Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Однако на самом деле перейти к действию было не так-то просто.

Нужно было выбрать семью, которая станет его мишенью, и убивать ее членов по одному так, чтобы не попасть в руки полиции. Для этой сложной задачи понадобится продуманный план и немалое мастерство, таким не получится заниматься в свободное время. Нельзя было допустить ошибку и оказаться под арестом: если его поймают и отправят в колонию для несовершеннолетних или в тюрьму, он уже никогда не сможет достичь своего идеала.

Что еще важнее, в жизни Сагами была та девочка.

В его голове любовь к ней спокойно уживалась со стремлением к мастерству Усивакамару. Нет, пожалуй, даже немного пересиливала его. Если Сагами убьет человека, это огорчит девочку. Именно эта мысль и удерживала парня от преступления. Между погоней за образом Усивакамару и любовью к этой девочке Сагами выбрал последнее. И придерживался этого выбора много лет.

Чувства к девочке били ключом, и спустя время его верность принесла свои плоды. Девочка ответила взаимностью. Они выросли в Нами и, повзрослев, поженились.

Когда Сагами обзавелся семьей, его стремление к образу Усивакамару ослабло еще больше. Чтобы семейная жизнь радовала его любимую жену, мужчина должен был усердно работать. Женщина выросла в семье, владевшей собственной клиникой, и глубоко уважала своего отца, посвятившего всего себя работе, но в то же время она прекрасно знала и все сложности ведения собственного бизнеса. Не желая беспокоить любимую, Сагами официально устроился в крупную компанию, чтобы обеспечить стабильное финансовое положение своей семьи.

Когда она забеременела и в семье появился их единственный сын – Сё, дел стало еще больше. Сагами, несмотря на огромную нагрузку на работе, помогал и с воспитанием ребенка. Сына он любил, но единственным, что придавало ему сил, по-прежнему была она. Он безумно любил ее, не изменившуюся даже после замужества и рождения ребенка.

В итоге образ Усивакамару стал совсем далеким. Дни проносились с бешеной скоростью, и на построение великого плана серии убийств попросту не было времени.

Такое положение дел сохранилось и после того, как Сагами внезапно потерял любимую жену в ДТП. Когда он, услышав ужасные новости, примчался в больницу, женщина еще дышала.

– Позаботься о Сё, – сказала она мужу и закрыла глаза навсегда.

С того момента смыслом жизни Сагами стало выполнение последней просьбы любимой супруги. Продолжая работать, он занимался домашними делами, участвовал в деятельности родительского комитета в школе сына и в целом изо всех сил старался, в одиночку воспитывая ребенка, ведь именно об этом просила его жена.

Он вовсе не забыл об Усивакамару. Мечта об убийстве целой семьи по-прежнему жила в нем как незаконченное, но прекрасное произведение искусства. Он все еще надеялся осуществить ее – когда-нибудь, когда его жизнь немного успокоится. Правда, роль отца – это на всю жизнь, так что мужчина не знал, наступит ли вообще это «когда-нибудь».

Хуже того – Сагами попал в ситуацию, которая еще сильнее отдалила его от идеала.

Его сын Сё сам совершил убийство, опередив отца.

Он даже не думал, что у его ребенка, учившегося уже в средней школе, тоже были подобные мысли. О преступлении Сагами-старший впервые узнал от пришедших к ним домой полицейских. Офицеры рассказали, что Сё, оказывается, уже несколько лет мечтал убить человека и напал с ножом на случайного незнакомца. Во время последовавшего за этим визитом обыска в комнате мальчика обнаружили записи, подробно описывающие совершенное убийство.

Отец удивился такому поступку своего всегда тихого ребенка, но в глубине души он все понимал. Нет ничего странного в том, что его собственного сына посещали те же мысли, что и его самого.

Сагами-старший понимал, что имел в виду Сё, сравнивший жертву с мусором. Убитый Кобаяси Кёдзи, как оказалось, владел небольшим рестораном и всегда ходил в поварском фартуке, унаследованном от отца. Сагами видел по телевизору прижизненные фото Кобаяси, и на них этот старый фартук выглядел очень грязным. Его сын любил чистоту. Наверняка он решил, что если уж все равно убивать, то пусть лучше это будет избавление от кого-то грязного.

Сагами-старшего, стремившегося стать новым Усивакамару, чистота не волновала, но они с сыном одинаково хотели убивать. Сагами не рассказывал ребенку о своих мечтах, но, узнав о преступлении Сё, еще сильнее почувствовал их семейные узы.

Однако выказать сочувствие к сыну-убийце он не мог – общество такого не прощало. У мужчины не было иного выбора, кроме как подчиниться общепринятым правилам, подавляя свои странные чувства. Помня о последней просьбе любимой жены, он должен был защитить совершившего тяжкое преступление Сё. Должно быть, причина безрассудного поступка сына крылась в его собственных ошибках в воспитании.

Сагами постоянно извинялся перед окружающими. По совету адвоката он даже отправился к семье жертвы, чтобы попросить прощения за сына, – в общем, делал все, что, по мнению общества, следовало делать отцу малолетнего убийцы. Разумеется, этого оказалось мало, и порицание окружающих никуда не делось, так что ему пришлось бросить работу и сменить фамилию, для чего он попросил родственников матери провести процедуру усыновления. Чтобы помочь Сё вернуться в общество после освобождения, Сагами-старший должен был начать совершенно новую жизнь. Кроме того, нужно было периодически ходить на свидания к сыну, да и судебный процесс продолжался, так что у него не было времени на погоню за собственной мечтой.

Однако через десять лет после убийства Кобаяси Кёдзи его давняя мечта все же приблизилась к осуществлению, и снова благодаря сыну.

Глава 8

Это был отец Сагами Сё. Но почему?..

Я могла только смотреть на мужчину с безумно сверкающими глазами, преградившего мне путь. Острие его меча, несомненно, было нацелено на меня.

Почему он охотится за мной? Его мотивация была понятна мне еще меньше, чем мотив самого Сагами. Не помню, чтобы чем-то заслужила его ненависть, – ни как член семьи жертвы преступления, ни как работник того же университета я ничем перед ним не провинилась. В этом я могла даже поклясться.

А может, дело вообще в другом?

В голове вдруг пронеслась мысль: а разве это не логичная развязка?

Десять лет назад он приходил к нам домой, чтобы попросить прощения за сына. Голова его была опущена. И я думала, что такое поведение совершенно естественно для родителя малолетнего убийцы. Однако с чего я вообще решила, что членов семьи преступника обязательно должно снедать чувство вины? Я просто не подумала о том, что родственники убийцы могут верить в его правоту.

Вся моя семья была рождена под звездой угнетенных. Не знаю,