формулировки!

– Остынь. Напомню, ты больше не заместитель руководителя отдела криминалистики городского управления, поэтому попридержи свои распоряжения об отстранении. И вообще, может, прямо сейчас по всему Пекину развешаны листовки с твоей фотографией и подписью «Разыскивается особо опасная преступница». – Сы холодно усмехнулась. – Кстати, в отчете также сказано, что на осколках корпуса пульта найден только один отпечаток, и принадлежит он Ли Цзяляну.

– Тем более странно, – сказала Лю. – В караоке-комнате управление идет с компьютера в аппаратной. Пульт может понадобиться, только чтобы включить телевизор. Всеми организаторскими и бытовыми вопросами заведовал руководитель административно-хозяйственного отдела, Гун Цзин. Зачем Ли Цзяляну брать пульт?

Сы задумалась.

– Когда склеивала, я заодно внимательно его осмотрела – плата действительно стандартная, для бытовых устройств. Как-то все запутанно. Может, оригинальный пульт «Чанхун» сломался, и хозяева гостиницы подменили его дешевым аналогом? А вот почему на пульте остались отпечатки только Ли Цзяляна – понятия не имею.

Лю пришла в голову одна идея. Она нажала все кнопки по очереди в надежде, что пульт активирует что-то скрытое, но ничего не произошло.

Она разочарованно вздохнула.

– В Китае при осмотре помещений обычно прибегают к двум методам поиска улик: линейному и поквадратному. А в странах Европы и Америки следователи чаще всего используют метод взаимосвязанных узлов. Этот метод предполагает поиск, основанный на внутренней логической связи между местом преступления, подозреваемым, жертвой и вещественными доказательствами. Например, если на полу обнаружен пепел – нужно искать окурок, по остаткам слюны на нем можно определить ДНК преступника, а заодно задуматься, почему в этой комнате нет пепельницы… Это особый способ расследования, где каждое действие подчинено строгой логической последовательности.

Она вспомнила, как рассказывала об этом на лекции в Университете полиции.

Кроме того, существует любопытный принцип притяжения объектов: ценные улики словно обладают магнитным полем – они притягиваются друг к другу и концентрируются в одной-двух зонах. Если найден объект А, то логически связанный объект Б наверняка где-то рядом, при этом случайный объект В, не имеющий отношения к делу, тоже может оказаться поблизости. Это часто происходит потому, что большинство преступлений – особенно совершенные в помещениях – разворачиваются в ограниченном пространстве, и улики, соответственно, тоже оказываются сосредоточены