Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Часть 2. Приставить к горлу сверкающее лезвие и изо всех сил провести ножом по шее. От одного взгляда на искаженное болью лицо хочется большего…

Глава 1

Эта тяжесть была мне знакома.

Я опустила глаза на урну, которую несла в руках. Она весила столько же, сколько урна с прахом Хины. Значит, примерно столько весит прах взрослой женщины, или, может, вес урн как-то регламентирован.

Рассеянно размышляя об этом, я поставила погребальный сосуд на соседнее сиденье. В окно светило утреннее солнце, ярко освещая меня и мать, теперь ставшую всего лишь пеплом в урне. Впереди было несколько часов езды на поезде до родного Кайто.

Тело матери нашли на побережье в другой префектуре около десяти дней назад и поначалу оформили как неопознанное – сразу установить личность покойной не представлялось возможным. Вещей при ней не было, заявлений о пропаже кого-то похожего не поступало, а потому полицейские приняли решение провести анализ ДНК. Все члены нашей семьи сдали свой генетический материал еще во время расследования убийства отца – так полиция и установила личность женщины. Получив известие об обнаружении тела матери, я сразу же помчалась в указанный город.

Похороны я устраивать не стала. В той префектуре я никогда не была, да и знакомых прожившей там остаток своей жизни матери ни за что бы не нашла. Я только забрала тело из полицейского морга и съездила к маме домой – разобрать ее вещи. Управилась я быстро – процесс почти ничем не отличался от прошлого раза.

О жизни матери, исчезнувшей на целых десять лет, я узнала только из рассказа полицейских, когда приехала забрать тело.

После убийства отца мать бросила своих родных дочерей – нас с Хиной – и сбежала из Нами, каждые пару лет меняя место проживания. На жизнь она везде зарабатывала работой в закусочных и питейных заведениях. После убийства отца в одном еженедельнике писали, что до замужества мама работала хостес, и теперь мне казалось, что та заметка вполне могла соответствовать действительности.

Где-то год назад мама устроилась в закусочную в приморском городке. Это заведение как раз попалось мне на глаза по дороге к последнему месту проживания матери. Это было маленькое здание с почерневшими от времени и морского ветра стенами. Заменявший вывеску стенд с подсветкой стоял посреди разбросанных мешков с мусором, с разбитым стеклом, в трещинах которого можно было разглядеть отдельные лампочки. Может, вечером это заведение выглядело иначе, но днем оно казалось попросту заброшенным.

Дом, где располагалась квартира матери, выглядел примерно так же. Наружная лестница была темно-коричневой от ржавчины, металл проржавел настолько, что подниматься по ступенькам было страшно. Мамина однушка была завалена самыми разными вещами. Повсюду стояли пустые коробки – по всей видимости, ей было просто лень их убрать. Уборку в квартире тоже явно не делали – в глаза бросались выпавшие волосы хозяйки. Волосы эти были явно много раз перекрашены, их каштановый цвет почти исчез, а кончики разделялись на несколько тонких волосков. По всей видимости, мама жила здесь совершенно одна.

Уборка комнаты заняла почти весь день. Среди личных вещей мамы не осталось ничего, что напоминало бы о нашей семье. За весь день, проведенный в этой одинокой квартире, никто даже не пришел выразить соболезнования. Молча разбирая вещи матери, я еще раз убедилась в правильности своих выводов.

Мы не виделись десять лет. Жизнь мамы тоже не была счастливой. Точно так же, как и у нас с Хиной.

Как я и думала, вся наша семья родилась под одной и той же несчастливой звездой.

Но сейчас я даже не могла этому порадоваться.

Вещи я разбирала до поздней ночи. Мне пришлось заночевать здесь, а рано утром я уехала домой, словно сбегая из города, где мама встретила свой конец. Причиной смерти матери, тело которой выбросило на морской берег, было не утопление. Она умерла от кровопотери из-за колотого ранения в область живота, так что полиция решила, что произошло убийство. Преступник, его совершивший, все еще не был найден.

Ситуация была почти один в один как в деле Хины.

Я думала, что убийство сестры никак меня не касается, и даже не сомневалась, что причиной ему послужили какие-то личные проблемы Хины. Но всего через несколько месяцев таким же способом убили и нашу мать, а в такой ситуации поневоле задумываешься о вероятной взаимосвязи этих происшествий.

К тому же десять лет назад мы потеряли отца, который тоже стал жертвой нападения убийцы. И сейчас этот самый убийца, Сагами Сё, куда-то пропал.

Допустим, эти убийства, как и предполагал когда-то Нагиса, тоже были совершены Сагами. Если предположить, что он по каким-то личным причинам продолжает убивать членов нашей семьи, то тогда существует вероятность, что такая же судьба уготована и мне – последней выжившей из семьи Кобаяси.

От этих мыслей у меня потемнело в глазах. Да, я привыкла к жизни, полной бед, но даже так я не могла просто принять то, что меня тоже убьют. Ну уж нет! Стоило только представить это – и зубы начали стучать сами собой.

Стараясь унять озноб, я подняла урну с прахом матери и прижала к себе. Но урна была лишена столь необходимого мне живого тепла. Я ощутила только мертвенный холод неживой материи, лишь усиливший мой страх. Вот уж чего мне точно категорически не хотелось, так это стать очередной жертвой Сагами. К тому же я вообще не понимала, с чего бы кому-то вдруг вздумалось охотиться на меня.

Впрочем, это же касалось и всей моей семьи.

Никто из нас не был связан с Сагами. Мы буквально узнали о его существовании только тогда, когда парня арестовали по обвинению в убийстве папы. Неужели мы чем-то заслужили его ненависть, сами того не замечая?..

Сам Сагами заявил, что напал на папу только потому, что хотел попробовать себя в роли убийцы. Мотивом его поступка было любопытство, а не ненависть. Раз так, то непонятно, почему при выборе следующей жертвы он должен так цепляться именно за нашу семью. Значит ли это, что я просто слишком себя накручиваю и зря опасаюсь нападения Сагами?

Пересев на нужный поезд, я добралась до своей станции еще до обеда. Нет, приехала я не к дому, а на станцию «Университет». Мне удалось взять отгул только до полудня, и во второй половине дня я должна была выйти на работу. Так как работу мне предоставило кадровое агентство, я