Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

«Сяо Го, спасибо».

Глаза защипало, сердце заколотилось – она сразу поняла, от кого это. Перезванивать бесполезно, все равно не ответит. Го Сяофэнь отошла вглубь коридора, в тихое место, и быстро набрала ответ: кратко описала, как прошел допрос. После долгого ожидания телефон снова завибрировал, она не глядя ответила на звонок:

– Сымяо, где ты? – прошептала она, голос дрожал.

– А что с Сымяо? – В голосе звонившего звучало любопытство.

– Хуянь Юнь?! – Девушка опешила и раздраженно продолжила: – Что тебе нужно? Продолжай веселиться со своими друзьями!

– Эй, Сяо Го, брось, не злись. Ты только что спросила, где Сымяо… Она что, пропала?

Го Сяофэнь фыркнула и пересказала историю побега Сымяо.

– Срочно пришли мне ее новый номер, – сказал Хуянь Юнь. – Я должен с ней поговорить. Это очень-очень важно!

4

«…С сегодняшнего вечера и до завтрашнего дня в провинции ожидается сильный ветер и похолодание. Порывы ветра – пять-шесть баллов, минимальная температура – минус четыре градуса…»

Автомобильное радио сипло и с помехами бубнило прогноз погоды. Внезапно кто-то несколько раз резко ударил ладонью по оконному стеклу.

Чжан Дашань поднял голову от руля, протер сонные глаза, зыркнул на мужика в синей куртке и раздраженно рявкнул:

– Что, новости плохие несешь? Чего тогда так колотишь, а?

Мужик вздрогнул.

– Я… я просто хотел спросить, вы поедете или нет.

Чжан Дашань оглянулся на салон своего микроавтобуса – сиденья еще не все заняты, он хотел подождать, но, взглянув на небо, передумал. Тяжелые тучи, похожие на сжатые кулаки, медленно наваливались на землю, и в каждой вихрился свинцовый ветер… Ладно, нет смысла ждать. Он коротко сказал:

– Садись, выезжаем.

Мужик поднялся в салон, и Чжан Дашань уже собирался закрыть дверь, но в последнюю секунду кто-то запрыгнул на подножку. Он обернулся и увидел Чэнь Шаолин. Они оба ошеломленно уставились друг на друга. Дашань рывком стащил с пассажирского сиденья сумку, кивнул на освободившееся место.

– Садись сюда.

Когда девушка устроилась, Чжан Дашань завел двигатель.

– Обучение в больнице закончилось? – спросил он.

– Угу.

– Помоги собрать плату, по два юаня с человека.

Чэнь Шаолин поднялась, пошла по проходу. Салон наполнился шелестом купюр и звоном монет. Закончив, она высыпала пригоршню мелочи и банкнот в черную сумочку, лежащую рядом с кружкой. Потом задумалась, достала из кармана два юаня и положила туда же.

– Забери обратно, – прохрипел Чжан Дашань. – С тебя денег не возьму.

– Тогда я выйду, – холодно ответила она.

Убедившись, что он больше не будет возражать, девушка удобно устроилась на своем месте. Микроавтобус мерно покачивался, Чэнь Шаолин, сонно откинувшись на спинку сиденья, прикрыла глаза.

Когда она проснулась, на плечах лежала куртка Чжан Дашаня, ремень безопасности был застегнут, а перед ней тянулась дорога, рассекавшая степь надвое…

В зеркале заднего вида отражались пустые сиденья. Никого, кроме них двоих.

– Слышала, ты женишься? – неожиданно спросила Шаолин.

Дашань ответил не сразу:

– Ага, на младшей дочке старика Ци с восточной окраины деревни. Вчера мама меня к ним водила.

– Ее зовут Ци Яньхун?

– Ага.

– Я ее знаю. Мы в одной школе учились. Она на два года младше нас, правильно помню?

– Ага.

