Русские народные сказки - Александр Николаевич Нечаев

Солоно пришлось чертям. Закричали в голос:

— Смилуйся, служивый, выпусти на волю!

Кузнецы знай свое дело делают, а солдат приговаривает:

— Так их, так, ребята, бей крепче! Научим, как людей обижать.

— Век больше в тот дом не заглянем, — кричат черти, — и другим закажем близко к этому городу подходить, а тебе богатый выкуп дадим, только живыми оставь!

— Ну, то-то! Помните, как с русским солдатом тягаться!

Велел кузнецам остановиться. Приослабил ремни у ранца и стал чертей по одному выпускать. Оставил только самого главного:

— Принесите выкуп, тогда и этого отпущу.

И только успел трубку выкурить, как видит — бежит чертенок, несет старую котомку.

— Вот тебе выкуп!

Солдат котомку взял — легкая показалась. Развязал, заглянул, а? там нет ничего. Закричал на чертенка:

— Да ты что, насмехаться вздумал надо мной? Сейчас вашего главного в два молота примемся учить!

А тот из ранца кричит:

— Не бей, не калечь меня, служивый, а выслушай. Та котомка не простая, а чудесная. Одна она только и есть на свете. Чего бы ты только ни захотел, развяжи котомку да погляди — все станется по твоему желанию. А коли птицу вздумаешь заполевать либо вещь какую хочешь заполучить, размахни котомку да скажи одно слово: «Полезай!» — там и найдешь.

— А ну-ка попытаем, правду ли сказываешь.

Задумал солдат: «Пусть в котомке три штофа водки будет». И сразу почувствовал: тяжелей котомка стала. Развязал котомку, а там три штофа водки. Отдал вино кузнецам:

— Пейте, ребята!

А сам вышел из кузницы, глядит по сторонам. Увидал: на крыше воробей сидит. Котомку размахнул и сказал:

— Полезай!

Только успел вымолвить, снялся воробей с крыши и сразу в котомку залетел.

Воротился солдат в кузницу и говорит:

— Правду сказывал. Без обману дело выходит. Эдакая котомка мне, старому солдату, пригодится.

Развязал ремни, открыл ранец и выпустил старшего черта.

— Ступай куда знаешь, да помни: еще раз попадешься мне на глаза — пеняй на себя тогда.

Кинулся черт с чертенком бежать, только их и видели. А солдат взял свой ранец да котомку, распростился с кузнецами и пошел к купцу:

— Перебирайся спокойно в новый дом. Никто тебя там больше не потревожит.

Купец на солдата глядит и глазам не верит.

— Правда, что русский солдат в воде не тонет и в огне не горит. Рассказывай, как тебе удалось от нечистой силы оборониться, живым-невредимым остаться?

Солдат рассказал все, как дело было, а приказчики подтвердили.

Купец думает: «Ладно, день-другой надо повременить, с переездом обождать. Узнаю, все ли там спокойно, не воротится ли нечистая сила».

Вечером послал с солдатом тех молодцев, что ходили утром в новый дом.

— Обживайте. Коли что приключится, солдат оборонит.

Те переночевали спокойно, как ни в чем не бывало, утром воротились живы-здоровы, веселехоньки.

На третью ночь и сам купец отважился с ними переночевать. И опять ночь прошла тихо, спокойно. Никто их не потревожил. После того велел купец все прибрать в новом доме, и стали готовиться к новоселью. Напекли всего, наварили, нажарили. Собрали гостей. Всяких ку-шаньев, вин да заедок столько наставили — столы ломятся. Пей, ешь, чего душа пожелает.

Солдата посадил купец на почетное место и потчует, как. самого дорогого гостя:

— Угощайся, служивый. Век твою услугу помнить буду!

Пир затянулся до рассвета. А как пробудились, стал солдат в дорогу собираться. Купец его уговаривает:

— Не торопись, поживи у нас, погости еще хоть неделю.

— Нет, спасибо. И так зажился. Надо мне домой попадать.

Насыпал ему купец серебра полный ранец.

— Вот тебе на обзаведение.

А солдат ему говорит:

— Не надо мне твоего серебра. Я человек одинокий и еще могутный. Сам себя прокормлю.

Простился с купцом, вскинул чудесную котомку да пустой ранец за плечи и отправился в путь-дорогу.

Шел он долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли и пришел на родную сторону. Увидал с пригорка свою деревню, и стало ему весело да легко. Поприбавил шагу, сам во все стороны поглядывает: «Эдакая красота кругом. Во многих я землях побывал, сколько разных городов да сел повидал, а лучше нашего места и на всем белом свете не сыскать!»

Подошел солдат к своей избе. Поднялся на крылечко, постучался. Встретила его древняя старуха. Кинулся к ней солдат, обнимает.

Старуха сына узнала. Плачет и смеется от радости.

— Все тебя, сынок, старик вспоминал, да вот не привелось поглядеть, не дождался. Годов уж пять прошло, как схоронили его.

Потом старуха спохватилась, стала хлопотать, а солдат уговаривает:

— Ни о чем не беспокойся. Теперь моя забота тебя беречь да покоить.

Котомку развязал, задумал разные кушанья да угощенья.

Всего из котомки достал, на стол поставил, потчует мать:

— Пей, ешь досыта!

На другой день опять котомку развязал, натряс серебра и стал за дела приниматься. Избу новую поставил. Купил корову да лошадь, завел все, что надо по хозяйству. А потом приглядел невесту, женился и стал жить-поживать, хозяйствовать. Старуха мать внуков нянчит, не нарадуется на сына.

Прошло так годов шесть ли, семь ли. Занедужил солдат. Лежит день, другой и третий, не пьет, не ест. И все ему хуже и хуже. На третий день увидал: возле постели смерть стоит, косу точит, на солдата поглядывает:

— Собирайся, солдат, за тобой пришла. Сейчас уморю тебя.

— Погоди, дай мне пожить еще тридцать годов. Детей выращу. Сыновей поженю, а дочерей замуж выдам да внучат дождусь, погляжу, тогда и приходи, а теперь недосуг мне умирать.

— Нет, солдат, не дам тебе и трех часов прожить.

— Ну, коли нельзя прожить тридцать годов, повремени хоть три года, мало ли у меня дела. Надо все переделать.

— Не проси, не дам тебе и трех минут жизни, — отвечала смерть.

Солдат не стал больше ни о чем просить, а умирать ему неохота. Изловчился, достал кое-как из-под изголовья чудесную котомку, размахнул ее и крикнул:

— Полезай!

Только успел вымолвить, как чувствует: полегче стало. Оглянулся — нет смерти на прежнем месте. Заглянул в котомку, а смерть уж там сидит.

Солдат покрепче завязал котомку, и совсем ему полегчало, на еду потянуло.

Встал с постели, отрезал ломоть хлеба, посолил и съел. Потом выпил ковшик квасу и совсем поправился.

— Не хотела ты, безносая, со мной по-доброму говорить, узнаешь теперь, как с русским солдатом тягаться.

Слышит из котомки голос:

— А чего ты со