Энвер - Саид Чахкиев

Но Энвер даже не повернул головы.

— А папа мой говорит, что твоя мама всё равно выйдет за него замуж! — выпалил Сафар и в ту же минуту полетел на пол.

Когда он поднялся, перед ним стоял Энвер.

— Ты что? — заныл Сафар, шмыгая носом и испуганно косясь на Энвера. — Я тебя не трогал, я не...

Но Энвер больше не стал бить его. Только сказал: — Уходи. Больше я с тобой не дружу. Понял?

Он отвернулся. Сафар боком продвинулся к двери. Уже оттуда крикнул:

— Ты что, псих?

И выскочил во двор.

Мама возвратилась домой поздно. Настроение у неё было хорошее.

— Ну что, отдохнул? — спросила она Энвера и, не дожидаясь ответа, побежала доить корову.

Корову она подоила быстро. Приготовила поесть. Постелила постели. Она всё время возилась, хлопотала по хозяйству. А лицо у неё было весёлое. И она совсем не замечала грустного настроения Энвера.

— Понравилось тебе в поле? Пойдёшь завтра со мной? — только и спросила она, когда ложилась спать.

В комнате стало тихо. В окно светила луна. На полу легли светлые квадратики от оконных рам. В углу верещал кузнечик. Энверу не спалось.

— Мама... — позвал он тихонько.

Но мама уже задремала.

— Чего тебе? — отозвалась она сонным голосом. — Почему не спишь?

Энвер ничего не ответил. Он лежал и думал об отце, о Дауде... Отец был очень плохой человек. Обманывал. И Дауд такой. Может, и другие люди тоже плохие? Только сразу не поймёшь, какие они. Вот и Дауда все считают хорошим. Слёзы сами набегали на глаза. Энвер плакал, словно маленький, и никак не мог остановиться. Ему показалось, что мама в темноте позвала его. Он быстро натянул на голову одеяло. Но потом высунул голову и прислушался. Мама спала.

ПО ДОРОГЕ В ГОРЫ

Спустя час после того как мама ушла на работу, Энвер прибежал в поле.

— Ты что, — удивилась мама, — или работать пришёл? Утром я тебя будить пожалела.

— Нет, я в горы еду, — сказал Энвер. — Телятник строить. Сказали, чтобы я захватил с собой тёплую одежду и еду. А в субботу вернусь. На воскресенье мы всегда будем приезжать домой.

— Да кто это «мы»? С кем ты поедешь? Вот ещё работник какой!

— С дядей Зура́бом поеду, — сказал Энвер. — Сегодня он едет в горы посмотреть, как там идёт строительство, и берёт меня с собой. А жить я буду с дядей Гопу́ром и Лукма́ном. Они уже там.

— С Зурабом можно, — сказала мама. — С Зурабом я тебя, пожалуй, отпущу. Только смотри слушайся там дядю Гопура и не уходи никуда один.

Энвер... взобрался на лошадь позади Зураба.

— Мама, только надо быстро собираться. Зураб скоро поедет. Он разрешил тебе уйти, приготовить мне всё в дорогу.

— Ну ладно. Иди, сынок, домой. Я сейчас.

Она поставила корзину, в которую собирала помидоры, и пошла к шалашу сторожа, где возле подводы стоял Дауд.

Всё было уже готово — уложены в мешок вещи и еда. Сверху лежала телогрейка. Хоть и жаркое лето сейчас, а в горах ночью бывает холодно. Мама всё наказывала Энверу, чтобы он слушался и не убегал никуда с фермы. Но вот за окном послышался громкий голос, и во двор, помахивая плёткой, вошёл высокий человек. Это и был бригадир Зураб.

— Как, Лиза, — спросил он у мамы, — собрала сына?

— Да, всё готово. Вы уж там скажите дяде Гопуру, чтоб присмотрел.

— Скажу, скажу, — успокоил Зураб. — Пусть поедет. Парнишка он неплохой. Глядишь, и делу научится. Что ему за коровьим хвостом ходить! Так, джигит? — улыбнулся дядя Зураб Энверу.

Энвер подхватил свой узелок, но Зураб посмотрел и сказал маме:

— Телогрейку пусть с собой берёт. А узел отправишь с подводой. Завтра подвода туда пойдёт.

Он вскочил на коня. Энвер тоже взобрался на лошадь позади Зураба и крепко ухватился за его пояс.

— Поехали, — сказал Зураб и тронул коня.

Извилистая горная дорога то шла на подъём, то круто спускалась вниз. Иногда Энвер с Зурабом проезжали такие узкие места, что двоим всадникам не разъехаться. Даже смотреть вниз страшно. Кажется, чуть оступится лошадь — и полетишь в бездонную каменистую пропасть. Солнце ещё только поднималось над горами. На траве блестела крупная роса, раскинувшиеся по склонам гор леса были окутаны топкой синевой, будто их опустили в аквариум с чистой водой. Энвер глядел по сторонам и думал: «Как хорошо, что дядя Зураб взял меня с собой!» Верхом — не то что на подводе тащиться. Особенно если попадутся ленивые лошади. Однажды ему пришлось ехать на Рыжике. Вообще-то Рыжик неплохая лошадь, сильная и послушная. Но уж зато торопить его бесполезно. Вот Сафар удивится, когда узнает, что Энвер уехал в горы с Зурабом, да не просто так, а работать, строить новый телятник! Это, пожалуй, потрудней, чем на велосипеде кататься. Сам Сафар даже в поле помидоры собирать не ходит. Вспомнив вчерашний сбор помидоров, Энвер помрачнел. Он думал об отце, которого не помнил, о Дауде. Лицо Дауда он хорошо представлял себе. Вот он стоит, улыбается, хвалит Энвера: «Хороший помощник». Вот на вопрос Энвера, можно ли нарвать яблок, он кивает головой: «Рви». И вот он отворачивается под грозным взглядом Якуба, будто и не знает Энвера. Как он мог так поступить! Неужели люди всегда обманывают друг друга? Теперь уже дорога не казалась Энверу такой интересной. Он почувствовал, что устал. Близился полдень... Солнце повисло над горами, стало сильно припекать. Теперь даже лес не спасал от жары, хотя деревья подступали совсем близко к дороге, так что иногда их ветви хлестали всадников по лицу. Остановились они у маленькой горной речушки. Зураб решил передохнуть. Энвер разнуздал коня и пустил его пастись на обочине дороги. Зураб расстелил на траве газету, разложил еду. Подошёл к самому берегу речушки, позвал Энвера. Речушка весело катилась по камешкам, искрилась на солнце. Зураб зачерпнул полную горсть прозрачной воды и выпил. Мотнул головой, посмотрел на Энвера и сказал:

— Мёд, а не вода.

Энвер лёг рядом с ним на траву и стал пить прямо из ручья. Вода действительно была хорошая. Но Энвер сказал:

— Так себе, ничего особенного.

Зураб недовольно мотнул головой. Он нагнулся, снова зачерпнул руками воду и