Хозяйка сада черных роз - Катерина Кавалье

– Что скажешь? – она напомнила Дамиано о своем присутствии. – Мое терпение не бесконечно.

Он молчал еще какое-то время.

– У меня есть другое предложение.

– Условия моей сделки обсуждению не подлежат, Росетти.

– Я дам тебе имя убийцы Лучиано, – почти перебил он.

Кьяра на секунду замерла и почувствовала себя так, будто ее окатили холодной водой. Всего на одно мгновение, а в следующее тихо рассмеялась.

– Я знаю его имя, я знаю, как он умер, я знаю, какой срок грозил ему в тюрьме, если бы он остался жив.

– Я говорю о заказчике убийства.

– Шанс уничтожить тебя стоит гораздо дороже, чем информация, которую ты мне предлагаешь.

– Так уничтожь, Корсани, – в его голосе послышалась усмешка. – Один на один. Никаких людей, никакой помощи, никаких свидетелей. Я подпишу бумаги, по которым, если ты убьешь меня, получишь все до последнего цента. Но это условие распространяется и на тебя.

– С чего бы мне играть честно? – Кьяра выгнула бровь. – Твоя драгоценная Бьянка сидит в моем доме, напоминаю, а половина твоей империи сейчас горит моими стараниями. Насколько глупой мне нужно быть, чтобы выйти в честную игру один на один?

– Значит, вот чего ты стоишь без своего клана, – спокойно отметил Росетти.

Он был в отчаянии, и как же ей нравилось это состояние. Он не мог отдать свою империю даже за члена семьи, но любой другой вариант был неинтересен уже Кьяре.

Она снова улыбнулась.

– Качество хорошего лидера, дорогой, в том, что он знает, как обернуть любую ситуацию в свою пользу. – Спустя секунду более жестко она добавила: – Я уже сказала, мое терпение не бесконечно. У тебя есть час на принятие решения. А после… надейся на то, что успеешь вовремя. Дверь будет не заперта.

Она сбросила звонок и засунула телефон обратно в карман. В пару шагов преодолела расстояние до Бьянки, наклоняясь к ней.

– Как насчет сигареты на свежем воздухе?

Глава 26

– Ты меня не покурить сюда вывела, – с ноткой недовольства заметила Бьянка, когда Кьяра привела ее к своему излюбленному месту в саду.

Они были лишь вдвоем, но казалось, что ни одна не испытывала никакого дискомфорта по этому поводу. Словно Бьянка не обдумывала побег, а Кьяра не боялась, что та исполнит свой план. Будто так было всегда, и они каждый вечер прогуливались по саду, обсуждая вопросы важнее, чем их собственное благополучие.

Кьяра сперва не отреагировала на ее выпад и махнула рукой, приглашая разместиться в кресле. Под ночным заревом, раскрашенным всеми цветами алого на черном полотне, она протянула Бьянке пачку сигарет, а сама откинулась на любимых качелях.

Небо горело, освещая их лица – две маски, под которыми тлели настоящие эмоции. Бьянка, несмотря на свое подозрение, все-таки подожгла сигарету, а затем кинула пачку обратно в руки Кьяре.

– Почему нет? – наконец безучастно спросила Кьяра. – Ты, я, сад, сигареты. Не понимаю, где я нарушаю условия своего предложения.

– Сформулирую утверждение по-другому. Мы здесь не только за этим.

Кьяра дернула плечами в качестве ответа.

– Я этого и не отрицаю. – После щелчка зажигалки Корсани закинула ногу на ногу и подняла глаза. – Несмотря на то что я нахожу некоторое удовольствие от твоей компании, боюсь, у нас нет времени вести светские беседы.

– Сомневаюсь, что ты действительно думала, будто Дамиано пойдет на твои условия. – Бьянка выдохнула облако дыма в воздух и ухмыльнулась. – Твоя попытка доказать, что я для него не так важна, тоже провалится. Меня трудно обидеть тем, что он поставит жизни сотен людей выше моей.

– Я и не старалась, – заметила Кьяра довольно равнодушно. Она поджала губы и подалась вперед, чтобы сбросить пепел на землю. – Такие, как ты, Кейл или Нико, ставят долг превыше своей или чужой жизни.

По губам ее собеседницы пробежала ухмылка, которую было невозможно проигнорировать.

– Таким словам от Дамиано я бы поверила, Корсани. Прости, но твоим – нет.

Кьяра с легким удивлением вскинула брови, и Бьянка добавила:

– Мы обе знаем, что ты встала перед Казентино, закрыв его собой. Как встала перед Нико, будучи готовой умереть. Пусть природу этой связи я не слишком понимаю, позволю себе сомневаться, что ты сдала бы все, что имеешь, игнорируя их безопасность.

Ей правда хотелось возразить. Но ей было нечем крыть эту карту, и как бы гнев и ярость ни пытались отрицать очевидное, Кьяра пожертвовала бы многим ради спасения своих людей. Если бы ей дали выбор – отдать империю и спасти близких или потерять их, – она бы не задумываясь распрощалась с властью.

Вместо того чтобы спорить, Корсани позволила Бьянке продолжить.

– Человечность – это не недостаток. Хотя ты вряд ли бы стала спорить с тем, что она часто портит всем нам жизнь.

Они усмехнулись практически синхронно, соединяя свои мысли в этой странной тишине.

– Ты прожила рядом с Росетти всю жизнь, – наконец ответила Кьяра. – Я не надеюсь отвернуть тебя от него, и пытаться сделать это бессмысленно. Ты предана ему так же, как Кейл мне. Что бы я ни сделала, он останется рядом.

– На твоем месте я бы не была так уверена. – Бьянка чуть приподняла брови. – У всех есть черта, но до моей тебе не добраться. А вот смотреть, как ты пытаешься, даже весело.

– Я хочу предложить тебе сделку. – Кьяра подняла руку в воздух и покачала головой, едва Бьянка открыла рот, чтобы ответить. – Прежде чем ты выскажешь свое мнение, дослушай. Я не слишком нуждаюсь в твоей благосклонности, как и в том, чтобы ты сменила сторону. Расстановка меня вполне устраивает. Как ты уже успела осознать, информация от тебя насильно мне тоже не нужна, иначе здесь ты бы не сидела.

– Я-то думала, дело в принципах.

– Пытать тебя и правда не входит в мои планы. Твоя голова представляет ценность, но у меня нет желания стараться с тобой ради того, что я могу получить и так. Поэтому мы сойдемся на другой сделке, и я думаю, что она тебя заинтересует.

– Она связана с Изабеллой, не так ли? – на ее имени голос Бьянки дрогнул, и она не попыталась это скрыть. Спрятать такую боль было невозможно.

– Ее убийство связано с Лучиано. И я подозреваю, что охота идет за обеими семьями.

Бьянка нахмурилась.

– Можно мне бокал красного? Выносить этот разговор трезвой становится трудно.

Кьяра сдержалась, чтобы не закатить глаза, и подала знак охране. После того как вино было принесено, а лишние уши исчезли, она вернулась к теме.

– На теле убийцы