Русские народные сказки - Александр Николаевич Нечаев

— Что это как у меня голова заболела?

Глядит на нее сенная девушка, увидела рога у царевны и от страху слова не может сказать.

В ту минуту взглянула царевна в зеркало, да так и обмерла. Потом опомнилась, ногой топнула:

— Где тот торговец, держите его!

Сбежались на крик все мамки, няньки и сенные девушки. Прибежали царь с царицей и с королевичем.

Кинулись все на двор:

— Держите торговца, ловите его!

А торговца и след давно простыл. Нигде найти не могли.

Стали царевну лечить. Сколько всякие знахари ни пользовали — ничего не помогает. Никак она не может от рогов избавиться.

В ту пору Иван, крестьянский сын, отрастил себе бороду, прикинулся старым стариком и пришел к царю:

— Есть у меня, ваше величество, лекарство, от всех болезней помогает. Я берусь вылечить царевну.

Обрадовался царь:

— Коли правду говоришь и дочь поправится, проси у меня, чего хочешь, а зять королевич особо тебя наградит.

— Спасибо, царское величество, не надо мне никакой награды. Веди меня к царевне да прикажи, чтоб не смел никто в те покои входить, покуда не позову сам. Если станет царевна кричать — больно ей будет, все равно входить никому нельзя. А не послушаетесь — век ей от рогов не избавиться.

Оставили Ивана с царевной в горнице, запер он крепко-накрепко дверь, выхватил березовый прут и давай тем прутом царевну потчевать.

Березовый прут — не ольховый: не гнется, не ломается, вкруг тела обвивается.

— Вот тебе наука, не обманывай вперед никого.

Узнала царевна Ивана, крестьянского сына, стала на помощь звать

А он знай бьет да приговаривает:

— Не отдашь моего меча — смерти предам!

Покричала царевна, покричала, никого не дозвалась и взмолилась:

— Отдам тебе меч, только не губи меня, Иванушка дорогой!

Сбегала в другую горницу, вынесла меч-самосек.

Взял Иван меч, выбежал из горницы, увидал на крыльце королевича, махнул мечом, и повалился королевич замертво.

«Обману нету, подлинно мой меч!»

Воротился в горницу, подал царевне две целебных ягоды:

— Ешь, не бойся.

Съела царевна красную ягоду — один рог отпал, съела другую — другой рог отпал, и стала она совсем здорова. Плачет и смеется от радости:

— Спасибо тебе, Иванушка, другой раз ты меня из беды вызволил, век твоего добра не забуду. Прогони королевича, а меня прости, и буду тебе верной женой.

Отвечает Иван, крестьянский сын:

— Королевича твоего уже и в живых нету. А ты с отцом, с матерью уходи куда знаешь из нашего царства, чтобы духу вашего тут не было. Не было у меня жены, да и ты мне не жена.

Прогнал Иван, крестьянский сын, царя с царицей да с царевной и с тех пор живет-поживает, беды никакой не знает.

Рисунки художника Б. Десницкого.

СКАЗКА ОБ ИВАНЕ-БОГАТЫРЕ

И вот приснился старухе сон: будто есть в глухом лесу тихое озеро, и водится в том озере рыба-золотое перо. Коли золотую рыбку съесть — сын народится.

Старуха пробудилась и посылает старика, торопит:

— Поди вот в такое-то место. Есть там озеро. Излови золотоперую рыбку. Страсть как охота свежей ухи похлебать.

Старик снарядился, взял сети и отправился в путь-дорогу. Ходил, ходил по дремучим лесам, разыскал озеро.

Первый раз сеть закинул, пришла сеть пустая. Другой раз закинул и опять ничего. На третий раз вытащил сеть, а в ней бьется рыба-золотое перо.

Старик сети собрал, прихватил добычу и воротился домой.

— На, старуха, вари!

Сварили. Едят да похваливают:

— Ох, и до чего уха хороша! Отродясь такой сладкой ухи не хлебали.

Уху выхлебали, рыбу съели, и в тот же день старуха понесла.

Родился у них сын, по имени Иван.

Старик с утра до вечера в поле работает, а старуха по хозяйству управляется да сына качает.

И растет парень не по дням, а по часам: будто тесто на опаре подымается.

По третьему году стал на улицу выбегать, стал в ребячьи игры поигрывать. И тут соседи с жалобой пришли:

— Уймите сына. Шутит он с нашими ребятами шутки нехорошие: кого за руку схватит — у того рука прочь, кого за ногу схватит — нога прочь. Побьет, покалечит всех детей. — Пригорюнились старик со старухой, призадумались: «Что с парнем делать?»

И говорит старик:

— Стану его с собой в поле водить, пусть там играет.

На том и согласились.

На другой день поехал старик на пашню и сына с собой повез. Только старик за соху взялся, просит парень:

— Дай, я пахать стану!

— Ну, где тебе, сынок, ты еще мал. Вырастешь, тогда напашешься, а сейчас, ребячьим делом, побегай, поиграй, только далеко не отходи.

А сын неотступно просит:

— Нет, хочу пахать!

— Ну, ладно, попробуй, — говорит отец.

Парень так глубоко соху в землю вогнал, конь стал: тянуть не может

— Ты, сынок, глубоко берешь! Конь не тянет, и соху поломаешь.

Тут Иван соху приподнял, стал коню пособлять, и споро дело пошло Столько до обеда напахал — старику в день не управиться.

— Стой, сынок, надо коня покормить! Видишь, весь в пене, словно в мыле стал.

Коня отпрягли, пустили на луг, а сами сели обедать.

Попили, поели, посылает отец:

— Сходи, сынок, за конем, пора за дело приниматься.

Пошел парень на луг — нету коня. Оглянулся и видит: сидит за кустом волк-медный лоб, облизывается, а от коня только кожа да кости остались. Увидал волк Ивана, кинулся на него:

— Коня съел и тебя съем!

— Погоди хвалиться раньше времени!

Схватил волка за ноги, размахнулся и так сильно бросил оземь, что только мокрое пятно осталось. Земля задрожала и гул пошел, будто гром грянул.

Воротился к отцу и говорит:

— Волк-медный лоб нашего коня съел.

— Экое горе! Хорошо, что хоть ты ему, сынок, на глаза не попал. Пойдем скорее домой, а то как бы и нас с тобой не съел.

Прошло с того много ли, мало