Семён Семёныч и Гулька - Генрих Соломонович Книжник

Семён Семёныч посмотрел на Гульку и понял, что ей совсем тяжело, но реветь она не будет. Молодец. Очень захотелось вернуться на поляну, к озеру, где прохладный ветерок и уютный дом с раскладушками. И обед.

– Папа, – крикнул он. – Мы уже посмотрели лес, давай пойдём обратно. Здесь даже грибов нет.

– Как это нет? – удивился папа. – А это что?

Он наклонился, и в руках у него оказался небольшой грибок с полукруглой яркой красной шапочкой и толстой ножкой. Семён Семёныч глянул туда же и вдруг увидел ещё один, и ещё, и ещё. О жаре и усталости как-то сразу забылось.

– Папа, – ахнул он. – Что это?! Давай скорее их соберём! Только куда? Давай в мою шапку.

– Это подосиновики, хорошие грибы. Но зачем в шапку? – сказал папа и вытащил из кармана полиэтиленовый пакет. – Ну, собирайте, добытчики. Только далеко от меня не уходить и другие грибы без моего одобрения не брать. И ещё: увидите чисто белые грибы с тонкой ножкой, «воротничком» и шляпкой конусом, даже руками не трогайте: это бледные поганки, очень ядовитые грибы. И грибы с красной шляпкой и белыми точками на ней. Это мухоморы. Тоже ядовитые грибы. Запомнили?

Семён Семёныч и Гулька закивали головами.

Подосиновиков было много, и, пока Семён Семёныч и папа собирали их, Гулька оглядывалась по сторонам. Увидев гриб, она тут же бежала к отцу, чтобы он посмотрел и сказал, не бледная ли это поганка. Один раз она нашла целую россыпь жёлтеньких грибов, похожих на воронку для наливания чего-нибудь в бутылки, только без дырки в середине. Папа сказал, что это тоже очень хорошие грибы, и называются они «лисички» за свой жёлтый цвет.

– Соберём их и пойдём домой. Нечего жадничать. Того, что набрали, хватит не на один обед, – сказал папа.

Когда лисички оказались в пакете и Гулька в сотый раз сказала, что это она их нашла, папа подхватил её на руки и спросил:

– Сёмка, а в какую сторону нам идти к поляне?

Семён Семёныч огляделся. Лес со всех сторон был одинаковый: беспросветный и дремучий. Когда папа увидел первый гриб, недалеко виднелся овраг, из которого торчала большая берёза. А где она сейчас? Нету. Может быть, в той стороне? Или в той? Стало страшно: а вдруг и папа не помнит, куда надо идти? Что тогда делать? Кричать «Ау» и «Спасите»? А кто здесь услышит? Это же дремучий лес, здесь людей не бывает. Кажется, надо найти, где север, где юг. А как? Вроде бы на стволах деревьев мох растёт с южной стороны. Или с северной? А где такие деревья? Нет их здесь. Ужас!

– Папа, – сказал он упавшим голосом. – А ты знаешь, куда нам идти?

– Знаю, – ответил папа, и Семён Семёныч выдохнул с облегчением. – Запомни, когда идёшь в лес, всегда думай о том, как будешь из него выходить. Заблудиться здесь очень просто. Когда мы вошли в лес, откуда светило солнце? Правильно: сзади, в спину. Значит, сейчас нужно идти так, чтобы солнце светило в лицо, но чуть справа, потому что за время нашей прогулки оно слегка сдвинулось на небе. Погода хорошая, солнце – вон оно, блестит сквозь деревья. Ну, куда нам идти?

– Вон туда! – радостно объявил Семён Семёныч.

– Верно.

– А если погода плохая и солнца не видно?

– Тогда только по компасу. Вот он, у меня в кармане, на всякий случай. Что такое компас, ты знаешь. Ну, пошли. Сегодня на обед грибы.

Они довольно быстро вышли к поляне, сгрузили заснувшую у папы на руках Гульку на спальный мешок, выложили грибы и сели их чистить. И Семён Семёнычу вдруг снова захотелось в лес.

* * *

В третий раз волчонок появился после обеда вместе с матерью. Гулька увидела его первой, крикнула: «Ой, Фантик», но подбежать к нему не решилась – испугалась волчихи. Сделала несколько шагов и остановилась. Волчонок тоже не двигался. Но вот он оглянулся на мать, кинулся к Гульке и закружился, запрыгал вокруг неё. Гулька в полном восторге скакала вместе с ним. Папа и Семён Семёныч замерли, а волчиха спокойно наблюдала за этой кутерьмой. Но вот она как-то странно фыркнула, тявкнула, и волчонок мгновенно побежал к ней. И оба исчезли в лесу.

– Надо же, – сказал папа. – Не ушли. Поверили, что мы для них неопасны. Даже разрешили волчонку приходить играть с Гулькой. Удивительно. Всё равно страшно, будем осторожны. Без меня отсюда ни шагу. Вообще-то лучше бы вернуться в деревню к Егору, но я обещал Борису, моему школьному другу. Он ещё вчера должен был приехать, что-то запаздывает. Дождёмся его с семьёй, их четверо. Сам он шумный, громкий. Думаю, что при них волки уйдут в лес подальше.

* * *

Папин друг Борис приехал с семьёй на следующий день. Сначала послышалось тарахтение мотора, потом громкие голоса, и вот на озеро выплыла такая же, как у них, толстая резиновая лодка с горой вещей и четырьмя людьми: двое взрослых, двое детей. Семён Семёныч с Гулькой и папой уже стояли на берегу. Школьный друг был большой, толстый, он начал кричать ещё с воды:

– Привет! Как вы тут?! А мы застряли в нашей деревне, у родни, отпускать нас не хотели, еле вырвались! Ну, слава богу, приплыли, наконец. А вы, я вижу, уже обжились! Куда нам вещи сгружать, где палатку нашу ставить?

Лодка ткнулась в берег. Папин друг выскочил, рывком почти до половины вытащил её на берег, обхватил папу, приподнял. Поставил на место, оглянулся на семью и объявил:

– Всё. Прибыли. Это мой лучший школьный друг Андрюшка! Самый умный в классе! Кроме меня, ха-ха-ха! Шучу, конечно. Выгружайтесь.

В лодке были невысокая женщина и двое детей: девочка и мальчик, спиной к берегу. По виду вроде бы ровесники Семён Семёныча. Женщина вышла из лодки, подала руку девочке, и та легко выпрыгнула на песок. «Ничего. – одобрил про себя Семён Семёныч. – Лучше даже Верки». Последним на берег выбрался мальчик. Он откинул капюшон штормовки, поднял голову, и Семён Семёныч остолбенел: «Вовка!!! Откуда он здесь? При чём тут папин школьный друг?! Или он просто похож на Вовку?» Но вот мальчик увидел его, открыл рот, выкатил глаза, невольно сделал шаг назад в лодку, глянул на папиного школьного друга Борьку, успокоился, и знакомая противная улыбочка появилась на его лице:

– Ой! Няня Сёма с сестрой Гулечкой! Откуда вы здесь? И горшок тоже здесь?

У Семён Семёныча невольно сжались кулаки. Он