О личной жизни забыть - Евгений Иванович Таганов

он вернулся в несколько взвинченном состоянии от упущенной возможности. В комнате укором его ненаходчивости стояли чашки их с Верой чаепития. Он отнес поднос на кухню, принял горячую ванну, застелил на тахте свежий комплект белья, но чувство досады все равно не проходило, да и спать не хотелось. Попробовал включить телевизор. Нашел там юмористический концерт из тех, которые ему всегда нравились. Пять минут посмотрел и выключил.

Оставался еще компьютер. Алекс сел к нему и быстро застучал по клавишам. На мониторе появилась английская надпись: «Альберто вызывает Дану» (так сокращенно он иногда называл Даниловну).

Глава 7

В одном из общежитий студенческого кампуса доносилась громкая музыка. Там проходила молодежная вечеринка. В общей комнате большая студенческая компания справляла сразу два студенческих дня рождения. Полно было пива, коктейлей, фруктов и сэндвичей. Вечеринка достигла уже того момента, когда студенческие пары начинали потихоньку распределяться по отдельным комнатам.

Марина Сабеева и Стив Коуп, умница-математик из Сиэтла, не составляли в этом благородном деле исключения. Вот они, стоя в разных концах зала, перекинулись несколькими выразительными знаками и один за другим стали пробираться в комнату Даниловны.

Комната была небольшой, одноместной, с компьютером, телевизором и милым женским украшательством. Едва они вошли, как Стив крепко обнял Даниловну и поцеловал, недвусмысленно подвигая ее в сторону кровати.

Компьютер, который находился в режиме ожидания, неожиданно подал звук. Настроение Даниловны мгновенно изменилось.

— Стив, момент, — жестом остановила она пылкого кавалера. — У меня почта. Это очень важно. Придешь через десять минут, и все будет тип-топ.

— Нет ничего более важного, чем ты и я, — не согласился Стив.

— Ну, пожалуйста, Стив. Десять минут.

И она буквально вытолкнула американца из своей комнаты. Закрыла дверь на задвижку и метнулась к компьютеру.

На мониторе пошел текст, посланный Алексом: «Альберто вызывает Дану».

Имя Альберто на секунду озадачило девушку, потом она осторожно набрала свой ответ:

«Это Альберто-старший или Альберто-младший?»

Через десять секунд пришло:

«Крестный сын».

Теперь сомнений у нее не осталось, и Даниловна продолжила диалог.

«Почему тебя не было раньше?»

«Обстоятельства. Чем сейчас занимаешься?»

«Целуюсь, но не с тобой. А ты?»

«Тоже только что целовался, но не с тобой».

Подумав, Даниловна набрала:

«Чем закончилось то дело?»

«Уже было целых два таких дела. Поменял все что можно: институт, город, погоняло».

«Здорово! Завидую черной завистью».

«Рядом северная страна. Не хочешь прилететь в нее покататься на лыжах. Могли бы там увидеться».

«Все поняла. Буду думать, как приехать».

«Наверно, долго писать не стоит?»

С этим трудно было не согласиться, и она набрала:

«Ты прав. Завистников слишком много».

«Ау! Завистники? Пошли вы к черту! Специально для них я каждый раз буду менять свое имя. Ты помнишь фамилии ребят из другого класса. Все они будут теперь писать тебе. Хорошо?»

«Нет. Лучше, если ты будешь писать мне в черновики. Сам входи в мою почту и пиши в черновиках. Пароль почты: «число и место наших встреч».

«Все понял. Пока».

Экран монитора погас. Даниловна продолжала неподвижно сидеть за компьютером. В ее глазах стояли слезы. Она думала, под каким предлогом отказать Стиву хотя бы сегодня.

Глава 8

Предложение о встрече с Даниловной на лыжной прогулке в Финляндии вылетело из Алекса как-то совершенно неожиданно и поначалу показалось сродни совместной прогулке по Луне. Но через какой-то час Алекс уже не видел в этом для себя ничего невозможного. По крайней мере, это была солидная крупная цель, к которой стоило стремиться. По сравнению с ней даже стукачество в ФСБ выглядело не таким катастрофическим. Тут Стас был сам виноват, что вовремя не вырвал его из загребущих рук «параллельных коллег». Интересно, какие из-за всего этого последуют оргвыводы, с некоторым беспокойством гадал Алекс, не поменяют ему снова фамилию и не перекинут в какой-либо Екатеринбург или Новосибирск? Кому нужны двойные агенты? В голову даже пришла мысль, а не перекинуться ли полностью в ФСБ, потребовать от них возврата старой фамилии, получить наследство и удовлетвориться какой-нибудь мелкой писарской службой на Лубянке. Допуск за границу он вряд ли от них получит, но с миллионом баксов и в России можно нормально устроиться.

Ночь прошла в прекрасном глубоком сне. В восемь утра Алекс проснулся бодрый и свежий, с ясной мыслью, что не надо ломать голову над всеми своими шпионскими игрищами, есть начальники, поднаторевшие на этом, не будем отнимать их законный хлеб.

В половине девятого во входной двери раздался звук поворачивающегося ключа, Стас явно демонстрировал, что не слишком собирается деликатничать со своим учеником. Алекс ответил на это своей неделикатностью: вышел в прихожую, но не поздоровался, молча смотрел, как инструктор раздевается и надевает тапочки. Потом они прошли в комнату, и Копылов, опережая повелительное «Ну!» Стаса, протянул ему четыре листа бумаги с нарисованными ликами московских чекистов и железнодорожный билет.

Инструктор внимательно посмотрел рисунки и билет, заодно глянул и на железнодорожные инструкции на обратной стороне рисунков. Его требовательный взгляд был столь выразителен, что даже не нуждался в подкреплении какими-либо междометиями.

— Меня позавчера вот эти завербовали еще в одну тайную спецслужбу, — деловито объяснил Копылов.

— Надеюсь, это было ЦРУ?

— Не с моим счастьем. Всего лишь московское НКВД… — И Алекс складно и подробно рассказал обо всем, что произошло с ним за истекшие трое суток.

Стас слушал, не перебивая, с самым бесстрастным выражением на лице, что могло смутить и более опытного докладчика, но воинственно настроенному Копылову монолог удался без малейшей сбивки.

— Почему ты решил, что они знают о твоем сотрудничестве с ГРУ? — ожидаемо поинтересовался инструктор, когда Алекс замолчал.

— Потому что он меня ни разу об этом не спросил. Да и вообще весь этот антураж с подпольной квартирой, с показным диктофоном, с произвольно набранным на компьютере обязательством…

Инструктор чуть подумал.

— Почему ты мне ничего не рассказывал об этой американской информации?

— Ну рассказал бы, и что?.. От нее даже Зацепин шарахнулся, как будто ему там скунсом было намазано. А у него в Москве связей и возможностей было побольше вашего.

— И ты думаешь, им стоило ради всего этого возить тебя в Москву?

— Да в том-то и дело, что они возили в Москву некоего Дмитрия Волкова, курьера, которого некоторые нехорошие дядя втемную использовали для своих нехороших целей. Этот чекист прямо вздрогнул, когда меня увидел. Ну я тоже тут немного прокололся. Когда вы мне в машину ровно в девять позвонили, я им сказал: ну вы, ребята, и вляпались! Вот они и подумали, что за мной какие-то