Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

среди разбросанных молочно-белых простыней – то ли телесные жидкости от их страсти, то ли моча из мертвого тела – делала атмосферу в комнате еще более зловещей. В полуприкрытых глазах Чжан Чуньяна не было ни искры жизни, в уголке приоткрытого рта собралась белая пена, яркий румянец внезапной смерти уже исчезал, бледность приобретала зловещий синевато-черный оттенок… Тао Жояо вздрогнула от ужаса, вскочила и выключила свет, затем спросила дрожащим голосом Син Цишэна, что именно нужно сделать, чтобы тело «быстро исчезло». Син Цишэн ответил:

– Отвезем прямо в морг нашей больницы.

«Наша больница» означала «Больницу любящих сердец», расположенную недалеко от отеля «Хэфэн». Она принадлежала «Благотворительному фонду любящих сердец», и для внешнего пиара и создания имиджа Син Цишэн часто «одалживал» им Чжао У и других детей, оказывая большую помощь. Руководство больницы знало, что Син Цишэн – доверенное лицо Тао Жояо, и поддерживало с ним хорошие отношения.

– Я все беру на себя! – сказал Син Цишэн, ударяя себя в грудь. – Пока темно, я отнесу Чжан Чуньяна вниз, отвезу к юго-западному входу в морг больницы, сначала положу в морозильную камеру, потом получу свидетельство о смерти у главврача. Организуем холодильник, положим тело внутрь – и дело сделано, никто ничего не узнает…

Тао Жояо с трудом верила:

– Но ведь человек умер! Неужели все так просто решится?

Син Цишэн усмехнулся:

– Он всего лишь приезжий без местной прописки, без жилья, без родственников в городе. Такие люди давно потеряли связь с семьей, кому какое дело, жив он или мертв? Пока никто не ищет, это все равно что бродячая собака сдохла на улице – может, даже меньше внимания привлечет, чем мертвый пес!

Тао Жояо все еще была в растерянности. Син Цишэн присел перед ней, обнял за голые плечи и заверил:

– Председатель, считайте, что просто игрушку потеряли, вот и все дела, разве нет?

У Тао Жояо не было другого выбора, кроме как согласиться.

Тогда же Син Цишэн предложил Тао Жояо поехать за границу развеяться. Она и раньше часто устраивала спонтанные путешествия, так что внезапный отъезд никому не покажется странным, а для нее самой это будет способом расслабиться психологически. Син Цишэн необычайно нежно молвил:

– Не волнуйтесь, когда вы вернетесь, все будет выглядеть так, будто ничего не случилось.

Тао Жояо не терпелось уехать. Для человека, который никогда в жизни не учился самостоятельно решать проблемы, самый инстинктивный способ справиться с проблемой – это бегство. Она купила билет в Париж по телефону и начала искать паспорт и банковские карты. А Син Цишэн позвонил по внутреннему телефону главврачу «Больницы любящих сердец» Ли Шидо, затем стал одевать голого Чжан Чуньяна, не забыв даже натянуть носки и обувь. Потом он взвалил тело на спину и вышел, но вдруг положил труп в коридоре и вернулся в спальню Тао Жояо, нашел телефон Чжан Чуньяна на кушетке, сунул в свой карман, снова вышел, опять взвалил тело на спину и стал спускаться вниз… Шаги на лестнице становились все тише и тише, пока весь коридор не погрузился в мертвую тишину… Тао Жояо сказала:

– В тот момент мне казалось, что в холодильник морга положили не Чжан Чуньяна, а меня – я чувствовала, как вся кровь в теле замерзает. Когда я говорила, что потеряла память, вы не верили, но хотя бы часть этого была правдой: я до сих пор не помню, как спустилась вниз, вышла из отеля «Хэфэн», взяла такси до аэропорта. Это была не я, а просто зомби по имени Тао Жояо…

2

Оказывается, в день происшествия на Саошулин было не четыре трупа.

Сколько же злых духов вырвалось из преисподней в ту непроглядно темную ночь, чтобы погрузить мир в бесчеловечную, кровавую резню?

От этих мыслей даже такой опытный следователь, как Линь Фэнчун, почувствовал, что по спине пробежал холодок. Он немедленно отправил Чай Юнцзиня в морг «Больницы любящих сердец» искать тело Чжан Чуньяна, особо подчеркнув, что как только его найдут, нужно сразу сообщить в Центр судебной медицины Лэй Жун, чтобы оттуда прислали эксперта для вскрытия.

Когда подозреваемый раскалывается, и следователь, и допрашиваемый испытывают момент психологического облегчения.

Линь Фэнчун велел принести Тао Жояо стакан воды, заметив желтизну на кончиках ее пальцев, дал ей сигарету. На лице женщины появилась благодарность, и она, закурив, начала беседовать с Линь Фэнчуном.

– Чжоу Липин, знаете его? Что-нибудь о нем известно?

– Тот водитель, который убил Син Цишэна и многих детей? Не знаю его, зачем мне знать какого-то водителя! Водители подчиняются Лао Ляо, спросите у него.

– Чжоу Липин не водитель вашего фонда, а водитель компании «Минъи PR».

– Компания «Минъи PR»? Та, что принадлежит Чжэн Гую? Тем более не мое дело.

– Тех троих погибших детей, вы их раньше видели?

– Я никогда не ходила в «Детский приют Тунъю». Как я могла их видеть?

– Неправда, мы нашли вашу совместную фотографию с ними.

– Невозможно, я совершенно не помню.

Линь Фэнчун протянул ей снимок.

На ней дети окружали Тао Жояо, каждый держал цветы, но с безжизненными лицами, в то время как Тао Жояо сияла улыбкой, словно самый большой цветок среди цветущего сада.

– А, это фотография с детьми во время мероприятия в «Больнице любящих сердец», сфотографировались и разошлись, как я могу их помнить?

– Вы председатель «Благотворительного фонда любящих сердец», чья основная задача – сбор средств для помощи сиротам, брошенным детям и детям с редкими и тяжелыми заболеваниями, у которых нет денег на лечение. Неужели вам совсем не важны ваши подопечные?

– У меня самой нет детей, я не чувствую связи с ними. Честно говоря, нет ничего более раздражающего, чем плач детей… Послушайте, раз вы нашли тело Чжан Чуньяна и подтвердили, что он умер от болезни, разве меня нельзя отпустить? Я ведь совершенно не причастна к «Делу Саошулин»!

– Как можно говорить о непричастности? И убийца, и убитые – сотрудники подразделений вашего благотворительного фонда, вы председатель и, будучи на руководящей должности, несете ответственность!

– Я председатель только номинально, ничем не управляю, ничего не умею. Всеми делами занимаются Син Цисянь и Чжао Юнь, какая на мне может быть ответственность?

Линь Фэнчун велел женщине-полицейскому отвести Тао Жояо в следственный изолятор для временного содержания. Перед уходом Тао Жояо вдруг обратилась к Линь Фэнчуну с просьбой:

– Не могли бы вы найти мне несколько книг?

– Каких книг? – уточнил Линь Фэнчун. Обычно временно задержанные подозреваемые, не зная, какое наказание их ждет за преступления, просят юридическую литературу для изучения и справок.

Но Тао Жояо назвала:

– «Лучше