Хэвен - Том Диди

за твоей мамой, но вскоре бутылка стала важнее. Я потерял работу, потерял силы справляться со всем этим и превратился в бродягу. Спал на улицах, воровал чаевые со столов, выпрашивал мелочь, лишь бы купить очередную бутылку. Со временем все то, что случилось на базе, утонуло в дешевом алкоголе. У меня не осталось ничего, кроме жалкого существования.

Честно говоря, я уже и забыл обо всем… хотя, правильнее сказать – вытеснил. А может, какие-то из тех наркотиков просто стерли мне память.

– Меня не раз арестовывали, били до полусмерти из-за пары монет, я чуть не замерзал насмерть больше раз, чем хочу вспоминать, – продолжал Мосси. – Я слышал истории о Мяснике еще в шестьдесят первом. Следил за газетами. Какая-то часть меня понимала, что на самом деле происходит, а другая, утонувшая в нищете и дешевом вине за два доллара, уговаривала, что все это неправда. Когда схватили Греймора, я смог убедить себя, что именно он убил всех. Господи, людей, которые резали и убивали не меньше, чем ему приписывали, и без того хватало. Я продолжал следить, и убийства прекратились. До сегодняшнего дня. Смотрите.

Он вытащил из кармана стопку газетных вырезок и протянул их мальчишкам. Денни и Билли склонились над столом, быстро пробегая глазами статьи.

Закончив, Денни поднял взгляд на Мосси:

– Зачем ты вернулся? Если ты верил в это тогда, то почему не сейчас?

Мосси долго не поднимал глаз. И когда наконец поднял, в его взгляде было столько боли, что Денни хотелось отвернуться, но он выдержал.

– Я не мог иначе. Каждому человеку в жизни выпадает всего несколько попыток что-то изменить. У меня была такая тридцать пять лет назад, и я ее упустил. Из-за того, что я тогда промолчал, все эти люди в шестьдесят первом погибли, а другой человек сел в тюрьму за то, чего не делал. Сейчас у меня есть еще один шанс. Я старик, Денни. Это моя последняя возможность. Может, в аду уже припасено для меня местечко, чем бы все ни закончилось, но я должен попытаться. Должен поступить правильно. Больше мне нечего сказать.

Денни почувствовал, как глаза наполняются слезами. Это был его дедушка. Он положил ладонь на плечо старика, ощутив, как тот напрягся.

– Ты ничего не мог сделать. Никто бы не смог. Правда ведь, Билли?

Билли выглядел растерянным, словно искал в себе остатки злости и не находил. Денни понимал: им придется работать вместе. Билли должен будет довериться Мосси так же, как Денни доверился Полу.

Билли медленно кивнул:

– Верно. Очень жаль, что вам пришлось пройти через все это одному. Теперь вы не один.

Он прикончил остатки лимонада, громко рыгнул и сказал:

– Ну так что? Что нам нужно, чтобы убить эту тварь?

70

Мосси глотнул еще лимонада, пытаясь скрыть от мальчишек дрожь в руках. Он понимал всю абсурдность речи о том, что нужно поступать правильно, когда сам собирался вовлечь двух детей в крайне опасное дело. Но он все обмозговал и не смог придумать другого способа исправить ситуацию. Макколи был более надежным союзником, но он не знал, как найти вход в туннели. Как только он туда попадет, Мосси был уверен, что сможет ориентироваться, но для поиска входа ему нужны были мальчики. Все остальные сценарии закончились бы его арестом или помещением в психбольницу.

– Долгое время мы думали, что эксперименты ценны для науки и безопасности страны. Мы так увлеклись патриотической риторикой Ганлингера, что почти не заметили, насколько он был чокнутым, – сказал Мосси, поднял стакан, чтобы сделать глоток, и понял, что он пуст. Кувшин тоже был пуст. Билли встал, чтобы приготовить новый лимонад.

– Конечно, были знаки, – продолжал Мосси, – но мы были слишком увлечены, как я уже сказал. Мы фактически создали новую жизнь. Вы должны понимать весь масштаб. Но со временем мы начали замечать трещины. Казалось, что Ганлингер был не человеком, а неким существом, которое скрывалось под личиной человека. Иногда нам удавалось увидеть настоящего Ганлингера. Чаще всего – в его глазах. По глазам можно многое узнать. Какое-то время он водил нас за нос, но порой мы видели его истинный облик под маской, и это было жутко.

Билли вернулся к столу и наполнил его стакан.

– Осознав, наконец, что Ганлингер сошел с ума, мы поняли, что нельзя позволить ему полностью контролировать эксперимент. Мы понимали, что не сможем остановить его – он бы убрал нас и нашел других ученых, чтобы завершить свой безумный проект. Вместо этого мы сделали так, чтобы при необходимости остановить это существо. Мы создали слабое место, о котором Ганлингер не знал. Своего рода врожденный дефект. Он должен был быть достаточно простым, чтобы его можно было реализовать без редких ядов, но при этом скрытым, чтобы случайно не убить существо. Мы были умными учеными, это было несложно. Конечный результат – легко изготавливаемый яд, смертельный для существа, но безвредный для людей.

Денни впервые перебил его:

– Откуда ты знаешь, что это сработает? То есть вы создавали несколько таких существ и проверяли?

Мосси снова надолго припал к стакану. На мгновение ему показалось, что порция водки или немного рома отлично зашли бы вместе с лимонадом, но желание почему-то оказалось не таким сильным, как он ожидал.

– Нет, Денни, мы не создавали больше таких существ. Ганлингер бы нас раскусил. Иногда приходится просто доверять науке. Я знаю, что это сработает. Я знаю каждую клетку, из которой состоит это существо. Это сработает.

Мосси заметил, как Денни и Билли обменялись взглядами, и в них он увидел сомнение. Он не мог их за это винить.

– Постепенно личина Ганлингера начала рушиться. Думаю, эта маскировка была его попыткой удержаться в здравом уме. В любом случае я наконец решил, что должен что-то предпринять. Тони не был так убежден в этом. Не знаю, боялся ли он, или какая-то часть его разума верила в идею Ганлингера – создать армию этих