На берегах Левенки - Иван Максимович Ваганов

В это время подбежала женщина:

— Товарищ Василий, к вам связной от Красных Орлов.

— Иду! — ответил командир и поспешил за женщиной.

Когда партизаны скрылись за деревьями, Алеша растерянно посмотрел на друзей.

— Эх! Что мы наделали! О красноармейце-то не сказали.

Ребята нагнали командира. Он выслушал их и задумался.

— Значит, раненый? Имени не знаете. Ладно. — Он наклонился к ребятам и коротко рассказал, как провести красноармейца к деду Гавриле.

Домой друзья возвращались узенькой лесной дорожкой, которая, петляя между сосен и пней, вела к ведерниковской заимке.

Петя передразнивал дроздов, стрекотал по-сорочьи. Санька рассказывал какую-то забавную историю. Слушая его, Алеша громко смеялся. Неожиданно из-за поворота на взмыленных лошадях вылетели Еремка Ведерников и расторгуевский Степка-гимназист. Осадив разгоряченного скакуна, Еремка крикнул:

— Что вы тут шляетесь? Это не ваш лес, — и замахнулся на Саньку. Санька спрятался за сосну, но Еремка напирал на него.

Раскрасневшийся Степка подзадоривал Еремку.

— Бей, кроши совдепию! Дай ему по харе, дай! Шибче! А я этих лапотников проучу.

Ударив пятками в крутые бока лошади, он направил ее на Петю и Алешу. Алеша растерялся, попятился и, наткнувшись на пень, полетел вниз головой. Степка хлестнул его плетью. Петя отскочил в сторону, схватил предлинную валежину и, размахнувшись, стегнул скакуна. Второй удар пришелся по Степкиной спине. Степка выпустил из рук поводья. Лошадь бешено понеслась по лесу.

— Санька, держись! — крикнул Петя и бросился на помощь другу.

Еремка ослабил поводья, послушная лошадь выскочила на дорогу.

— Что, поймали? — злорадно крикнул Еремка. — Эх, вы! голоштанные сермяжники! Да я вас запорю!

— И тебе попадет, контра сухопарая! — крикнул ему в ответ Петя и погрозил кулаком.

На косогоре ребята остановились. За гумном мелькали зеленые мундиры солдат, возвышались холмики земли.

Петя толкнул Саньку в бок:

— Смотри, окопы роют. Красных боятся.

У гумна их неожиданно окликнул белогвардеец.

— Откуда идете? — строго спросил он.

— М-м-мы, — заикался Санька.

— Не мыкать! Говори толком! — крикнул солдат и шагнул к нему.

Санька отскочил в сторону.

— По-твоему, что и в лес бегать нельзя? — огрызнулся он.

— Нельзя!

Белогвардеец толкнул Саньку в спину.

— А ну, проваливай! Если еще попадетесь, на себя пеняйте. Вздую!

По главной улице села маршировала колонна белогвардейцев. Из переулка выскочили всадники.

Друзья перебежали переулок, юркнули в гумно и сели у куста репейника.

Солнце скользнуло косыми лучами по вершинам зародов и скрылось за холмом. Светло-зеленая конопля потемнела и тревожно зашепталась. На гумне стало таинственно и страшно. Санька посмотрел на развалину овина и вздрогнул.

— Беляки!

Два солдата, попыхивая папиросками, сидели у дверей пригона.

К солдатам подошел офицер.

— Слушайте меня! Возможно, через полчаса придется поджечь зароды. Будьте начеку. Точно сообщу позже…

— Есть! — в один голос ответили солдаты.

Офицер сказал им еще что-то и, повернувшись на каблуках, пошел прочь.

Ребята всполошились. В зародах спрятан флаг, там скрывается раненый красноармеец. Как спасти его? Солдаты и не думали отходить от гумна.

— Давайте нападем на них, — Петя бросил взгляд на беляков. — Мы с Санькой камнями в них пустим, они погонятся за нами, а ты, Алеха, в это время в тайник — и ходу.

— Чудак ты! Как без ружья нападешь? — сокрушался Санька.

