Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

– Так что же делать? – Го Сяофэнь сорвалась. – Неужели придется стереть все воспоминания? Тогда она забудет даже Сянмина, забудет все – превратится в пустую оболочку!

Ша Ли нахмурилась:

– Я всю ночь думала. Есть одна мысль… Безумный и рискованный ход…

– Какой?

– Потеря памяти у Лю Сымяо, на первый взгляд, вызвана происшествием в гостинице. Но я изучила ее историю и поняла следующее: настоящим толчком послужила личная трагедия, связанная с Линь Сянмином. Это как с простудой – охлаждение лишь повод, а первопричина в ослабленном иммунитете. Попытка суицида в Японии – доказательство того, что ее психика уже тогда балансировала на грани, малейший стресс мог вызвать срыв, а уж та ночь в гостинице… Поэтому, в такой критический момент, предлагаю воспользоваться тем же импульсом.

– Да не тяните уже! Каким образом?

– Вернуть Линь Сянмина! – отчеканила Ша Ли.

Го Сяофэнь обомлела:

– Что?! Я… Где я его найду?!

– Самого, понятно, не успеем найти, но замену – можем, – сказала Ша Ли. – Пусть кто-то похожий мелькнет за окном, хоть спиной, хоть боком. Если сработает, память пробудится от шока.

Го Сяофэнь посмотрел на часы.

– Уже почти восемь… Ша Ли, не понимаю. Линь Сянмин – это же Линь Сянмин! Его внешность, осанка, харизма… Кто сможет это заменить? Мы же не поедем в киноакадемию вылавливать похожего актера!

Женщина рассмеялась.

– Я ведь тоже поклонница Линь Сянмина. Когда он у нас в университете читал лекцию по бихевиоризму, я была среди тех, кто после пары ринулся за автографом. Прекрасно помню, какое впечатление он производит, и уже придумала, кто может нам помочь.

– Кто? – глаза Го Сяофэнь расширились.

– Чу Тяньин, – сказала Ша Ли. – Я видела его всего раз, но телосложение и манера держаться у них удивительно схожи. Сегодня на рассвете я позвонила ему и попросила срочно приехать в Пекин – сыграть эту роль. Услышав, что Сымяо в опасности, он немедленно согласился, сел в машину и выехал… – Она нахмурилась, глядя на ошарашенную Го Сяофэнь. – Ну? Скажите хоть слово!

Го Сяофэнь не могла подобрать подходящие: с одной стороны, ее тронул порыв Ша Ли, с другой – она никак не могла представить, чтобы Чу Тяньин мог сойти за Линь Сянмина. Даже если показать его спиной, Сымяо вряд ли спутает, разве что поможет чудо…

Оставалось только попробовать последнее средство и надеяться, что в полубреду Лю Сымяо примет иллюзию за правду.

– Поехали, – сказала Го Сяофэнь. – В Центр судебно-психиатрической экспертизы!

2

У входа в здание стационара Центра судебно-психиатрической экспертизы Ша Ли остановили вооруженные полицейские.

– Доктор Ша, извините, но сверху поступил приказ не пускать вас.

Лицо женщины вспыхнуло. В этот момент появился Линь Фэнчун, переглянулся с Го Сяофэнь и сказал полицейским:

– Пусть обе пройдут.

Затем он, не удостоив доктора даже взглядом, зашагал по коридору рядом с Го Сяофэнь, заговорив с ней вполголоса. Ша Ли стало мучительно неловко.

Пока они поднимались по лестнице – каких-то несколько минут, – Го Сяофэнь сжато пересказала Линь Фэнчуну суть дела, и его лицо сразу потемнело.

– Теперь остается надеяться, что комиссар Сан опоздает, и тогда мы сможем прижать Нин к стене: пусть или поможет Сымяо, или признается в том, что натворила.

– И почему же, капитан Линь, вы так желаете, чтобы я опоздал? – Голос раздался сверху, с пролета. На лестничной площадке третьего этажа показалось лицо комиссара – на лице застыла странная улыбочка.

Линь Фэнчун был застигнут врасплох. Он горько усмехнулся и сказал:

– Да нет… Ничего такого…

Пройдя через рамку металлодетектора, они вошли в тусклый коридор: у двери палаты Лю Сымяо, кроме четверых дежурных полицейских, стояло еще несколько людей в коричневых вельветовых куртках, чьи безжизненные лица делали темный коридор еще мрачнее. Линь Фэнчун тихо сказал Го Сяофэнь:

– Это люди комиссара. Позвони Чу Тяньину – узнай, где он. Быстро!

Го Сяофэнь юркнула в туалет и набрала номер, в динамике раздался отчаянный голос Чу Тяньина:

– Трасса в сторону столицы вся стоит! Спешу как могу! Тяни время, еще хотя бы полчаса! Ни в коем случае нельзя, чтобы они увезли Сымяо!

Однако стоило Го Сяофэнь выйти из уборной, ее руки обреченно опустились – все пропало.

Нин еще не подошла, однако нетерпеливый комиссар Сан уже приказал открыть железную дверь палаты запасными карточками.

Часы показывали ровно девять.

Когда из палаты хлынул ослепительный поток света, Го Сяофэнь захотелось разрыдаться.

Она подумала: может, Лю Сымяо все это время следила за этой дверью – как она открывается, как закрывается – и мечтала вернуть Сянмина и потерянные воспоминания. Но теперь, в этом прекрасном, слепящем сиянии, мечты рухнули, уступив место безысходности.

– А-а-а!

Крики! В одно мгновение перед глазами все завихрилось, напоминая кадр с ручной камеры, снятый в беготне: лица, коридор, руки, ноги, оружие – все бешено качалось, мелькало, начало стремительно уменьшаться, уменьшаться, и в конце концов все без остатка исчезло в том ослепительном свете.

Коридор обезлюдел.

Никого.

Мертвая тишина.

Что это было? Что случилось? Го Сяофэнь медленно подошла к двери палаты и увидела, что внутри невероятно тесно: столько людей стояло вплотную, что они казались густыми переплетениями старой лозы. С трудом протиснувшись внутрь, она заметила, что все взгляды были устремлены на женщину в больничной пижаме, лежащую на койке.

На койке… Лю Сымяо?

Нет, это же…

Айсин Гёро Нин!

– Что… что это значит?! – Лицо комиссара исказилось.

Ша Ли подошла ближе, приподняла веки Нин и пробормотала:

– Похоже, она сама под гипнозом…

– Что?! – взорвался комиссар. – Это ведь она должна была загипнотизировать Лю Сымяо! Как это получилось, что теперь сама Нин под гипнозом?! – Не дав Ша Ли ответить, он повернулся к четырем вооруженным полицейским: – Вы что тут делали, черт побери?! Как могли не заметить, что Сымяо сбежала?!

Те замотали головами. Один сказал:

– Вчера вечером, после того как Нин вышла из палаты, туда больше никто не входил…

Линь Фэнчун подошел к окну, потряс решетку – железные прутья были целы.

– Похоже, прошлой ночью из палаты выходила Лю Сымяо. Должно быть, они с Нин поменялись одеждой. Коридор освещен слабо, дежурные не разглядели лица, а рост и фигура у них примерно одинаковые…

– Вряд ли, – вмешалась Го Сяофэнь, приподнимая рукав больничной пижамы, – это не похоже на добровольный обмен. Сымяо сначала нейтрализовала Нин, потом сняла с себя пижаму и надела ее на Нин, а сама ушла в ее одежде. Смотрите, как рубашка скручена у локтя – кто бы так стал носить? Жутко неудобно.

– Невозможно! – выкрикнул один из дежуривших. –