Зарубежный детектив 2026-19. Книги 1-10 - Грегг Олсен

стал ссылаться на нее в своих выводах. Возможно, он посчитал последнее заявление Кристи очередной ложью и недомолвками; а возможно, он представлял, к каким неприятностям оно может привести. О существовании этой записки больше не сообщалось в прессе. Те, кто изучал дело, – например, Фрин Теннисон Джесси и Гарри Проктер – не видели его. Попытка Хилда замять эту историю увенчалась успехом.

Однако записка охранника, а также переписка Хилда и Ньюсэма по этому поводу сохранились в архивах министерства внутренних дел. Во время публичного расследования 1965 года этот охранник – его звали Джозеф Альберт Робертс – предстал перед судьей Брейбином, чтобы подтвердить точность своего отчета21. В 1993 году было снято сорокалетнее эмбарго с материалов по делу Кристи, и эта записка была передана в Государственный архив вместе с многими тысячами других документов. Она содержала еще одну историю о сговоре.

Джозеф Робертс, надзиратель тюрьмы Брикстон с медицинским образованием, объяснил в своей записке, что сопровождал Кристи в Олд-Бейли во вторник и четверг, когда проходили заседания суда22. Он находился с Кристи на скамье подсудимых, когда 25 июня 1953 года тому был вынесен смертный приговор. Затем он проводил его в камеры, расположенные под залами суда.

Пока Кристи ждал фургон, который повезет его в тюрьму Пентонвиль, он поздравлял себя с тем, что сохранил самообладание в зале суда.

– В газетах не напишут, что я упал в обморок, – сказал он, – или устроил сцену на скамье подсудимых.

Он предложил поделиться с Робертсом кое-чем важным, что могло бы быть тому полезно.

– Если бы в полиции знали об этом, – сказал он, – то меня могли бы обвинить в убийстве дочки Эванса.

Робертс спросил, убил ли он ее. Кристи сначала ответил с обычной для него расплывчатостью:

– Более или менее, насколько я помню, но теперь они уже ничего не смогут с этим поделать, – но затем грубо и небрежно описал события той недели 1949 года.

Кристи рассказал, что Тим Эванс попросил его «расправиться» с Берил Эванс, потому что она «мешала», и он убил ее, пока Тим был на работе. По его словам, маленькая девочка плакала, так что ему пришлось расправиться и с ней, опять же пока Тима не было дома.

Робертс предупредил Кристи, что может передать эти сведения своему начальству.

– Почему бы тебе не рассказать об этом в газетах, – сказал Кристи, – и не заработать на мне немного денег?

Робертс не стал передавать эту историю в газеты, но в пятницу отправил записку с подробным описанием своего разговора с Кристи доктору Мэтисону, главному врачу тюрьмы Брикстон, а Мэтисон переслал ее министру внутренних дел.

Лайонел Хилд ошибался, если думал, что адвокаты из конторы «Клифтонс» или газета «Санди пикториал» побудили Кристи сделать заявление Робертсу – Гарри Проктер, Эмброуз Аппельбе и Рой Артур ничего об этом не знали.

Артур отправился в тюрьму Пентонвиль в среду, 1 июля, чтобы спросить Кристи, правдива ли история о его признании, опубликованная в утреннем выпуске «Ньюс кроникл». Однако к этому времени Кристи узнал, что медицинская комиссия решает, рекомендовать ли ему отсрочку приведения приговора по причине невменяемости. Он понимал, что признание в убийстве Берил или ее дочери по указанию Тима уничтожит его шансы на спасение от петли. Он категорически отрицал Артуру, что в чем-то признался охраннику.

– Я хотел бы знать, кто распустил этот слух, – возмущенно заявил он.

Эмброуз Аппельбе из конторы «Клифтонс» заявил репортерам, что Кристи ни в чем не признавался.

– Он хотел бы, чтобы слухи об этом были опровергнуты, – сказал Аппельбе, – поскольку они могут повредить его положению.

Однако в своем заявлении Джозефу Робертсу – таком небрежном, безразличном, прямом – Кристи, возможно, наконец-то сказал правду. В тот момент, когда он считал, что его судьба предрешена, он впервые высказал вслух историю об убийствах в семье Эвансов – историю, которая не отвечала его интересам. В своих предыдущих рассказах об убийстве Берил он стремился показать, что не действовал сознательно. Теперь же он описывал заказное убийство и утверждал, что убил ребенка, чтобы спасти свою шкуру.

* * *

История, которую Кристи рассказал Робертсу, поначалу кажется неправдоподобной: что могло побудить Тима попросить своего привередливого и явно нездорового соседа убить его жену? Однако мы знаем, что Тим и раньше бил Берил, а за несколько дней до ее смерти супруги жестоко ссорились. Возможно, именно Тим, как догадалась Фрин, ударил Берил по лицу вечером в понедельник, 7 ноября. Возможно, все еще пьяный и разъяренный, он сказал Кристи, что хочет от нее избавиться. Возможно, Кристи предложил сделать это за него, прикрываясь тем, что делает аборт, который обсуждала его жена. Вероятно, он не смог устоять перед выпавшей возможностью.

Когда Тим вернулся с работы во вторник, он мог быть шокирован, обнаружив, что Кристи действительно совершил убийство. Он не знал, что его сосед убивал раньше и что убийство доставляет ему сексуальное удовольствие. Как понял Тим, Кристи оказал ему жуткую услугу. Он оказался в такой же ловушке, что и герой романа 1950 года «Незнакомцы в поезде» Патриции Хайсмит: этот герой обнаруживает, что случайный знакомый выполнил предложение убить его жену23. Тим Эванс чувствовал себя соучастником убийства Берил, как будто насилие исходило от него, и был связан с Кристи их тайной.

Они вдвоем положили тело Берил в пустую комнату на втором этаже, и Кристи сказал, что спустит труп в канализацию. Тим ушел на работу в среду и четверг, а Кристи, вероятно, убил Джеральдину в четверг, потому что ее плач грозил выдать их. После этого он мог сказать Тиму, что девочку приютила пара в Восточном Актоне, либо же Тим мог знать, что сосед убил его дочь, – он в явном виде сказал об этом Дональду Хьюму, когда находился под следствием в тюрьме Брикстон. Кристи посоветовал Тиму продать свою мебель и уехать из города.

Если убийства разворачивались именно так или примерно так, то в противоречивых показаниях Тима Эванса появляется больше смысла. Он ударился в панику, когда 30 ноября получил письмо от матери в Мертир-Вейл. Считая, что именно он является причиной смерти Берил и что власти добрались до него, он сдался валлийской полиции. На допросе он утверждал, что «избавился» от своей жены, найдя ее мертвой после того, как она приняла лекарство, которое он ей дал. Позже в тот же день в Уэльсе полиция сообщила ему, что тело в сточной канаве не найдено, и он попытался объяснить свою ошибку насчет избавления от жены и разделить вину с Кристи: он сказал,