Трояк по поведению - Наташа Гавика

трюк так легко всем удаётся, то уж у неё и подавно выйдет. Не вышел. Упала. Не погибла, нет – это был третий этаж. Но вот ходить не смогла. Совсем. Говорили – повезло, могло быть и хуже, если б окно повыше. Ты рисковала жизнью, понимаешь? И не только той, которая у тебя сейчас, а самой лучшей твоей собственной будущей жизнью, которая обязательно случится дальше. Ты меня слышишь, Соня?

Соня отвернулась к окну и молчала. А я быстро-быстро смахнул рукавом слезу. Не знаю, чего вдруг она побежала. И подумал, как всё-таки здорово, что подвёл Соню и вовремя позвонил маме.

– Соня, мне надо будет поговорить с твоими родителями. Рассказать, что случилось и что ты до вечера побудешь у нас. Чтобы они не волновались, – сказала мама.

Соня сразу встрепенулась.

– Зачем это? Не надо. Я приду к их приезду, и всё. Они к девяти должны домой вернуться. Скажу: потеряла ключи, бывает.

– Родители должны знать, что происходит с их ребёнком. Это их право. Они за тебя отвечают.

Соня даже не дышала, она пыхтела и кусала губы, видимо, не могла придумать, что ответить, – спорить со взрослыми она не умела.

Когда домой пришли, мама сразу скрылась на кухне – Сониных родителей набирать. Соня стояла, не раздеваясь. Напряжённая. Слушающая. Ждала. Мама вернулась и протянула телефон Соне. Она взяла осторожно, как опасный предмет. И тихо сказала:

– Алло…

Трубка рубила словами: «Сделаешь так… приедем в девять… чтобы была… завтра…»

– Угу… Хорошо… – отвечала Соня. И вернула телефон с гудками моей маме.

Мы с мамой смотрели на Соню.

– Ну как? – спросил я.

– К девяти надо прийти.

– Ругали?

– Мама сказала, что поговорит с папой. Чтобы я сегодня вела себя тихо. А завтра была дома, пока замки не поменяют.

– Ну, вот видишь! Нормальный план, – выдохнул я.

Соня пожала плечами.

– Соня, у тебя непростые родители – это правда. Но они тебя всё же любят, – сказала мама.

– Это они вам так сказали? – спросила Соня, не отрывая глаз от своих кроссовок.

– Нет, вряд ли они стали бы со мной это обсуждать. Всё-таки я им чужая, незнакомая тётка, а родительские собрания дружбе между родителями не помогают. Но я это всё равно услышала.

– Вы их совсем не знаете! У вас не было моих родителей! – неожиданно рассерженно сказала Соня.

– Мне кажется, знаю. – Мама вздохнула. – Ну, не твоих, конечно, но… очень похожих.

– Угу, – ответила Соня, но слышалось в этом «угу» совсем не «да».

Мама не сдалась:

– У меня тоже были родители, которым казалось, что забота – это чёткие указания, а задача детей – повиноваться… Соня, я всё же уверена, они тебя любят. К сожалению, их иначе любить не научили. Как привыкли, как самих воспитывали, так и делают… Так проще иногда. Помнишь, три года назад, в третьем классе, – ты же уже училась в нашей школе, да, училась, я тебя помню, – был конкурс чтецов. Что-то случилось на улице, заскулила, завизжала собака. Ребята заволновались: что происходит? Но с мест вставать боялись, оглядывались на взрослых. А взрослые сидели как ни в чём не бывало, будто не слышат. Ваша учительница, Ольга Павловна, открыла окно и стала кричать тем, кто на улице. Мальчики мучили собаку. Не помню, что они с ней делали… А-а, они её со склона скатывали, в тележке из супермаркета. Завуч тогда ещё сказала: «У нас мероприятие, не отвлекайтесь». Или что-то типа такого. Получается, что ваша учительница, несмотря на эти слова, стала с собакой и мальчишками разбираться. Я ещё подумала, какая она смелая и… настоящая. Ведь её могли отчитать за срыв конкурса. Да и вообще, так не принято поступать в… как правильно сказать… в детских… э-э… учреждениях… для образования, там много правил. А она, как говорят, «от сердца». Это непросто. Ведь не знаешь, к чему приведёт. Вдруг и правда хуже сделаешь – конкурс детям испортишь. Потеряешь контроль, вырастет… какая-нибудь ужасная неуправляемая хулиганка.

Мама хотела, чтобы Соня улыбнулась, но Соне, похоже, было не до шуток.

– Я тоже… тогда… – тихо сказала Соня.

– Что?

– Я тоже тогда не стала смотреть в окно, хотя сидела рядом. Я сидела на своём месте, никуда не побежала и даже не оглянулась, смотрела на девочку, которая выступала. Нам сказали смотреть, слушать и не отвлекаться, если кто-то пикнет…

– Вот видишь, всем бывает нелегко.

Соня зашмыгала носом. И у меня сработала самозащита.

– Чего мы здесь стоим-то, раз тебе домой только к девяти? Пошли, тетрадку покажу с шифром. Я тут без тебя разбираться начал. Но у меня ничего не получается.

– Секрет же, – удивилась Соня.

– Ну, раз я твой секрет маме выболтал, значит, должен делиться своим. Пошли.

Соня наконец-то сняла кроссовки, и мы переместились в мою комнату.

К задаче с шифровкой Соня отнеслась ответственно. Она заставила меня подробно рассказать, как и где я тетрадку нашёл, как мы жителей деревни опрашивали и что Лёха разузнал. Сказала, что всё важно, любые подробности. Одно правильное слово может ключом оказаться.

– Как «пляшущие человечки», – добавила.

– В смысле? Какие человечки? – удивился я.

– Читал Конан Дойля? Там такой же шифр был. По типу.

Я промолчал.

– Дай мне немного времени, надо в тишине подумать, – сказала Соня, а сама села за мой стол и принялась на листочке алфавит переписывать, к буквам цифры подставлять, зачёркивать, другие писать.

Я принялся телескоп настраивать, фокусёр с крутилками править. Хотел на Луну посмотреть, за ней удобно с балкона наблюдать – засветка не мешает. А вместо Луны всё время на Соню поглядывал, как она согнулась, сопит и носом шмыгает над листочком, точно ёжик.

– Соня, а я тебе прозвище придумал.

– М-м?

– Ёжик-дешифровщик.

– М-м.

– Мычащий Ёжик-дешифровщик.

Мама нам чай с пирожками принесла, а Соня всё сидела и на листочках чиркала.

– Уроки, что ли, делаете? – спросила мама.

– Почти. Внеклассное. Заняты, – ответил я.

Так мы просидели почти до половины девятого. Соня встала из-за стола, потянулась и перестала быть Мычащим Ёжиком-дешифровщиком. И она совсем не походила на Соню-толстуху или на Соню-дистрофика и уж точно на какое-то там Оно. Она стала Крутой Соней Вполне Довольной Собой.

– Смотри, – кивнула мне на листочек.

– Ого! Ну ты и… Дешифровщик, в общем. – Я был в ауте и от того, как Соня с задачей справилась, и от того, что прочитал.

Когда позвонил Лёха, мы уже смеялись над историей с Пашей Орловым и контрольной. Смеялся, правда, сначала только я, потому что девчонка из дневника вообще всё не так, как надо, сделала. Кто ж так помогает! А вот Соня посчитала историю