Лёд и Сахар - Анна Эйч

Элли отпивает немного сока.

– Всё-таки апельсиновый был бы лучше, – комментирует она как старая бабка, но затем снова превращается в супер-профессионала. – Ладно, вернёмся к нашему вопросу… – смотрит на бумаги. – Что предлагает Champion's Way? Заплатить? Ты поэтому ко мне пришёл?

– Они вообще не хотят иметь со мной дела.

– Что значит не хотят? Они не верят в твою невиновность?

– Мне кажется, нет. Они кинули меня, Сэм написал, что разрывают со мной договор.

– И всё? Даже адвокатов не предоставят?

– Я не знаю, я ещё не был в офисе, сразу набрал тебе.

– Они должны выплатить неустойку!

– Должны, – обречённо вздыхаю. – Но ругаться ещё и с Champion's Way у меня нет сил, мне нужно срочно решить вопрос с Дайаной!

Элли задумывается и пристально рассматривает меня, будто пытается увидеть что-то ещё, помимо того, что я ей уже выложил.

– Почему ты пришёл ко мне? – с прищуром спрашивает она.

– Потому что ты лучшая.

– Это, конечно, да. Но я недавно на этом рынке, у меня нет такого количества связей и знакомств, как у других агентов. Почему не Стив? Вы же в нормальных отношениях разошлись.

У меня прорезается грустная улыбка – на самом деле выбор, кому звонить в данной ситуации, был очевиден.

– Ты мне веришь, – даю простой ответ. – Ты знаешь меня, вот и всё.

И хоть последние десять лет мы жили на разных полушариях, Стив был моим агентом со времён перехода из «Кингз» в «Рейнджерс», он всё равно не понимает меня так, как Элли. Возможно, это вопрос менталитета, но Элли мне не нужно доказывать важность справедливости – она без прямого ответа считывает мои мотивы и готова с ними работать.

– Чего ты хочешь? – ещё один вопрос для протокола.

– Чтобы ты стала моим агентом.

– И решила проблему с Дайаной?

– Безусловно, тебе я готов заплатить любые деньги.

Элли довольно ухмыляется.

– Осторожно, Соколов, я стала жутко меркантильной сучкой, – она подмигивает и захлопывает папку. – Парень, которого ты вышвырнул с той вечеринки и который предположительно подсыпал Дайане наркотик в напиток. Помнишь, как он выглядит?

– Очень смутно, – мотаю головой. – Вроде бы был в какой-то клетчатой рубашке поверх футболки, слегка рыжий, с бородой…

– Напиши мне сообщение со всеми приметами, что вспомнишь.

– Ты что, его по базе лиц прогонять будешь?

– Вероятно. Есть у меня один контакт, который человека по волосу найти может, – Элли встаёт и прячет папку в сумку. – Мне сейчас нужно на встречу, давай так: ты едешь в Champion's Way, добываешь от них всю информацию, что они нарыли на Дайану, уверена, у них есть и её номер, и контакты её адвокатов, – просто киваю, готовый подчиниться каждому её слову. – Ничего не подписываешь, забираешь договор и говоришь, что тебе нужно время с ним ознакомиться.

– Принято, а какая у тебя идея?

– Пока не могу сказать, нужно докрутить в голове. Всё, я побежала, на связи!

– Элли!

Она оборачивается.

– Спасибо!

Моя бывшая кивает и, улыбнувшись, скрывается в глубине зала.

Я достаю телефон и набираю Сэма – планирую вытрясти из него душу, если он не сдаст мне весь имеющийся на Фостер материал.

Глава 47. День разбитого сердца

Глава 47. День разбитого сердца

Сандра.

Я сбежала.

Просто собрала вещи и сбежала, не оглядываясь.

После слов Дайаны я не могла нормально дышать, лёгкие скрутило, глотку сжали невидимые тиски, я словила паническую атаку, которой у меня не было уже несколько лет. За что жизнь меня так наказывает?

Я хотела верить, что Антон не виновен, что всё это клевета и наглая ложь. Но зачем этой девушке врать? Зачем искать меня и рассказывать? Подала ли она на него в суд? Возможно, совсем скоро вся эта история выйдет наружу, и команда адвокатов Антона примется её заминать.

А если он и правда не виновен?

Сердце отчаянно не хочет в это верить, более того, если бы я дала ему шанс поговорить со мной – уверена, поверила бы ему. Снова сдалась бы чувствам, игнорируя сигналы мозга. Я не могу доверять себе, ведь столько раз оправдывала Майка, бесконечно прощала и принимала его, что и не сосчитать. История повторяется, и когда мне прямым текстом говорят об опасности, я больше не рискну проверять правдивость этих слов на собственной шкуре.

Не готова я проходить через это снова.

Горжусь собой, тем, что не забрала заявку с конкурса и продолжала копить на переезд. Покинув дом Антона спустя пару часов после встречи с Дайаной, я сняла номер в маленьком отеле у выезда из города. Я решила не ехать к Камилле, так как это первое место, где Соколов будет меня искать.

Бросив чемодан на пол, я села на кровать, открыла ноутбук и принялась заказывать билет в один конец. Вот так всего за пару часов я полностью меняю свою жизнь.

Прощай, Торонто. Я оставлю эти выжигающие душу чувства здесь.

* * *

Париж встретил меня мелким дождём и запахом свежей выпечки из ближайшей булочной. Я бродила по узким улочкам одного из демократичных кварталов на окраине – не туристический центр с Эйфелевой башней и толпами селфи-охотников, а настоящий, живой район, где старушки выносят стулья на тротуар и обсуждают соседей, а уличные музыканты играют джаз на перекрёстках.

Дома здесь были старые, аутентичные – с облупившейся штукатуркой цвета сливочного масла, ржавыми балконами и ставнями, которые помнят ещё прошлый век. Я искала съёмную комнату, листая объявления на телефоне и сверяя адреса с картами. Солнце пробивалось сквозь тучи, согревая лицо, я старалась улыбаться продавцам в лавках, восхищаться витринами антикварных магазинчиков, вслушиваться в мелодию аккордеона, доносящуюся откуда-то из соседнего переулка. Пыталась радоваться, но внутри всё равно зияла дыра, которую, мне кажется, я никогда ничем не смогу закрыть.

Я прохожу в маленькую комнату с высоким французским окном, плюхаюсь на кровать и даю волю всей своей боли. Сдавленный крик вырывается наружу, слёзы хлынули из глаз, моментально заливая щёки и подбородок солёной водой. Я не плакала, когда собирала вещи в доме Антона, не плакала, когда ехала в аэропорт и летела во Францию с двумя бесконечными пересадками, не проронила ни слезинки, пока бродила по этим улицам в поисках