След смерти - Андреас Грубер

class="p">— Пока поиски Вики Фукс во всех аэропортах, на вокзалах и паромных терминалах Испании, включая Балеарские острова, ничего не дали, — объяснил Кинтана. — Но мы установили номер её мобильного. Последний раз телефон зарегистрировался у базовой станции во вторник ранним утром, ещё до рассвета.

— В то время, когда погиб Гернот Вульф? — спросил Снейдер.

— Всё верно, — подтвердил Кинтана. — Причём у вышки примерно в трёх километрах к востоку от «Aurelia Bay Club Resort», то есть на мысе Форментор.

— Там, где Гернот Вульф, по всей вероятности, сорвался со скал, — заключил Снейдер.

— Или его сбросили, — добавил Кинтана. — Значит, исчезновение Вики и смерть Гернота Вульфа связаны.

— И оба живут в Куфштайне, — добавил Снейдер, — и оба, как мы теперь выяснили, имеют отношение либо к терроризму, либо к криминалу.

— Вы можете прислать мне более подробную информацию? — попросил Кинтана.

— Нет, — ответил Снейдер. — Но я охотно поделюсь с вами своими соображениями.

Он прислонился к подоконнику, посмотрел во внутренний двор главного здания БКА и коротко объяснил Кинтане, что им удалось выяснить о серии краж со взломом, продолжавшейся уже пять лет.

— Для своего последнего дела на Мальорке Пауль Конрад, похоже, кроме Рамоны, привёз на остров ещё двух помощников — следить за постояльцами отеля, — рассуждал Снейдер вслух, доставая из пачки косяк, перекатывая его между пальцами и нюхая. — Или кто-то другой в организации выбрал этих троих. Потому что ни Вики Фукс, ни Гернот Вульф, ни Рамона лично Конрада не знали. Иначе они наверняка поняли бы, что я не Рон Д. Пакула, и немедленно вышли бы на руководство РАФ. Меня бы раскрыли, и кто-нибудь устранил бы меня прямо на месте. Но именно этого не произошло.

— Вместо этого были убиты Гернот Вульф и Рамона, а Вики Фукс залегла на дно, — подвёл итог Кинтана.

— Теория с сообщниками для меня пока немного хромает, — сказала Сабина. — Почему Гернот Вульф не связался с вами — как это сделала Рамона?

— Возможно, он бы так и сделал, — предположил Снейдер, — но его убили уже наутро после моего приезда.

— А почему Вики не вышла с вами на связь и не дала понять, что она сообщница?

Снейдер кивнул.

— Вопрос справедливый. Вместо этого она участвовала в моём воркшопе…

Они растерянно переглянулись. Кинтана тоже ничего не мог добавить.

Наконец Сабина посмотрела на Мию.

— Что вы думаете?

Ответ Мию прозвучал как выстрел — будто она только и ждала, когда её спросят.

— В первый день воркшопа Рамона взламывала апартаменты участников. Возможно, во второй день взломы должен был взять на себя Гернот, но он уже не успел связаться с Пакулой: был мёртв. Поэтому второй день тоже взяла на себя Рамона — других указаний не поступило.

— А Вики, возможно, отвечала за участников третьего дня, — продолжил Снейдер мысль Мию. — Но и она не успела получить у меня список: к тому времени меня уже арестовали.

— Теория сообщников по-прежнему выглядит довольно стройной, — согласился с ними Кинтана. — Тем более мы уже обыскали апартаменты сеньора Вульфа в отеле. В его чемодане нашли инструменты для взлома и техническое оборудование для считывания данных с мобильных телефонов и компьютеров.

Снейдер кивнул так, словно именно этого и ожидал.

— С Рамоной Вилар, правда, мы ни на шаг не продвинулись, — признался Кинтана. — У неё был ещё второй паспорт, выданный на имя Консуэлы Хавьер, но обе личности поддельные.

— Уже знаем… — пробормотал Снейдер, медитативно перекатывая косяк между пальцами и вдыхая запах травы.

— Если она не была судима, выяснить, кем она была на самом деле, будет трудно, — сказал Кинтана. — Я надеялся, что немецкое Федеральное ведомство уголовной полиции сможет мне помочь…

Снейдер покачал головой.

— Мы тоже не смогли установить её настоящую личность…

Вдруг он осёкся и поднял взгляд.

— Хотя одну деталь я совершенно упустил, а она может нам помочь.

Взволнованный, он посмотрел прямо в камеру.

— Она упоминала при мне, что её родителей убил «Centro Nacional de Inteligencia». Если вы проверите все случаи смерти за последние тридцать лет, связанные с испанской разведслужбой…

— …мы сможем установить личность Рамоны, — закончил мысль Кинтана. — Sí, Señor Sneijder, это нам поможет.

В дверь постучали, и вошёл Фридрих Дромайер. Он огляделся; взгляд задержался на экране.

— А, как я вижу, мы сотрудничаем с Мальоркской криминальной полицией.

— Совершенно верно, — сказал Снейдер. — Но комиссарио Кинтана как раз идёт по горячему следу и занят. Adiós!

Снейдер прервал связь: перегнулся через стол и просто захлопнул ноутбук.

— Что вам удалось выяснить? — спросил Дромайер.

Костюм на нём выглядел свежевыглаженным, туфли были начищены до блеска, галстук сидел безупречно, от него пахло лосьоном после бритья. И всё же ничто из этого не могло скрыть, что он очень устал и был явно подавлен.

— Мы кое-что нащупали, — сказал Снейдер, однако его тон ясно давал понять: всё ещё слишком зыбко, чтобы рассказывать подробнее.

Он уселся на стол.

— А вы?

Дромайер устало обвёл всех взглядом.

— Европол взялся за всех подозреваемых, которые могут быть связаны с пятилетней серией взломов, и теперь пытается выяснить, есть ли там международные террористические связи. Между тем ни наши люди, ни IT-специалисты УВР не смогли выяснить ничего нового ни о сети РАФ, ни о связных, ни о дальнейших целях атак. В даркнете — полное радиомолчание. Все ушли в подполье и замели следы, словно знали…

— …что мы идём по их следу, — закончил Марк. — Неудивительно. Пятью уже совершёнными терактами, листовками с логотипом и памфлетом в даркнете они, по сути, сами прислали нам приглашение.

— Это по-прежнему кажется мне крайне странным. Зачем им было жертвовать эффектом внезапности? — спросила Сабина. — Так они только приводят власти в состояние боевой готовности. Какое преимущество они получают?

— Мы со Снейдером давно задаёмся тем же вопросом, — пробормотал Дромайер. — До сих пор эти покушения привели лишь к тому, что мы резко усилили меры безопасности в Берлине, Франкфурте, Дюссельдорфе, Мюнхене и Гамбурге.

Вдруг Снейдер вскочил со стола.

— Отвлекающий манёвр! — выкрикнул он, и все уставились на него. — Этим они добились, что мы сосредоточились в основном на этих городах. Но там