Два типа незнакомцев - Стив Кавана

– После вас, – сказал Флинн.

– Нет, прошу вас, – возразил Логан. – Давайте вы. Я настаиваю.

Флинн шагнул вперед, но тут же остановился. Хотя всего на полсекунды – а затем вышел из лифта.

Логан выдохнул, встряхнул руками, чтобы избавиться от напряжения, после чего двинулся вслед за Флинном. Тот свернул за угол в главный коридор, по левой стороне которого протянулись двери судебных залов, перемежающиеся деревянными скамьями для свидетелей и прочих участников судебных заседаний. Флинн исчез за двойными дверями одного из них.

Логан немного выждал, прежде чем тоже войти.

Это было ошибкой. Ему не следовало появляться здесь. Он никогда не присутствовал на судебных процессах над теми людьми, на которых обратил внимание полиции. Иногда их осуждали, а иногда даже не предъявляли обвинений – они просто так и жили своей жизнью, оставаясь под подозрением. Вся штука была в том, чтобы бросить все ресурсы, подозрения и внимание полиции в сторону кого-то другого. Естественно, не первого попавшегося. Чем чаще он это проделывал, тем лучше у него получалось подставить какого-нибудь бедолагу, обвинив его в своих собственных преступлениях. Иногда для этого не приходилось прилагать особых усилий. Можно было действовать исподволь. И Логан всегда издалека присматривал за происходящим, поскольку, по правде говоря, в те времена ему нечего было терять. Он был совсем один. Затянутый в бесконечную спираль убийств.

Теперь же Логан мог потерять все. И он хотел, должен был убедиться, что Элли Паркер будет точно осуждена. Ему нужно было знать, что с этой главой в его жизни покончено. Дело закрыто. Окончательно и бесповоротно. Финита ля комедия.

Ему нужно было двигаться дальше, вместе с Грейс. Теперь все это было ради нее. Это последнее дело.

Войдя в судебный зал, Логан увидел, что почти все уже расселись по своим местам. Это дело собрало немалую толпу, и на скамьях в галерее для публики уже не оставалось ни одного свободного места. За последним рядом скамей было расставлено несколько стульев – дополнительных, которые принесли из-за подобного наплыва публики в самый последний момент. Два из них были свободны. Логан занял один из них, возле самого прохода.

Усевшись, он увидел за столом защиты Флинна – тот обнимал Элли Паркер за плечи.

Логан опустил голову и потер лоб, прикрывая лицо, – просто на случай, если она вдруг обернется и обведет взглядом галерею. Элли была единственным человеком, способным его узнать, и приходилось принимать это во внимание. Опять осторожно подняв взгляд, он увидел, что Флинн о чем-то перешептывается с тем детективом, Лейком. Потом Лейк кивнул, встал из-за стола защиты и направился по центральному проходу к дверям. Логан опять опустил голову, достал из кармана телефон и включил экран – просто чтобы был повод отвести взгляд от Лейка. Вскоре он услышал его шаги по кафельному полу, когда Лейк проходил мимо его ряда, а затем как распахнулись двери зала, на несколько секунд впустив в него негромкий гул голосов из коридора, прежде чем закрыться вновь.

Убрав телефон в карман, Логан переключил внимание на вошедшего в зал судью, а затем и на присяжных.

Обвинитель, Бернис Мазур, поднялась со своего места, чтобы произнести свое вступительное слово перед началом процесса. Сначала она показала присяжным то вирусное видео, на котором Элли застала своего мужа Джеймса в постели с Харриет, своей лучшей подругой.

– У этого видео уже миллионы просмотров по всему миру. Только представьте себе, дамы и господа, – сказала обвинитель, – наихудшее предательство, какое только можно себе вообразить, которое демонстрируется на потеху всем желающим во всему белу свету! Только представьте себе это унижение. Просто на секунду. А далее происходит вот что: двое потерпевших по этому делу, Джеймс и Харриет, подвергаются оголтелой травле со стороны подписчиков подсудимой в социальных сетях. Оба теряют свою работу, свою карьеру, своих друзей. После чего, как это показывает имеющаяся у нас детализация телефонных звонков, две недели спустя, в ночь убийства, подсудимая несколько раз звонит Джеймсу. Версия обвинения заключается в том, что незадолго до этого в тот же день подсудимой удалось отравить потерпевших, добавив в их бутылки с водой смертельную дозу вещества под названием тетрагидрозолин, способную вызвать фатальную остановку сердца. И в ту ночь это был ее первый звонок Джеймсу с тех самых пор, как она узнала о его романе со своей подругой. Джеймс не ответил на этот звонок, равно как и на несколько последующих в тот же вечер. Подсудимая звонила лишь с той целью, чтобы убедиться, что ее план удался. Что потерпевшие мертвы.

А теперь, дамы и господа присяжные, должна поставить вас в известность, что в делах, подобных этому – в случаях столь изощренного умышленного отравления, – стандартная полицейская процедура заключается в расследовании всех случаев смерти близких обвиняемому людей, чтобы выяснить, не вызывает ли какой-то из них каких-либо подозрений и не умерли ли эти люди по схожей причине. Вы услышите показания детектива Билла Сакса касательно того, что он выявил идентичную причину смерти человека, связанного с подсудимой родственными отношениями, – а именно ее отца, Стюарта Йорка. Тело мистера Йорка было эксгумировано, после чего подверглось экспертизе со стороны нашего судебного патологоанатома. Мы намерены продемонстрировать вам результаты данной экспертизы, свидетельствующие о том, что подсудимая отравила своего отца при помощи всё того же тетрагидрозолина. И не только это: мы предъявим вам доказательства того, что миссис Паркер располагала этим отравляющим веществом в достаточно большом количестве. Вообще-то даже сможем показать вам видео, на котором она похваляется, что купила его. Одно время подсудимая находилась в отчаянном финансовом положении и заняла деньги у своего покойного отца, а после его убийства унаследовала его дом и продала его, решив все свои финансовые проблемы.

К концу рассмотрения этого дела, господа присяжные, у вас не возникнет проблем с признанием подсудимой виновной по трем эпизодам умышленного убийства. Вне всяких разумных сомнений.

Глава 41

Эдди

Обвинитель Бернис Мазур как раз заканчивала свое вступительное слово по делу Элли Паркер.

Присяжные нам достались не самые плохие. По крайней мере, среди них вроде не было никого, кто, по моему мнению, мог создать нам какие-то проблемы. Разве что один парень, которого, как я знал, очень хотела заполучить Бернис – разведенный, под полтос, который показался мне слегка женоненавистником. Бернис максимально придерживалась правил честной игры, насколько это вообще возможно, но даже честные обвинители ничуть не против того, чтобы в состав присяжных вошел кто-то, кто облегчит им задачу. Правда, я пришел к мысли, что этого присяжного