Чэнь Шаолин замялась, потом осторожно продолжила:

– Кажется, поговаривали, что с головой у нее… ну, не очень…

– Ага.

– Тогда почему ты…

– А у меня есть выбор?! – рявкнул он.

Она вздрогнула и замолчала.

– Выбор?.. – горько усмехнулся Дашань. – В тюрьме один старый арестант как-то сказал мне: «Если суждено быть жертвой, не дергайся, когда схватит коршун, иначе сдохнешь быстрее и мучительнее».

Чэнь Шаолин молча смотрела на него.

– Так что я смирился. Принял судьбу. Думал, уж хуже-то не будет. А вышло как? Я из бедной семьи, такие не значатся в списках на сокращение срока, поэтому отсидел все три года безо всяких поблажек.

Чэнь Шаолин отвела взгляд в окно: на выжженной желтоватой равнине тянулся ряд бурых маслянистых сосен, между ними серебрилась извилистая речушка.

Ветер усиливался.

– Старики любят повторять: ночь пройдет, и наступит рассвет. В этих словах есть надежда, но я-то знаю, что это не про меня… Не хочу тянуть за собой в яму хорошую девчонку. Та, из семьи старика Ци, хоть и простоватая, но добрая – мне в самый раз. – Чжан Дашань заморгал часто-часто. – Помнишь свою мать? Она ведь целую жизнь так и ждала одного человека. Вся деревня считала ее сумасшедшей, говорили, мол, идет против судьбы. А я восхищался твоей матерью: люди ее поколения горячи, у них даже слезы кипели. У нас же и кровь ледяная. Я не смог, как она. Пытался, но судьба сказала мне: не жди.

В салоне застыла тишина.

Неизвестно, сколько прошло времени, когда с заднего ряда раздался голос:

– Водитель, здесь останови.

Чэнь Шаолин и Чжан Дашань вздрогнули. Как же так, кто-то еще остался? Чжан Дашань ударил по тормозам, обернулся – в проходе стояла женщина в черном: темные очки скрывали половину лица, нижняя часть закрыта шарфом.

– Куда собираетесь? – спросил он.

– Я туристка, хочу посмотреть на Озеро слез, – ответила та. – Остановите здесь, я выйду.

Чжан Дашань посмотрел на часы.

– Уже четыре часа дня, скоро в степи поднимется сильный ветер, машин в сторону деревни больше не будет, вам придется заночевать тут. Рядом есть гостиница «Хупаньлоу», но там недавно кое-что случилось, полиция опечатала здание. Идите лучше вон туда, – он показал на кирпично-красное здание, стоявшее у дороги вдали, – в гостиницу «Цаоюань».

– Спасибо! – Женщина в черном взяла сумку и вышла.

Чэнь Шаолин огляделась и сказала:

– Дашань, это ведь… то самое место, где мы чуть не сбили женщину в белом?

Молодой человек промолчал и повел машину дальше, в сторону деревни. Впереди показался местный участок – несколько полицейских машин выезжали со двора, у ворот стоял Ху Вэйдун и кому-то махал руками. Чжан Дашань притормозил возле него.

– Дядя Ху, вы чего тут?

Старый полицейский довольно улыбнулся.

– Дело раскрыто. Убийцу поймали в Пекине. Начальник Ли с ребятами уже уехал, с «Хупаньлоу» сняли оцепление. А Болтливый Ли, вот умора-то, до сих пор боится туда заходить – уверяет, будто там завелось шесть призраков, и клянется, что больше туда ни ногой!

5

Именно здесь, ошибки быть не может.

Она сняла темные очки и шарф, посмотрела на стоящее перед ней двухэтажное серое здание.

Ветер пригнал тучу, огромная тень опустилась на здание и стоящую перед ним женщину железным покрывалом… Но за пределами этой тени – и небо, и деревья, и степь, и деревня – все оставалось залитым светом, таким ослепительным, словно по ту сторону света