Пуля от Ван Гога - Алексей Викторович Макеев

«Триумфа» и нынешний – «Прайм технолоджис» мог быть просто обстоятельным человеком, особенно учитывая тот факт, что его не только полиция, но и ФСБ подозревала в причастности к деятельности различных преступных организаций. Новую информацию о Екатерине и Николае он мог действительно не собирать, а хранить просто старые данные об этих людях. Однако в таком случае любое досье утрачивало практический смысл, поскольку не учитывало изменений в обстановке и личной жизни фигурантов. И если Арапетян планировал информацию, собранную на различных людей, когда-то использовать, то получалось, что обновлять ее он был обязан. А значит, сыщику Арапетян попросту врал. Возможно, исключительно оттого, что не доверял правоохранительным органам, и вдобавок Меньшиков сработал настолько чисто, что Арапетян даже не подозревал, что о его коллекции досье кто-то знает. Либо второй вариант – данные о том, что начальник службы безопасности был в дни убийства неподалеку от домов погибших, связаны с каким-то преступлением. В любом случае Гуров решил, что завтра Арапетяна нужно будет не только хорошенько проверить, но и как следует потрясти. И с этими мыслями сыщик отправился домой.

Впрочем, сразу добраться до своей квартиры у Гурова не получилось. Только после того, как позвонил Станислав и заявил, что уже полчаса ждет друга в главке, сыщик вспомнил, что они с Крячко договаривались встретиться вечером. Гуров был вынужден поменять маршрут и отправляться на Петровку, куда он добрался сравнительно быстро, успешно миновав самые большие пробки. А едва сыщик оказался в своем кабинете, ему пришлось выслушать язвительные рекомендации от друга по поводу лекарств от склероза и тех, которые замедляют развитие болезни Альцгеймера.

– Спасибо, учту, – устало отмахнулся от него сыщик. – Зачем звал? Не разбегайся, прыгай!..

Оказалось, что в отношении Ряховского Станислав поработал весьма продуктивно. Во-первых, выяснил, что по расходу миорелаксантов, которые покупает по рецептам для своей больной матери, Евгений ни перед кем не отчитывается. То есть медицинские препараты он мог вполне использовать и не по назначению. В том числе и для убийства Слепневой и Ефимова. Во-вторых, Крячко со своим непередаваемым умением втираться в доверие побеседовал почти со всеми пенсионерками из дома, где проживает Ряховский, и выяснил, что в тот день, когда убили Ефимова, он вышел из своего подъезда поздно вечером, а возвращающимся домой соседки увидели его рано утром. Причем, судя по словам бдительных старушек, в своей квартире Евгений пробыл ровно столько времени, сколько могло потребоваться на то, чтобы быстро привести себя в порядок и переодеться, а потом Ряховский отправился на работу.

– При этом, Лева, как мне сообщила Анастасия Михайловна, с которой наш Женя столкнулся нос к носу, когда заходил в подъезд, выглядел он очень возбужденным и взволнованным и даже отвечать на вопросы соседки о том, все ли с ним в порядке, не стал, – закончил тираду Крячко.

– Ну и что? – пожал плечами в ответ сыщик. – Евгений вполне мог возвращаться домой после ночи, проведенной со своей невестой.

– Мог, но это маловероятно, – предвидя это заявление, парировал Станислав. – По словам соседки, домой наш Женя вернулся пешком, поскольку его машина стояла на стоянке у дома, а к своему подъезду он шел совсем с другой стороны. И я проверил историю его звонков. Накануне вечером и в тот день утром Ряховский звонил в службу вызова такси. Правда, пока выяснить, куда он ездил и откуда возвращался, мне не удалось. Агрегатор потребовал официальный запрос и без него информацию предоставлять отказался. Там начальником молодой хлыщ, а мое очарование на таких самовлюбленных сопляков не действует. Завтра информация будет, но я почти уверен, что адрес вызова такси окажется где-то поблизости от дома Ефимова.

– Это все? – рассеянно поинтересовался Гуров.

– А тебе мало? – удивленно вскинул брови Крячко.

– Давай тогда подведем итоги. – Сыщик начал загибать пальцы. – Ряховский имел доступ к миорелаксантам, а значит, обладал возможностью совершить два убийства. Был у него и мотив – прибрать к рукам пропавшие деньги «Триумфа», о чем Евгений якобы упоминал, сообщая приятелям, что скоро решит свои финансовые проблемы. Вдобавок теоретически он мог убить Слепневу, а затем прийти в кафе и имитировать ожидание встречи со своей невестой. И напоследок, в день убийства Ефимова куда-то отлучался из дома на всю ночь, вернувшись только утром. То есть теоретически мог совершить и это преступление. Я ничего не забыл?

– Если не считать мелочей, которые косвенно подтверждают эту теорию, то нет, – хмыкнул Станислав.

– Тогда ответь на один вопрос: как он мог получить информацию о том, где спрятаны деньги, если ни Слепнева, ни Ефимов после укола миорелаксантами не могли ничего ему рассказать? – Гуров внимательно посмотрел на друга.

– Я тоже об этом думал, – поморщился Крячко. – И ответ напрашивается один: рассказывать ничего и не нужно было. Информация о спрятанных деньгах хранится на каком-то носителе – запись на бумаге или на флешке. И Ряховскому нужно было найти этот документ, и он просто обыскивал их квартиры.

– Тогда зачем нужно убивать обоих, если обыскать жилье можно в то время, когда их там не было? – щелкнул пальцами сыщик.

– Лева, это уже два вопроса, а не один! – попытался пошутить Станислав, а потом бессильно развел руки в стороны. – Сдаюсь. На этот вопрос я тоже ответа не нашел. Однако можно не сомневаться, что он известен убийце. Нужно брать Ряховского в оборот, и он сам все расскажет!

Однако Гуров с этим соглашаться не хотел. Он не исключал бывшего жениха погибшей Слепневой из числа подозреваемых, однако вопросы по его причастности к обоим убийствам, которые он задал напарнику, оставались без ответов. К тому же сыщик не считал, что простым психологическим давлением на Ряховского, если он действительно является убийцей, можно будет достичь каких-то положительных результатов. Человек, так тщательно планировавший преступления, не сломается просто так, и для того чтобы «взять его в оборот», как выразился Станислав, нужны более серьезные улики, кроме миорелаксантов для больной матери, заявлений о скором улучшении благосостояния и подозрительного поведения. Поэтому Гуров посоветовал другу сначала дождаться отчета из агрегатора службы такси, а потом решать, какие следующие шаги стоит предпринять.

Вдобавок Гурову не давал покоя Арапетян. Вот он-то как раз больше подходил на роль убийцы, хотя и отрицал какие-либо связи с обеими жертвами. Сыщик попросил Станислава проверить те места поблизости от домов Слепневой и Ефимова, которые Арапетян посещал в дни их смерти, и попытаться найти какие-нибудь зацепки: записи с камер видеонаблюдения, случайных свидетелей среди продавцов или персонала заведений общепита и так далее. А заодно и пробить Арапетяна среди информаторов Крячко из преступного мира.

– Да, об