— Я придумал! — тихо сказал Алеша. — Слушайте… Как только стемнеет, один на карауле останется, а двое поползем в тайник. Скажем красноармейцу, а потом подле зародов к ним в огород, — Алеша показал на Саньку, — ну, а там оврагом к Левенке, в ольховник, к лесопилке.

— Здорово придумал! — сказал Санька насмешливо. — Только пока ты будешь дожидаться темноты, все сожгут… Слыхал: через полчаса. Нечего темноты ждать, идти надо. Пусть Петька на карауле стоит, а мы поползем. Может, не заметят…

— Ладно, идите. Как только беляки… — Петя осекся.

Один солдат встал и показал в их сторону. Ребята прижались к земле. Слышно было, как рядом прошумела солома, раздался отрывистый топот, хрюкнула свинья, потом все стихло. Петя выглянул. Попыхивая папиросками, солдаты мирно сидели у пригона.

— Это нам поблазнило, — прошептал Петя.

Санька провел ладонью по потному лицу и облегченно вздохнул.

— Поблазнило, а я здорово испужался.

Но в это время дрогнули лопухи репейника, и из куста высунулось свиное рыло. Петя вздрогнул и отшатнулся. Свинья подняла пятачок, расширенными ноздрями втянула воздух, фыркнула и с визгом бросилась к пригону.

— Бегите к тайнику, а я… — Петя соскочил и что есть духу бросился за свиньей.

— Свинью, свинью не пускайте! — крикнул он солдатам.

Те бросились наперерез животному. Санька и Алеша в это время юркнули за стог соломы и в один миг скрылись в тайнике.

— Уходить надо, на гумне беляки! — шепнул Алеша красноармейцу. — Быстрей!

— Сумеем проскочить? — спросил он.

— Проскочим, — уверенно ответил Алеша.

Стараясь не шуметь, они вылезли из тайника и прислушались.

— К воротам, к воротам гоните ее, — кричал во все горло Петька.

Алеша улыбнулся.

— Пошли! Петька беляков уманил.

Пробежав подле овина, они скрылись в коноплянике.

— Ну и скотина, отродясь свиней не любил, — ругался солдат, выгоняя свинью за ворота.

— Она у нас всегда так, убежит и, хоть убей, не идет домой, — как бы оправдываясь, говорил Петька.

— А ты, парень, рогульки на нее одень, — посоветовал второй солдат, — тогда она по чужим гумнам лазить не будет. А то греха от такой не оберешься.

— Ладно, — согласился Петя и погнал свинью.

У Санькиного огорода он остановился, оглянулся на гумно и шмыгнул в огород. У оврага раздался знакомый свист.

Как назло, у красноармейца разболелась нога. Превозмогая боль, он шел с трудом, опираясь на винтовку.

— Скорее, ребята, скорее!

В овраге все чаще и чаще стали попадаться кусты ольховника. Вот уже послышался шум леса, перешептывание березок. И вдруг ворвалось звенящее цоканье подков. Друзья остановились.

— Ложись! — скомандовал красноармеец и бросился под куст.

Топот неожиданно оборвался. Послышалось позвякивание удил.

— Овраг охраняется? — спросил властный голос.

— Никак нет! — ответили ему.

— Нет?! Да ведь тут достаточно бросить этому сброду небольшую группу — и вся наша операция провалится.

— Виноват, господин полковник! — отозвался кто-то.

— В ров поставить секреты. Подступы закрыть! — приказал полковник.

— Слушаюсь.

Когда всадники скрылись за деревьями, красноармеец обратился к ребятам:

— Засаду готовят. Надо спешить.

Пробравшись по ельнику на дорогу, остановились.

— Здесь, — Санька показал на сторожку.

— Проверить надо, нет ли засады.

Санька, осторожно ступая, пошел к будке.

Дед Гаврила сидел на скамейке. Увидя мальчика, он быстро осведомился:

— Привели?

— Привели, — ответил Санька.

Крепко пожав ребятам руки, красноармеец и дед Гаврила через минуту скрылись в ельнике.

Ребята долго смотрели им вслед. И когда затихли осторожные шаги, Петька сказал:

— Ну, товарищ Санька и товарищ Алеха, здорово мы беляков надули?

— Так точно, товарищ Петька! — засмеялись