Проклятие дома на Перекрестке - Дианна К. Салерни

– Гарнет, – говорит затем Винди, – нам понадобится небольшая частичка тебя, чтобы завершить заклинание. – Я встревоженно вскидываю на неё глаза, и она смеётся. – Волосы или обрезанные ногти.

Я разворачиваюсь на месте и впиваюсь взглядом в маму:

– А как ты это сделала ещё до моего рождения?

За неё отвечает Винди:

– Мы использовали волосы твоей матери. Мы тогда гадали ей. Но предсказание было о тебе.

Мама подходит ко мне с ножницами в руках и ждёт, что я отдам частичку себя. Обрезанные ногти? Фу-у. Вместо этого я поднимаю прядь своих волос, и мама её отрезает.

Вниз по спине пробегают мурашки. Я напоминаю себе, что то, чем мы занимаемся, ничем не отличается от того, что сегодня днём я делала с дядей Микой. Не отличается от того, как Винди пару секунд назад перенаправила поток воздуха. Пусть даже и ощущается это совсем по-другому.

Дар Винди в прорицаниях редок и уникален, и, как по мне, загадочен. Не каждый Карфур получает дополнительный дар, не связанный с его талантом в элементах земли. Собственно, поэтому Винди – отличный кандидат на роль наследника семьи, так что я не вполне понимаю, почему все так уверены, что титул перейдет Линдену, – разве что они не верят, что Джаспер выберет женщину. Не знаю, была ли когда-либо наследницей Карфуров женщина, но готова поспорить, что нет. Не думаю, что люди, которые заставляли своих детей жить на чердаке, знали, что такое равенство полов.

Мама передаёт отрезанные кончики моих волос Винди, которая бросает их в чашу с водой. Затем она откидывается на спинку своего стула, расслабляет плечи и кладёт ладони по сторонам от чаши. Закрыв глаза, она шепчет:

– Ветер и вода, огонь и камень, зелёные растения, дающие нам жизнь. Я взываю к вам. Направьте меня и покажите мне, что это дитя, Гарнет, должна узнать. – Она открывает глаза и глядит в воду.

Я тоже смотрю и вижу… Воду. По которой плавают обрезки моих волос.

Мама ходит где-то сбоку, обкусывая ногти.

Тем временем Винди пристально глядит на поверхность воды, блики пляшут по её лицу, делая золотистый оттенок кожи ещё ярче. Радужки её глаз мечутся взад и вперед. Её зрачки расширяются, как будто она смотрит сериал на экране телевизора. Я понимаю, что моё сердце бьется всё быстрее, что дыхание становится всё тяжелее…

Проходит минута, может быть, больше. Наконец Винди резко выпрямляется и с плеском проводит пальцами по воде, как будто отключая приложение на телефоне.

Мама бросается к нам и вцепляется в спинку моего стула.

– Ну?

Винди поднимает глаза. Её зрачки до сих пор расширены.

– Всё так же, Эм. Точно так же, как прежде. Я вижу, как она проходит между столбами ворот Старого Дома – и исчезает.

Мама поникает.

– Всё так же?

– Да. Но Эм. – Винди неожиданно хватает меня за руки. – В прошлый раз я увидела девочку, и мы предположили, что это твоё дитя. Теперь это точно Гарнет. В этом возрасте. Я вижу что-то, что случится этой осенью с этим ребёнком.

Инстинкты велят мне выдернуть у неё свои руки. Но они онемели.

Я не вижу лица мамы. Она стоит за моей спиной, пока Винди говорит, и голос её звучит очень настойчиво.

– Не паникуй. Возможно, эти руины и являются воронкой жизненной энергии, но каждый Карфур до единого будет помогать тебе защищать её.

Вот почему мама уехала из Дома-Перекрёстка. Ну, то есть я всегда знала, что причиной этому стало предсказание, но теперь я это чувствую. Она не уехала отсюда после пожара, после смерти своей матери. Но когда Винди предсказала такую судьбу мне, она сбежала и не возвращалась, пока её не заставили.

Я облизываю пересохшие губы.

– Винди. – Мой голос выходит хрипом, и Винди вновь переводит на меня взгляд своих зелёных глаз. – Сколько раз людям удавалось избежать того, что ты им предсказывала?

Она пытается сформулировать ответ так, чтобы успокоить меня. Я вижу, как она перебирает все возможные варианты. Но её промедление говорит мне всё без слов.

Ты знаешь о прялке, Спящая Красавица. Но сумеешь ли не уколоться?

11

Цвет: чёрный, коричневый или серый

Магические свойства: помогает духовной энергии обратиться к прошлому

Для подзарядки: полировать до яркого блеска

Утром мы с мамой готовимся к похоронам дяди Флинта. О предсказании мы не говорим. О чём тут говорить? К тому же слова имеют силу.

Но это не мешает Ривер облечь мою судьбу в слова, когда она приносит подходящую для похорон одежду.

– Мама рассказала мне о пророчестве, – говорит она, вручая мне кипу тёмной ткани и туфли. – Будь осторожна. – Я несколько тронута её участием, пока она не добавляет: – Если Старый Дом сожрёт твою жизненную энергию и отдаст её Джасперу, то мы от него никогда не избавимся.

Это… не очень-то похоже не сочувствие. Ривер исчезает прежде, чем я успеваю придумать хороший ответ.

Я надеваю ту одежду, что она мне одолжила, а мама – то, что ей передала Винди. Когда мы выходим из нашей позаимствованной комнаты, мама хватает меня за руку и не отпускает.

Спускаясь вниз, на завтрак, мы слышим, как в библиотеке стучит молоток. Мы заглядываем в приоткрытую дверь и видим, что папа Эша заколачивает одно из окон фанерными досками.

– Что случилось? – спрашивает мама.

– Прошлой ночью стекло пробила ветка. Того клёна, что стоит перед домом.

Мама хмурится.

– Я не слышала бури.

Он пожимает плечами.

– Может, залётный порыв ветра. Здесь и не такое случалось.

– Это не дом, а стихийное бедствие, – бормочет мама и тянет меня за руку.

Час спустя вся семья собирается в парадной гостиной. Я боялась, что впервые увижу мертвеца, но гроб закрыт.

Кроме Карфуров присутствуют только мужчины из похоронного бюро. Ни соседей. Ни друзей. «Бывшая» жена Линдена, Виктория, пришла, но стоит на противоположном от него конце комнаты, как будто они пытаются обдурить дом.

Линден вопросительно выгибает бровь, глядя на маму.

– Мика придёт? – Мама качает головой, и Линден тихо хмыкает, как будто другого и не ожидал, но всё равно должен был спросить. – Тогда давайте начинать.

Джаспер встает со стула – медленно, тяжело опираясь на свою трость. ЭлДжей предлагает ему свою руку, но Джаспер качает головой. Он шаркает к гробу, который стоит на подставке в центре комнаты, и кладёт ладонь на его