Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

– человеческое тепло гаснет наполовину, – сказала Го Сяофэнь. – В вас я уверена, вы человек надежный, а Чу Тяньин? Сымяо то, Сымяо это – речи слаще патоки, только что кроется за этими словами? Вот и я не знаю.

Линь Фэнчун хотел что-то добавить, но в этот момент зазвонил телефон. Он ответил, лицо его сразу посерьезнело:

– Хорошо! Продолжайте допрос, сейчас приеду! – бросил он в трубку. Убрав телефон, он быстро сказал Го Сяофэнь: – На президента компании «Цзяньи» Мэн Канъи утром во время пробежки совершили нападение. Он успел увернуться, отделался легким ранением, а нападавшего телохранители скрутили на месте и доставили в полицейский участок. Говорят, он все время бормотал: «Жаль, что ты не поехал в “Хупаньлоу”, погиб бы с остальными…»

– Что?! – вскрикнула Го Сяофэнь. – Значит, возможно, это и есть убийца!

Полицейский кивнул.

– Можем вместе поехать в участок и допросить нападавшего. И Тяньина позовем, все-таки в расследовании задействовано несколько участков.

Трое подошли к полицейскому участку. Чу Тяньин тихо обратился к Линь Фэнчуну:

– Го Сяофэнь ведь не сотрудник полиции, ей можно участвовать в допросе?

– Все в порядке, – ответил тот. – Начальник Сюй лично разрешил ей содействовать следствию.

Чу Тяньин нахмурился и последовал за капитаном в допросную. Когда он увидел подозреваемого – худой, длинное желтоватое лицо, – невольно замер, затем вышел за дверь, что-то сказал одному из сотрудников, а потом вернулся.

Допрос уже начался.

– Имя?

– Хуан Кэцян.

– Возраст?

– Тридцать шесть.

– Род деятельности?

– Безработный… – Хуан Кэцян закатил глаза, будто все это ему надоело. – Ладно, офицер, не тратьте силы. Вы ведь хотите знать, зачем я это сделал, да? Скажу прямо: хотел истребить весь этот род, всю семейку Мэнов!

– И что они тебе сделали? Почему ты намерен истребить род Мэнов? – спросил Линь Фэнчун.

В глазах Хуан Кэцяна заблестели слезы.

– Потому что они убили мою мать!

Присутствующие растерялись. Линь Фэнчун, известный своим почтением к матери, замялся.

– Т-тихо-тихо, успокойся… Расскажи, что они ей сделали?

– Весной этого года компания «Цзяньи» проводила какую-то лекцию о здоровье, – начал Хуан Кэцян. – Мою мать тоже туда заманили, а на месте стали втюхивать это глупое зеркало – больше пяти тысяч юаней за штуку! Мама не хотела покупать и отказалась оставлять адрес и телефон, тогда они не отпустили ее, заперли в тесной комнатушке, начали кричать, запугивать… У нее ведь сердце больное… было… – Он задрожал, не в силах продолжать, и разрыдался в голос.

По допросной прошла тень, все разом посерьезнели. Го Сяофэнь тихо сказала Линь Фэнчуну:

– Профессор Лэй Канмэй рассказывал про этого мужчину. Я и сама теперь вспомнила: когда выходила из квартиры Ли Цзяляна, встретила Мэн Чуна, остановилась перекинуться парой слов и тогда заметила этого Хуан Кэцяня за углом здания. Подумала, что он следит за мной, испугалась, а выходит, он поджидал удобный момент, чтобы напасть на Мэн Чуна.

В комнату тихо вошел сотрудник и что-то шепнул Чу Тяньину на ухо. Тот хлопнул ладонью по столу.

– Хуан Кэцян! За каждой обидой стоит обидчик, но если компания «Цзяньи» до смерти запугала твою мать, надо было пойти в полицию и написать на них заявление! Зачем убивать?!

– Думаете, я не обращался в полицию? Обращался! – вскрикнул Хуан, вытирая слезы. – И что из этого вышло? Меня послали со словами: «Недостаточно доказательств»! Тогда я сам решил искать улики. Только эти мерзавцы, что пугали мою мать, давно куда-то слиняли. Потом я нашел старика-уборщика, который как раз дежурил во время той лекции. Он рассказал мне все, что видел, и я уговорил его быть свидетелем. На следующий день – всего сутки прошли – прихожу к нему, а он будто и знать ничего не знает! Я на коленях молил его, головой об пол бился так, что кровь текла со лба, и тут из ниоткуда появился Мэн Жуху и избил меня до полусмерти… Этот мир принадлежит таким, как они. Вот объясните мне, дураку, как еще остается отомстить за смерть матери, когда они могут безнаказанно творить что угодно?!

– Значит, это ты убил шестерых человек в гостинице «Хупаньлоу»?! – резко спросил Чу Тяньин.

Хуан Кэцян вскинул голову и уставился на него.

– Что? О чем вы? Не понимаю.

– Прекрати! – холодно сказал Чу Тяньин. – Мужчина должен отвечать за свои поступки. Я передал твою фотографию и отпечатки в участковый отдел Хулинцзы, хозяин гостиницы «Цаоюань» узнал тебя. Мне продолжать?

– И что с того? – безразлично бросил Хуан Кэцян. – Это не я их убил.

– То есть ты признаешь, что в момент убийства находился в Хулинцзы? – спокойно сказал Чу Тяньин. – Тогда расскажи, что ты там делал.

– Путешествовал. На степь любовался. А что, нельзя? – Хуан Кэцян прищурился.

Чу Тяньин, вскипев, вскочил с места и закричал:

– Я бы на твоем месте был посговорчивее!

Линь Фэнчун поднялся, положил руку на плечо Чу Тяньина, усаживая обратно, подошел к Хуан Кэцяну и достал пачку сигарет.

– Куришь?

Тот глянул недоверчиво.

– Если предлагаете, то курю.

Линь Фэнчун протянул ему сигарету, а затем медленно сказал:

– Лао Хуан, скажу честно: если бы с моей матерью сделали то же, что с твоей, я бы и сам эту форму с себя сорвал и пошел крошить этих ублюдков.

Хуан Кэцян замер.

– Серьезно, – продолжил Линь Фэнчун. – Мы с тобой мало чем отличаемся. Да, я в форме, ты – нет, я полицейский, ты – подозреваемый, но в остальном мы с тобой очень похожи… – Он вздохнул и продолжил: – Отец мой умер рано, мать уже много лет прикована к постели. День и ночь сплошная работа, ни сна, ни отдыха. Стоит вырваться на часок – бегу домой: перевернуть, помыть, сменить белье… Мне уже под сорок, а я все один, не поверишь – даже на свидания времени нет… Я это все не просто так говорю. Я тебя уважаю, ты достойный сын. Лао Хуан, если что-то знаешь о деле – скажи. Если твоих рук дело, лучше признайся, я лично сопровожу тебя на казнь в знак уважения. А если вины твоей нет – тем лучше. Уверен, твоя мать хотела бы, чтобы ты жил спокойно, а не резал людей ради мести…

– Хватит, пожалуйста… – Хуан Кэцян заплакал, как ребенок. – Я и правда желал отомстить за мать, хотя бы этих двух тварей – Мэн Цзяньи и Мэн Канъи – уничтожить, да только все без толку. Потом я заплатил кое-кому из компании «Цзяньи» и узнал, что двадцать четвертого октября они собираются в «Хупаньлоу». Ну я взял сумку с реквизитом и поехал в Хулинцзы…

– С каким еще реквизитом? – озадаченно спросил Линь Фэнчун.