"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

Я проверяю, как там Калеб, и вижу, что он вплотную занимается мистером Нильсеном. Чтобы подобраться к тем доскам, мне нужно как-то проскочить мимо Бьянки, но она уже поднимается на ноги.

– Иден, беги! – вопит Калеб.

Но куда? В противоположной стороне делать нечего, там обрыв. И как? Бежать в таком состоянии я не могу. Поэтому хромаю вдоль стены дома с максимальной скоростью, которую способна развить моя покалеченная нога.

Заметив на земле доску, я поднимаю ее. Но она такая старая и размокшая, что начинает разваливаться прямо у меня в руке. Бросив ее, ковыляю дальше, стискивая зубы от пронзающей ступню острой боли.

Я слышу хруст шагов по гравию у меня за спиной: это Бьянка. Мне надо спрятаться. Я не могу драться с этой женщиной, раненая и безоружная. Но могу просидеть в укрытии до приезда копов.

Я оглядываю кустарник, растущий вдоль особняка по левую руку от меня. Он густой, с вкраплениями высокой травы. Это мой единственный выход.

Ныряю туда, продираясь через острые ветви с длинными и тонкими листьями. Они цепляют и рвут мою одежду, но я забираюсь все глубже. Когда к этому месту приближается Бьянка, я замираю, задержав дыхание. По тропинке скользит лучик света, пробегая по кустам. Или она светит телефоном, или же взяла один из наших фонарей.

Сердце бешено колотится в груди. В этой скрюченной позе моя ступня взрывается такой острой болью, что, кажется, я вот-вот потеряю сознание. Я пытаюсь перенести вес на другую ногу, но теряю устойчивость. Пошатнувшись, я опираюсь на руку, и у меня под ладонью ломается ветка.

Луч фонарика Бьянки устремляется в мою сторону, останавливаясь в паре дюймов справа от меня. Я не дышу и не шевелюсь, когда ее шаги приближаются ко мне. Я уже начинаю верить, что она не может разглядеть меня сквозь листву, но тут луч света бьет прямо мне в глаза, ослепляя.

– Вот ты где.

Меня будто парализует, от паники в жилах стынет кровь. Идти мне некуда. Если вылезу из кустов, она тут же набросится на меня. Поморгав, чтобы сфокусировать зрение, я смотрю налево в поисках пути для отступления.

Тогда-то я ее и замечаю. В слабом свете луны, проникающем сквозь листву. Дверь в подпол особняка.

Но я не успею туда забраться. Ухватившись за какую-то ветку, отламываю ее. Потом вытягиваю руку и, замахнувшись, бросаю ветку как можно дальше. Она падает на землю за спиной у Бьянки, заставляя луч ее фонарика метнуться в ту сторону.

Я ползком пробираюсь к входу в подпол, не обращая внимания на боль в ноге. Шума от меня столько же, как от большого кабана, шарящего по кустам, и Бьянка тут же устремляется ко мне через заросли, размахивая ножом направо и налево.

Добравшись до стальной двери, я ощупываю ее края в поисках какой-нибудь задвижки. Нахожу ручку и дергаю, но дверь не поддается. Я снова лихорадочно пробегаю пальцами по поверхности и на этот раз нащупываю шпингалет. Отодвигаю его и снова тяну за ручку.

Дверь открывается.

Я падаю в грязь и заползаю внутрь, оказавшись в полнейшей темноте. Бьянка продолжает рубить ножом листву, подбираясь все ближе. С помощью фонаря она быстро поймет, куда я подевалась. Мне остается лишь двигаться вперед, вглубь этого тесного и грязного подвала.

– Иден, – шепчет она, и у меня по спине пробегает дрожь. Ее фонарик выключен, но она здесь, вместе со мной.

Я останавливаюсь и ложусь на живот, чтобы максимально слиться с поверхностью. В воздухе висит густая вонь: к сырости и плесени примешивается тошнотворно-сладковатый запах гниения. Моя щека прижата к влажной, отвратительно пахнущей земле, и мне приходится сдерживать рвотные позывы.

Бьянка щелчком включает фонарик, и у меня сдавливает грудь. Луч пляшет по помещению, освещая кирпичи, трубы и кучи грязи.

Когда он находит меня, Бьянка издает рык. Я снова встаю на четвереньки и проползаю между двумя столбами, пытаясь оторваться от нее.

Она несется в мою сторону, как гигантский грызун.

– Иден! – кричит она.

Я спешу вперед, но спрятаться здесь негде. Я не останавливаюсь, ее дыхание у меня за спиной придает сил для рывка. В условиях нулевой видимости я не могу двигаться на максимальной скорости, иначе рискую врезаться в столб. Чувствую, как земля трясется, когда она, кряхтя, подползает ближе и взмахивает ножом. Лезвие задевает подошву моей кроссовки. Лягнувшись, ударяю ее ногой. Она взвизгивает, и я устремляюсь на четвереньках вперед, пытаясь создать отрыв.

Она не сразу пускается в погоню. Я слышу, как она не то скребется, не то роется где-то. Наверное, я выбила у нее из руки фонарик. Его луч либо погребен в строительном мусоре, либо погас. А значит, Бьянка так же слепа, как и я, – по крайней мере, пока не найдет его.

– Эй, Бьянка! – кричу я ей. Может, это глупая затея, но, если я заставлю ее забыть об этом фонарике, мы будем на равных. Не считая ножа.

Я подумываю рвануть обратно, пока она ничего не видит. Это может быть рискованно, но, если я пройду мимо нее с ее ножом, то смогу запереть ее здесь. Копы наверняка уже там. Я смогу удерживать дверь закрытой, пока они меня не сменят.

Надо попытаться. Начинаю разворачиваться, и тут луч света ударяет в столб передо мной, прежде чем снова устремиться в пол. Вот черт. Теперь мне ни за что не пробраться мимо нее без борьбы.

Я поднимаю кусок бетона и запускаю им в ее сторону. Он пролетает мимо, лишь разозлив ее еще сильнее и придав сил. Я продолжаю двигаться вперед, пытаясь найти столб, за которым можно спрятаться. Если мне попадется еще один кусок бетона, возможно, получится нанести достаточно сильный удар, чтобы она притормозила.

Луч скачет передо мной, на этот раз выхватывая из темноты камень. Я поднимаю его и на ходу перехватываю поудобнее. Только это не