"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

– Я все знаю. – Хаджун пришел на выручку и понимающе кивнул. – Мун сможет прожить новую счастливую жизнь. – Взгляд Чхве стал печальным, но слабая улыбка – искренней. Как бы председатель ни ругал парня, Сонмин знал, что Хаджун в каком-то смысле заменил Муну наставника и отца.

– Он заслужил это. Ценой своей жизни Мун спас основу мироздания, теперь он обрел покой.

– Да. – Чхве кивнул. – Да…

Снова взглянув на свое тело, Сонмин передернул плечами и задал вполне закономерный вопрос:

– Как труп попал в департамент? – Кому хватило сил и глупости, чтобы сунуться на переправу и подвергнуть свою жизнь угрозе?

– Твое тело доставил господин Пан. – Председатель кивнул на Мрачного жнеца.

– Что? – В голове не укладывалось, как такое возможно. Сонмин посмотрел на Пана, но тот выглядел как человек, сто раз пожалевший о своем выборе и одновременно гордящийся им. Наконец Чону удалось раскусить жнеца.

Господин Пан был чистейшим прагматиком и приверженцем порядка, за холодом и жестокостью он скрывал профессионализм. Работа для него была превыше всего. Удивительно, что жнец пошел против правил и самого себя и сунулся на переправу. Выходит, частичка человечности все-таки уцелела где-то внутри него?

– Если бы я не вмешался, отдел по контролю преступности совсем бы себя исчерпал, и его пришлось бы распустить, – холодно заметил Пан.

– Мне показалось или ты только что признал важность отдела по контролю преступности? – прищурился Сонмин.

– Ваша работа держит моих подчиненных в тонусе и не дает расслабиться, – поправил жнец.

Снова разговоры про результативность и порядок. Наверное, таким со стороны выглядел и сам Сонмин при жизни. Ничего не ответив, он сухо кивнул.

– Должно быть еще одно тело. – Чон переключил фокус внимания на самый важный. – Где девушка?

– Ю Джиа, тридцать один год, родилась в августе одна тысяча девятьсот девяносто шестого, умерла в марте две тысячи двадцать седьмого, – спокойно перечислил господин Пан. – Она сейчас на пороге самого важного решения в своей жизни.

– Я должен ее увидеть. – Сонмин окинул взглядом пустые металлические столы в просторном помещении, взглянул даже на морозильные камеры. В памяти были слишком свежи воспоминания, как окровавленное тело Джиа безвольно обмякло на руках.

– Ты хочешь увидеть труп? Уверен, что выдержишь? – осведомился господин Пан. – Просто жди, – сурово гаркнул он.

– Мне надоело ждать.

– Скажи это Вечным.

– Хорошо. Где мне их найти?

– Знаешь, я не перестаю поражаться твоей схожести с отцом, Чон Сонмин. – В разговор вмешался господин Чхве. – У вас с ним какая-то поразительная способность! Являясь эталоном порядка, вы умудрялись нарушать все возможные правила. Ты и сейчас это пытаешься делать. – Хаджун улыбнулся, и в уголках его глаз пролегли морщинки-лучики.

Распахнув глаза, Сонмин уставился на председателя, не зная наверняка, не ослышался ли.

– Вы знали отца? – удивился он, вспоминая странный взгляд председателя, когда тот вышел отчитать Муна за превышение скорости. Тогда в глазах Хаджуна отразились изумление и узнавание, которые мужчина скрыл так быстро, что Сонмин не успел ничего разобрать.

– Да, – кивнул Чхве. – Прости, что не сказал сразу, на тебя и так свалилось слишком много всего. Ты пришел в Вечный департамент сбитым с толку, не хотелось травмировать тебя еще больше. – Хаджун виновато опустил взгляд. – Твой отец был хранителем. – Мужчина взял паузу и заглянул Сонмину в глаза. – Он пожертвовал собой, защищая тебя от Чо Чжона. За это Вечные предложили ему возможность стать хранителем.

Сонмин вспомнил рассказ Тэджона. Квемуль в шкуре человека напал на отца, когда тот был уязвимее всего. Разумеется, вместо достойной драки Чон Гон-у пытался спасти сына. Сонмин вновь ощутил укол вины. Из-за него погибли отец, Мун и Джиа. Это уже не причина, а следствие – своим существованием Сонмин разрушал жизни важных людей.

– Но Гон-у нарушил правила. – Он вспомнил детали из рассказа Тэджона.

– Да. – Хаджун то ли вздохнул, то ли усмехнулся. Оно и понятно: настырность Чона Гон-у вызывала и осуждение, и восхищение в равной степени. – Став хранителем, он вернулся к незавершенному делу.

Гон-у пошел против правил, чтобы поймать Чихагук Тэджона. Сонмин вспомнил отколотую чешуйку. Отец в одиночку отправился за злым духом, ранил его и почти добрался до цели, но проиграл в шаге от финишной линии.

– Чон Гон-у погиб и как человек, и как хранитель, он завершил все возможные реальности. – Хаджун говорил мягко, но искренне. – Начнется его новый жизненный цикл, но мы никогда не узнаем, когда это случится. – Чхве шумно вздохнул. – Вы с ним очень похожи, Сонмин. Я говорю даже не про внешность.

На прикроватной тумбе лежала отцовская записная книжка с потертой обложкой. Сонмин посмотрел на блокнот и впервые в жизни не ощутил потребности что-то в нем записать. Чон аккуратно взял книжку в руки и взвесил ее на ладони. Наконец все секреты были раскрыты. Это казалось странным, учитывая, что совсем недавно воспринималось как невозможное.

– Что со смертными? – Сонмин поднял взгляд на Хаджуна. – Все целы?

Чхве поджал губы и покачал головой:

– Оттоки подсказал, где искать тайник чудовища, поэтому на Чеджу сразу же отправились жнецы из отдела по контролю душ. – После этих слов Сонмин перевел взгляд на Пана.

– Из Манджангула вышло тридцать девять человек, – пояснил жнец. – Если говорить точнее, сотня похищенных раздробилась на двадцать семь неупокоенных вонгви, тридцать девять живых, но истощенных человека и тридцать четыре умерших. Их души не покидали пределов переправы, оттуда они отправились на суд.

– Погиб шестьдесят один человек, – с ужасом заключил Сонмин. Выходит, большая часть пропавших не смогла уцелеть. Истощенные, раненые, замученные, они так и не дождались спасения.

– Не всегда получается спасти всех, но это не значит, что не стоит пытаться. – Хаджун в знак поддержки сжал плечо Сонмина. – Вам с Муном и Джиа удалось спасти тридцать девять смертных и предотвратить хаос, который вообще мог уничтожить все живое. Вы сделали все, что смогли.

– Но этого оказалось недостаточно. – Сам того