Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

– Фотографии? Блин, конечно.

– Спасибо. – Я засунул глянцевые снимки в одну из тетрадей. – Можно попросить вас об услуге?

– Выкладывай, сынок, – сказал Эрл, снова садясь напротив меня. Его обращение не осталось незамеченным.

– Я хочу проверить ваш нюх. Нужно найти женщину по имени Алтея Колтер. Я знаю только то, что она когда-то жила во Фростбурге и, наверное, работала учительницей в начальной школе.

Я вспомнил, как Нэнси говорила о женщине, и добавил:

– Вполне возможно, что она уже мертва.

– Можно спросить, кто эта Алтея Колтер?

– Илайджа Дентман, пусть и недолго, учился дома, пока жил в Уотервью. Штейны говорят, что с ним занималась Алтея Колтер. Я хочу поговорить с ней.

– Я найду ее, – пообещал Эрл. – Живой или мертвой.

Глава 22

Честное сочинительство, как и честные люди, не требует ничего взамен. Я обнаружил, что исследую характеры, из которых складывается история – рассказ, порождающий эмоции, пересекающий сады Эдема и поля Элизия, где мертвые мальчики резвятся босиком на росных равнинах и вечные небеса отражают кипение серых морей, а не наоборот.

Я колол дрова, когда явился Адам. Сперва захрустели по снегу его ботинки, а потом брат показался из-за деревьев.

– Привет, – сказал он.

– Привет! – Я продолжал колоть дрова. Проклятая печка все еще отказывалась работать, и нам с Джоди приходилось подкидывать по нескольку поленьев в камин в течение дня. Снега не было уже несколько дней, но холод стоял смертный.

– Не виделись уже пару дней. Заскочил вчера, но Джоди сказала, ты ушел собирать информацию для книги.

– Ага.

– Так у тебя получилось отвезти те вещи Веронике Дентман? Ты так и не рассказал, чем все закончилось.

– Получилось, – сказал я, раскалывая очередное полено.

– И?..

Я поставил топорище в снег и оперся на рукоятку. Запыхался и вспотел, несмотря на холод.

– Я привез ей коробку. Она… была не слишком общительна.

– Это и ясно. Наверное, ты шокировал ее, заявившись без предупреждения.

– Потом вернулся Дэвид и сам шокировал меня. Он решил, что я коп.

Адам пожевал нижнюю губу и поинтересовался:

– Он ведь тебе ничего не сделал?

– А что он мог сделать?

– Неважно.

– В полиции знали, что на него заведено уголовное досье?

Адам отвел глаза. Его нос был красным, ноздри блестели.

– Не говори мне, что узнал об этом от него.

– Нет. Сам выяснил.

– Как?

– Неважно, – сказал я, не желая вмешивать в дело Эрла и его тайные источники. – Так вы знали или нет?

– О прошлом Дэвида? Если ты сомневаешься в работе полиции, то это не твое дело.

– Я просто спрашиваю.

– Конечно, мы знали. Ознакомились с его историей. Думаешь, мы кучка жалких деревенщин, наступающих на собственные шнурки и простреливающих себе ноги?

– Хорошо, – сказал я. – Мне только это и хотелось узнать.

– Но зачем?

– Забудь… – Я снова вскинул топор.

– Вчера я говорил с Айрой Штейном. Поэтому и искал тебя.

Черт, подумал я, роняя топор в снег. Прожег взглядом брата.

– Что ты делаешь? Пытаешься меня подловить? Поймать на лжи? Да, я говорил с Айрой.

– Он сказал, ты пишешь книгу о том, что произошло с Дентманами.

– Я этого ему не говорил. Когда мы расстались, он был пьян. Наверное, неправильно понял.

– Он сказал, что ты много о них спрашивал. И расстроил его жену.

– Боже правый, она расстроилась, когда ее муж начал говорить о мертвой собаке. Я объяснил им, что интересуюсь историей Уэстлейка. Мы отошли от темы и начали говорить о Дентманах. Совершенно случайно.

– Так это неправда? Что ты пишешь о них книгу?

Я уставился на него, считая удары сердца. А когда заговорил, удивился, как спокойно звучит мой голос.

– Я не обязан тебе отвечать. Мы не в гребаной комнате для допросов.

– Отлично. Ты вообще ничего не обязан. Но я по-братски дам тебе совет. Это маленький город, и сплетни разлетаются быстро. Если не хочешь проблем, не лезь не в свое дело.

– Невероятно, блин, – простонал я. – Ты мне угрожаешь…

– Я не угрожаю тебе, засранец. Просто предупреждаю. Ты здесь хорошо устроился, и твоя жена заслуживает мира и покоя. Не порти жизнь глупыми поступками.

Я выпалил:

– Думаю, это Дэвид Дентман убил своего племянника.

– Правда?

– Кусочки головоломки не складываются. Все как-то не так.

– Ты серьезно? А какие у тебя доказательства, если не брать во внимание обвинения в нападениях, за которые его даже не судили?

Действительно, какие? Ощущение полной неправильности происходящего? То, что Дэвид Дентман выглядел так, словно хотел вырвать мне горло, когда пришел домой и увидел меня, печалившего его душевнобольную сестру? Я знал, что моя интуиция не лжет, но она не имела отношения к фактам.

Оставалось только промолчать.

– Мы оперируем фактами, – сказал брат. – У убийц есть мотивы, у невинных людей – алиби. Нельзя посадить кого-нибудь только потому, что «все как-то не так». Иногда в реальной жизни головоломка не складывается. Это ведь не одна из твоих книг?

А вдруг ты ошибаешься? подумал я.

– Тела не нашли, – сказал Адам. – У этих людей не было возможности оплакать мальчика. Оставь их в покое.

Все еще кипя, я скинул ботинки на крыльце, вошел в дом и бросил куртку на диван. На столике рядом с ним стояла разноцветная пирамидка из конструктора Илайджи.

Поднявшись наверх, я остановился на пороге кабинета. Джоди сгорбилась за столом перед россыпью учебников по психологии и кипами ксерокопий из журналов. Одним пальцем она подцепила ручку чашки, от которой валил пар и пахло ромашковым чаем.

– Трудишься? – спросил я.

– По горло в делах.

– Это ты поставила кубики на журнальный столик?

– Какие кубики? – Она зарылась носом в книги и даже не повернулась ко мне.

Я хмыкнул:

– Да ладно… Кубики на журнальном столе.

Она развернулась в кресле. Ее лицо без макияжа выглядело строгим, почти пуританским.

– Я тут пытаюсь работать. К чему ты клонишь?

– Кто-то оставил кучу детских кубиков на журнальном столике на первом этаже.

– Ты выглядишь как-то иначе, – сказала Джоди, поглядев мне в лицо чуть дольше, чем нужно. Она читала меня, как книгу, и я внезапно почувствовал себя голым. – Ты в порядке?

– Что ты имеешь в виду?

– Не знаю. Ты будто сам не свой в последнее время.

– А какой тогда? – спросил я и сразу же вспомнил про вечер, когда Джоди рассказала, что пошла среди ночи в ванную и увидела в зеркале мое отражение. Я была тобой.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– Нет. Скажи мне.

Джоди вздохнула.

– Может, примешь душ, побреешься, приведешь себя в порядок? Тебе станет лучше.

– Мне и так не плохо.

– Ты выглядишь загнанным в угол… – От ее слов у меня